27.11.2021

Аддикция избегания: Аддикция. Виды и лечение аддикций. Любовная аддикция и другие

Содержание

Любовная аддикция — Часть вторая

Теперь коснёмся признаков любовной аддикции. Для этого сначала необходимо рассмотреть подвиды аддиктов: 1) любовный аддикт  и 2) аддикт избегания. У каждого из них есть сходства в предпосылках к зависимому поведению, однако они отличаются между собой предпочтениями в выборе партнёра.

Причинами развития предрасположенности к любовной аддикции могут быть: длительная эмоциональная депривация, когда родители не дают ребёнку необходимого внимания в детстве, холодность родителей и перекладывание ответственности за воспитание ребёнка на других людей, которые не всегда знают, как это правильно сделать, аддиктивное поведение родителей ребёнка. Вследствие этого ребёнок уходит в мир фантазий, лейтмотивом которых является воображаемый спаситель, который поможет справиться с жестокой реальностью. Сначала у ребёнка формируется комплекс неполноценности, так как в подобных ситуациях он считает плохое отношение родителей единственным, чего он достоин. А в дальнейшем данный комплекс будет скомпенсирован поиском человека, который бы всё изменил. Когда такой человек найден, появляются крайне интенсивные ощущения, и человек становится зависимым.[1]Эмоции зависимого человека никогда не бывают стабильными и постоянными, они всегда либо крайне сильные, либо их вовсе нет.[2] [3]

«Эмоции зависимого человека никогда не бывают стабильными и постоянными»

Для любовного аддикта смысл жизни заключается в поиске объектов любви или же в установке симбиотических отношений с найденным объектом. Они делают это для того, чтобы скомпенсировать собственную ограниченность, чтобы решить свои проблемы за счёт другого человека, так как внутри они часто очень слабые и ранимые. Любовные аддикты стремятся полностью слиться с объектом любви, пожертвовать собственным «Я», окончательно приняв «Я» другого. У них нет личностных границ, они хотят полностью стать Другим, думать так, как думает объект любви, чувствовать то, что чувствует Другой, иными словами, целью является тотальное слияние двух личностей. Как это может звучать: «Я боюсь разделяющих нас границ и поэтому хочу, чтобы они исчезли. Я считаю, что, если ещё поработать над собой и стать лучше, можно полностью раствориться друг в друге, и это вызовет ощущения ещё большего кайфа»[4], «Я не знаю, где я начинаюсь и где заканчиваюсь. Я не знаю, где начинается и заканчивается другой человек».[5] Зависимые отношения не могут быть долгими, так как постоянно присутствуют слишком интенсивные чувства, которые провоцируют повышение содержания фенилэтиламина в крови.[6] Следствием этого является быстрое возбуждение, однако при снижении концентрации вещества вскоре появляются синдромы отмены.  Таким образом, первый признак любовного аддикта – отсутствие личностных границ, а также чрезмерная навязчивая забота об объекте любви, объекту любви уделяется крайне много времени.

«Для любовного аддикта смысл жизни заключается в поиске объектов любви или же в установке симбиотических отношений с найденным объектом»

И у любовного аддикта, и у аддикта избегания есть особые сознательные и подсознательные страхи, которые так или иначе объясняют их действия. На сознательном уровне любовного аддикта – страх быть покинутым, так как в детстве родители часто предпочитали ему работу или другие виды активности, а на подсознательном уровне он боится интимных отношений, так как у него есть страх быть самим собой. Поэтому любовный аддикт неосознанно выбирает партнёра, который не может быть сексуальным объектом. Подавление страхов также приводит к серьёзным эмоциональным проблемам.[7] Всё это является характеристиками, входящими в состав второго признака любовного аддикта.

Третий признак любовного аддикта – любовный аддикт редко способен к самокритике (к адекватной оценке собственных суждений). Он существует во власти постоянных ожиданий от объекта любви, которые в реальности практически не оправдываются.[8]

Как правило, любовные аддикты выбирают вполне определённых партнёров. С одной стороны, они должны чувствовать, что в них заинтересованы, однако с другой стороны, из-за страха интимных отношений любовные аддикты выбирают партнёров, не склонных к глубоким близким отношениям,  которые не будут устанавливать близкую интимную связь. Подходящим партнёром в таком случае становится аддикт избегания.

У аддикта избегания также нарушены персональные границы, ему свойственно отсутствие доверия к людям. Однако здесь страхи на уровне сознания и подсознания немного другие: на сознательном уровне он боится интимности и психологической близости, а подсознательно – боится быть покинутым. Ему важно установить контакт с выбранным человеком, даже несмотря на боязнь интимных отношений. Отличительной и парадоксальной характерной чертой аддикта избегания является страх потери свободы в отношениях с объектом. Зависимый человек ужасно боится впасть в зависимость. Поэтому он всячески пытается скрыть свои психологические проблемы путём придумывания несуществующих проблем, на решение которых аддикт избегания бросает все силы. Он никогда не показывает свою истинную картину мира, свои реальные ценности, он постоянно играет то одну роль, то другую, маскирует свой характер. Поэтому партнёр такого человека просто не в состоянии соотнестись с ним.[9]

Так как аддикт избегания отдаёт себе отчёт в том, что боится близких отношений, он стабильно держит дистанцию с партнёром, мотивируя это большим количеством работы, сексуальными связями с другими партнёрами и так далее, и если его партнёром выступает любовный аддикт, то в результате мы имеем «удачно» скомпенсированную пару, так как при таких условиях подсознательный страх интимности не развивается у любовного аддикта.[10]

Таковы основные свойства двух подвидов любовной зависимости. Отношения двух одинаковых любовных аддиктов носят крайне напряжённый и интенсивный характер, из жизни исключается всё, что не относится к межличностным отношениям, даже собственные дети. Если кто-либо из партнёров проявляет зависимость сильнее, то возможен вариант перехода более слабого любовного аддикта в позицию аддикта избегания. Отношения двух аддиктов избегания характеризуются низкой интенсивностью, невмешательством в жизни друг друга, при этом общение с другими людьми может быть очень навязчивым, так как аддикты избегания создают активность на стороне. Тогда в отношениях с другими людьми аддикты избегания превращаются в любовных аддиктов, если это межличностные отношения, либо становятся сексуально зависимыми, как следствие, возможен переход аддикций в зависимости от её объекта.[11]

Возможно диагностировать любовную зависимость даже на начальных этапах, когда партнёры только вступили в отношения, но в таких случаях есть риск  перепутать любовную зависимость с сильной влюблённостью, так как в этот период два явления довольно схожи. Однако критерии всё те же: наличие внутреннего согласия быть в отношениях, а также время, которое человек тратит на себя и на партнёра. Как уже было сказано, одним из признаков любовной аддикции выступает тот факт, что в мыслях человека постоянно доминирует «любимый», он занимает буквально всё сознание, постепенно становясь сверхценной идеей. В исследовании А. Нилакантэн и его коллег изучалось влияние уровня озабоченности на ранней стадии отношений  одного партнёра другим на способность переносить физическую боль. Чтобы выявить степень увлечённости (озабоченности) испытуемых, предварительно был предложен опросник, где нужно было оценить, сколько времени в день испытуемый думает о партнёре, а также указать примерный средний процент за один день. Далее испытуемым показывали фотографии их партнёров или же фотографии просто знакомых людей, одновременно слабо, средне или очень сильно термически воздействуя на них (то есть вызывая боль). Результаты показали, что просмотр фотографий любимого человека оказывает анальгетический эффект, и этот эффект тем сильнее, чем выше степень озабоченности партнёром  у испытуемого.[12]

Автор: Екатерина Файрузова

Источник фото: psychologist.co

[1] Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Психосоциальная аддиктология. Новосибирск: Олсиб, 2001. 251 с.

[2] Muir B. Congress Existential Therapy – LONDON 2015 ADDICTION AND MEANING 1 // 2015. С. 111–115.

[3] Лэнгле А. Экзистенциально-Аналитическое Понимание Эмоциональности : Теория И Практика // 2015. Т. 1. № 17. С. 26–38.

[4] Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Психосоциальная аддиктология. Новосибирск: Олсиб, 2001. 251 с.

[5] Skvortsova S., Shumskiy V. EXISTENTIAL-PHENOMENOLOGICAL ANALYSIS OF DEPENDENCE IN CLOSE INTERPERSONAL RELATIONSHIPS // 2014. С. 4–13.

[6] Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Психосоциальная аддиктология. Новосибирск: Олсиб, 2001. 251 с.

[7] Там же

[8] Там же

[9] Там же

[10] Там же

[11] Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Психосоциальная аддиктология. Новосибирск: Олсиб, 2001. 251 с.

[12] Nilakantan A. и др. Preoccupation in an Early Romantic Relationship Predicts Experimental Pain Relief // Pain Med. 2014. Т. 15. С. 947–953.

Любовная аддикция — как избавиться, лечение, профилактика

Любовная аддикция – это болезненное выражение человеческой любви. Любовная аддикция обретает власть над людьми с низкой самооценкой, неправильным восприятием себя, негативным самоотношением. Еще в детстве такие личности имеют трудности с обозначением личностных границ в общении, им нелегко выделить в отношениях собственные рамки.

Искреннее чувство любви – это замечательное чувство, наполняющее человека радостью, дающее ему вдохновение. Нередко бывает так, что человек влюбляется, но вскоре начинает осознавать, что его чувства нельзя отнести к нормальным. Ему начинает казаться, что сошел с ума от любви. Он проявляет нетерпеливость, всегда настаивает, чтобы объект его привязанности постоянно присутствовал возле него, все время ему перезванивает, раздражается, если тот не берет трубку, желает знать его местонахождение, ревнует, ограничивает и контролирует его контакты.

Как только человек хочет что-то против этого предпринять, например, хочет прекратить отношения, его сразу влечет обратно, но после того, как люди воссоединяются, они вновь страдают. Если человек осознает, что ему сложно находиться в таких отношениях, он постоянно переживает страдание и нервозность – это явная любовная аддикция. Аддикция в отношениях характеризуется болезненным пристрастием.

Любовная аддикция у мужчин, как и у женщин, случается одинаково часто. Существуют различные методы лечения любовной аддикции. Ниже, следует более детальная информация о том, что такое любовная аддикция, как избавиться от нее.

Аддикция отношений

Любовная аддикция это болезненное пристрастие человека к объекту любви. В таких отношениях страдают оба человека, в большей мере даже предмет обожания, поскольку он должен терпеть постоянные ревности, подозрения, навязчивые звонки.

Индивиды, склонны к любовной аддикции, из-за того, что не могут контролировать свою жизнь, начинают управлять жизнью возлюбленных, совершая это чрезмерно навязчиво, тревожно и неуверенно. Их неуверенность и тревожность выражается в том, что они опасаются услышать слова, связанные с расставанием и возможной потерей партнера.

Любовная аддикция способна развиться, если в детстве родители одаривали своих чад чрезмерной заботой и гиперопекой. Это приводит впоследствии к тому, что ребенок боится оставаться один без родителей и нуждается в постоянном их присутствии. Когда ребенок вырастет и станет взрослым, он может стать потенциальной жертвой любовной аддикции. У него могут проявиться следующие признаки: страх потерять любимого человека, чрезвычайная привязанность к нему, тяжелые переживания во время расставания.

Любовная аддикция у мужчин и женщин выражается в равной степени и невозможно сказать, кто страдает больше, поскольку это сугубо зависит от личности.

Любовные отношения, в которые вступает аддикт, называются соаддиктивными. Они очень эмоционально насыщены. Такая эмоциональность может быть позитивно или негативно окрашенной. Соаддиктивные отношения возникают между ребенком и родителем, мужчиной и женщиной, личностью и недосягаемым объектом (актером, певцом, публичной личностью), между людьми через виртуальное общение.

Любовная аддикция отношений имеет свойственные ей особенности: любовный аддикт практически все свое время уделяет объекту своего пристрастия; его привязанность настолько сильна, что если вдруг случаются неожиданные изменения в планах и их встреча должна отложиться, аддикт впадает в паническое состояние.

Любовный аддикт всего себя посвящает отношениям, он отставляет на задний план отношения с близкими и друзьями, работу, любимые занятия. Мир аддикта наполнен нереальными переживаниями о положительных ожиданиях со стороны партнера по отношению к себе.

Любовный аддикт приписывает объекту своей влюбленности те качества, которые совершенно ему не свойственны. Когда партнер говорит о том, что не нужно так идеализировать его образ, любовный аддикт еще больше начинает наделять своего избранника фантастическими чертами. Сам аддикт отличается от других тем, что постоянно испытывает страх, что будет покинутым, что, зачастую потом и происходит, поскольку он сам своим поведением к этому приводит.

Аддикция избегания

Интерес в теме любовной аддикции представляет аддикт избегания.

Аддикция избегания происходит в слишком близких, продолжительных и искренних отношениях. Аддикт зачастую пребывает в двойственной ситуации: он любит своего партнера и очень им дорожит, но в то же время он избегает слишком большой привязанности, старается быть на расстоянии. Такие отношения очень нестабильные и невозможно точно сказать насколько они прочные.

Особенно тяжело приходится партнеру аддикта избегания, он постоянно ждет, когда же будет второй шаг, когда отношения выйдут на другой уровень, но этого не происходит. Аддикта такая ситуация устраивает, поскольку он считает себя свободным в создании несерьезных отношений на стороне.

Аддикты избегания часто имеют различные аддикции – наркомания, алкоголизм, игромания, трудоголизм и другие одержимости.

Партнеры аддикта избегания часто не понимают, что происходит в их любовных отношениях, они страдают, чувствуют себя брошенными и неполноценными. Чтобы как-то повлиять на ситуацию, они проявляют гиперухаживание. Стараются всеми способами показать, насколько они любят. Но они не понимают, что таким поведением вызывают защитную реакцию аддикта избегания, чем еще больше отталкивают его. В ответ на гиперопеку любовного партнера он стремится уйти из отношений, избежать контроля над собой, ослабить на себя давление. Но в то же время, когда он старается отдалиться от партнера, у него присутствует страх покинутости. Он боится, что если слишком «перестарается», то партнер не выдержит и сам бросит его, поэтому «дает задний ход» и опять стремится сблизиться. Такие отношения напоминают движения пульсации.

Нередко аддикты избегания находятся в отношениях с любовными аддиктами, тогда отношения приобретают очень драматический сценарий и априори не могут закончиться счастливо. Любовные аддикты чрезвычайно привязчивы к своему партнеру, они желают иметь полный контроль над жизнью своего избранника, знать абсолютно все, что его касается, естественно, аддикту избегания в таких отношениях находиться слишком долго становится невыносимо. Поначалу он абсолютно нормально воспринимает ухаживания, и сам проявляет внимание и заботу, обнаруживая свой интерес. Именно этот процесс обольщения помогает аддикту избегания в его самоутверждении и повышении самооценки. Когда проходит не слишком много времени он начинает уставать от отношений. Понимая, что не способен ответить ожиданиям любовного партнера, аддикт избегания ощущает дискомфорт и в скором времени, ища первый лучший предлог, дистанцируется. Через некоторое время такая схема отношений повторяется вновь.

Когда встречаются две личности аддиктов избегания, они основывают свои отношения на совместном увлечении и общих интересах. Очень близкими и искренними они не будут никогда, доверие в таких отношениях также часто не имеет места.

Аддикт избегания очень хороший манипулятор, если он пожелает, то сможет поддерживать чувства, влюбленного в него партнера, но при этом совершенно незаметно и регулярно ускользать от слишком большой привязанности.

Ситуация слишком доверительной близости вызывает у аддиктов тревогу и напряжение. Определенность и обязательность воспринимается, как что-то слишком тяжелое, непереносимое. Поэтому часто в таких отношениях люди не имеют общего хобби, которым занимались бы в свободное время, поскольку для аддикта избегания это значит еще больше времени проводить с партнером, чего он старается сторониться и ищет интересы вне общения с ним.

Когда отношения достигают интимной близости, аддикт избегания также начинает вести себя неестественно. У неуверенных в себе аддиктов интимофобия оправдывается тем, что они не способны соответствовать высоким стандартам и ожиданиям партнера. Холостяки-аддикты, так называемые «дегустаторы» все время находятся в поиске идеала, не могут «нагуляться» и повзрослеть.  Те, кто пережили неприятный опыт ранее, не могут отважиться на новые любовные чувства. Общим у всех них есть – неспособность на искреннюю близость.

Когда проходит определенное время, приобретается опыт и человек понимает, что ему надоело так жить, и он хочет стабильных отношений, то он задается таким вопросом: существует ли лечение аддикции избегания?

В таком состоянии в себе самому разобраться очень сложно, тем более, что человек часто не подозревает о том, что у его избегания может быть существенная причина.

Лечение аддикции избегания происходит под руководством психолога или психотерапевта, который должен очень хорошо исследовать причину формирования данного состояния. Выяснив причину, нужно ее проработать и только после этого заниматься формированием адекватного взаимодействия с партнером.

Лечение любовной аддикции

Женщины, чаще, чем мужчины задаются вопросом: любовная аддикция, как избавиться от нее, зачастую это просто крик души. Женщины, которые слишком много отдавали энергии и своей любви отношениям, становятся совершенно опустошенными и требуют помощи специалиста, который научит их, как жить дальше, любить и быть счастливой с партнером.

Слишком эмоциональная влюбленность воспринимается человеком, как настоящая любовь, из-за чего, не повстречав в ответ взаимных чувств, он может навсегда разочароваться в любви. В дальнейшем он запрещает себя любить, ограничивает свои чувства и, таким образом, ограждает себя от страданий. Очевидно, что человек из любовного аддикта перешел в состояние аддикта избегания. Зависимость в отношениях заставляет людей сильно страдать и с этим нужно бороться.

Любовная аддикция, как избавиться? Методы лечения любовной аддикции могут быть индивидуально направленными или групповыми. Самым важным в лечении является выбор хорошего психотерапевта.

Психотерапия любовных аддикций предусматривает изучение динамики любовной зависимости, исправление искаженных, неправильных представлений из детства. Психотерапевт помогает разобраться в установках, приобретенных в детстве, которые определяют поведение клиента. Если, например, это такие установки, как «я плохая», «я никогда не буду счастливым», то целью терапии будет повышение самооценки и создание положительных установок.

Групповая психотерапия любовных аддикций предусматривает, что все участники группы озвучивают личные созависимые отношения и проецируют свои чувства на терапевта и других участников. Все пережитые чувства участников терапевтической группы любовной аддикции способствуют лучшему осознанию личных переживаний, при этом принимая обратную связь от каждого участника. Посещения групповой терапии нельзя пропускать, потому что зависимость – это сверхценное чувство, трудно контролируемая привычка, которой свойственны рецидивы. Для более быстрого эффекта лечения любовной аддикции, человек может посещать групповые занятия и одновременно проходить индивидуальные консультации.

Профилактика любовных аддикций должна начинаться с раннего детства. Крайне важно чтобы родители были достаточно психологически автономными, в таком случае, ребенок будет перенимать на себя стратегии их поведения. Родители в воспитании ребенка ради профилактики любовных аддикций должны поощрять его в выражении им собственных независимых мыслей; выражать понимание и поддержку; показывать собственную психологическую независимость; открыто и искренне обнаруживать собственные мысли и чувства; прямо спрашивать ребенка чего он хочет; четко научить его тому, что можно, что нельзя.

На формирование личности с любовной аддикцией влияют социально-психологические и индивидуально-психологические факторы. Социально-психологические факторы любовной аддикции включают в себя социальные стереотипы и воспитание в семье. Поэтому очень важно воспитать ребенка, как целостную, автономную личность.

Профилактика любовных аддикций должна включать в себя информирование социума о данном расстройстве, особенно подростков. Люди должны понимать серьезность данной проблемы, знать о том, что во многих конфликтах, связанных с осложненными отношениями, любовь носит болезненный характер. Если своевременно не обратиться к психологу, возможны различные негативные следствия таких конфликтов: развитие психосоматических и психических расстройств, возникновение суицидальных попыток.

Индивидуально-психологические факторы любовной аддикции предусматривают личностные характеристики человека: склонность к депрессии, нарциссические или мазохистичные черты. Нужно работать над истреблением этих характеристик и заменить их на более приемлемые и позитивные, чтобы добиться гармоничного развития личности.

В лечении любовной аддикции очень важным является правильный выбор психотерапевта, который уже проработал свои модели в направлении эмоциональной, психологической аддикции. Не все терапевты или психологи смогли изменить свои созависимые модели. Если психолог не смог прояснить собственные модели любовной аддикции, то он будет пытаться восстановить созависимые отношения с клиентом.

Психотерапевт, который работал над собой в данной сфере, без лишних возражений, ответит клиенту на вопрос о его собственных созависимых моделях любовной аддикции. Если же в ответ он только попросит клиента не задавать лишних вопросов, значит, что он еще не разобрался в себе.

Если психотерапевт имеет личный опыт преодоления созависимых тенденций любовной аддикции, он может применить его в практической помощи клиентам с подобной проблемой. Такой специалист поможет клиенту осознать его личностный потенциал, научит нести ответственность за свою жизнь.

Анализ воспоминаний поможет установить и исправить искаженные представления детства, которые повлияли на динамику любовной аддикции.

Хороший специалист поможет сформировать адекватную самооценку, укрепить целеустремленность, составить алгоритм действий, необходимых для достижение успеха в одолении любовной аддикции.

Компетентный психотерапевт способен быть сотрудничающим партнером в оказании поддержки основных потребностей. Разница в том, что психотерапевт имеет запас знаний и умений в оказании помощи установления связи клиента с его глубокими любовными чувствами. Психотерапевт предоставит возможность выражать эти чувства в абсолютно безопасной и поддерживающей обстановке.

Автор: Практический психолог Ведмеш Н.А.

Спикер Медико-психологического центра «ПсихоМед»

Мы в телеграм! Подписывайтесь и узнавайте о новых публикациях первыми!

Любовная зависимость-это ваш собственный добровольный выбор

Как и любая другая, любовная зависимость так же имеет свой собственный набор симптомов, определяющий качество жизни зависимого человека. Среди наиболее распространенных, встречаются такие, как:
Измененное восприятие реальности

Зависимость используется в качестве эмоциональной отдушины, позволяет аддикту уходить от реальности, погружаясь в мир собственных грёз и фантазий, чувствовать себя живым, вызывая ощущение эйфории, лёгкости и повышенного эмоционального состояния.

Толерантность

Психологический эффект постепенно уменьшается и аддикту требуется увеличить время, проводимое с объектом зависимости, получать от него всё больше знаков внимания, подтверждения любви.

Стремление получить желаемое любой ценой

Привлечь к себе внимание и удержать рядом любой ценой. Это очень похоже на поиск дозы, от получения которой напрямую зависит психологическое состояние аддикта. И здесь все способы хороши – от заваливания подарками до шантажа и угроз.

Зацикленность на объекте

Всё, что не связано напрямую с отношениями, перестаёт интересовать. Цели, планы, задачи в той или иной степени связаны с объектом зависимости. Вне контекста отношений любые события игнорируются, а самостоятельная активность любо уменьшается, либо полностью прекращается.

Последствия

Отношения продолжаются несмотря на всю их токсичность. Проблем становится больше, а разорвать такие отношения крайне сложно, особенно, если вторым партнёром является аддикт избегания.

Отчаяние

В итоге, в случае разрыва отношений, у аддикта наступает натуральная абстиненция со всеми соответствующими симптомами, как физическими, так и психологическими. Пережить это состояние самому человеку бывает крайне сложно. Возникает опасность формирования тяжёлой депрессии, а в некоторых особо сложных случаях могут иметь место попытки суицида.

Как всегда, всё начинается в детстве, когда закладываются основы структуры личности. В первые годы своей жизни ребёнок зависит от родителей, что совершенно нормально. Они обеспечивает ему чувство стабильности, безопасности, надёжности. Если взрослый постоянно доступен, то ребёнок чувствует себя в безопасности и готов познавать мир.

Если чуть расширить эту теорию, то условно можно выделить три вида взаимодействия ребёнка со значимыми взрослыми: безопасное (когда взрослый проявляет адекватную заботу в соответствии с ситуацией), тревожно-амбивалентное (где взрослый доступен избирательно, и ребёнок привыкает к мысли о том, что мир не всегда будет добр к нему) и, наконец, тревожно-избегательное (когда ребёнок ощущает свою ненужность и брошенность, сталкиваясь с пренебрежительным либо откровенно агрессивным и грубым отношением к себе со стороны взрослого).

Как правило, к формированию в дальнейшем у них любовной зависимости склонны как раз представители второй и третей модели воспитания.

Самый первый опыт, получаемый в начале жизни, определяет очень многое, в том числе и самооценку человека, его ожидания от других людей и способность создавать и поддерживать успешные, гармоничные отношения. Таким образом, успех или неудача на начальном этапе жизни, в буквальном смысле опыт первых отношений, закладывают именно ту поведенческую модель, которую, повзрослев, человек будет реализовывать в жизни.

Опираясь на собственный, немалый опыт в консультировании по этому вопросу, могу с сожалением признать, что любовная зависимость распространена в современном обществе едва ли не шире, чем зависимость от наркотиков, просто она далеко не всегда так же отчётливо заметна. Что это значит страдать от любовной зависимости? Прочтите список утверждений, расположенный ниже. Если вы вдруг почувствовали, что какое-то из утверждений остро отозвалось у вас внутри, будто пронзила резкая зубная боль, то, возможно, стоит над этим задуматься.

И так, вы считаете, что:
  • Мое счастье и благополучие зависит от любви к другому человеку.

  • Моя самооценка, чувство собственного достоинства и самоуважение зависят от того, насколько другой человек любит меня, поддерживает и заботится обо мне.

  • Неодобрение или отвержение меня другим человеком означает, что я недостаточно хорош(а).

  • Я не могу сам(а) сделать себя счастливой, это может сделать только другой человек.

  • Самые сильные эмоции вызывает во мне то, как ко мне относится другой человек.

  • За мои чувства ответственны другие люди. Поэтому если кто-то по-настоящему любит меня и заботится обо мне, то он или она никогда не будет делать ничего, что задевает или расстраивает меня.

  • Я не могу быть один/одна. Я чувствую, что просто умру, если останусь один/одна.

  • Когда мне больно или обидно, это чужая вина.

  • Это обязанность других людей заставить меня чувствовать себя хорошо, хвалить и во всём поддерживать меня.

  • Я не отвечаю за свои чувства. Другие заставляют меня чувствовать себя счастливой(ым), жизнерадостной(ым) и весёлой(ым), или наоборот, пребывать в грусти и печали. Когда я злюсь, значит это кто-то другой меня разозлил, вот пусть теперь он/она и исправляется, приносит извинения, что обидел(а) меня.

  • Я не отвечаю за свое поведение. Это другие люди заставляют меня кричать, злиться, сходить с ума, страдать, смеяться, плакать, проявлять агрессию.

  • Другие люди поступают эгоистично, если они делают то, что хотят, а не то, что я хочу или в чём нуждаюсь.

  • Если я не буду с кем-то в отношениях, то я умру.

  • Я не могу самостоятельно переносить одиночество. Это причиняет мне боль и приводит к отчаянию, чувству покинутости и ненужности этому миру.

Жить в любовной зависимости очень сложно. Вам придется контролировать своё поведение, слова, действия и поступки, чтобы избежать неодобрения и получить свою “дозу” любви, внимания и заботы. Ощущение постоянных американских горок. В одну секунду ситуация меняется от радости и счастья, когда вам уделяют внимание и проявляют заботу, до почти полного отчаяния, когда вас отвергают, проявляя холодность и равнодушие.

Любовная зависимость есть ваш добровольный выбор.

Имейте в виду, что это вы сами отказались от себя, добровольно. Что это значит? Ну представьте себе на секунду, что у вас внутри живёт маленький «Вы». И вместо того, чтобы любить его, холить лелеять, поддерживать и заботиться о нём, вы сдали его на попечение абсолютно чужому человеку, которого до этого совершенно не знали.

Почему же вы так уверенны, что он будет хорошо к нему относиться и с чего вы взяли, что этот человек вообще обязан нести ответственность за ваши чувства? Такой внутренний отказ от себя самого всегда будет приводить только к одному результату — вызывать глубокую боль, снижение самооценки, делать вас зависимым от другого человека, убивая внутреннее чувство собственного достоинства.

За тобой хоть на край света

Люди, страдающие от любовной зависимости, не могут найти смысл жизни за пределами любви и готовы смириться даже с откровенно пренебрежительным к себе отношением со стороны партнёра, из страха остаться в одиночестве. Постоянная ревность и собственническое поведение являются частью их повседневной жизни, параллельно они расходуют огромное количество времени на удовлетворение потребностей “лучшей половины”. Любовные аддикты легко могут отказаться от своих друзей и семьи, когда они находятся в отношениях, и последовать за своим партнёром на край света.

Время, проведенное не вместе с объектом зависимости, вызывает глубокую тревогу и внутреннее напряжение, воображение начинает рисовать страшные картины измен, появляется сильное внутреннее напряжение, в итоге человек буквально “на ровном месте” может впасть в депрессию на фоне одиночества.

Естественно, что как в случае со всеми другими зависимостями, любовный аддикт будет всячески отрицать наличие проблемы. В лучшем случае пытаться её скрывать, а в худшем — проявлять пассивно-агрессивные формы поведения и сваливать всю вину на партнёра. Именно поэтому первый шаг к выздоровлению — это признать наличие проблемы и начать избавляться от неё. Если вы страдаете от любовной зависимости, то имейте в виду, что признание проблемы — уже есть половина успеха. А дальше начнётся ваше личное путешествие к свободе. Оно не обещает быть простым, но оно того стоит!

Аддикция избегания.

​Это оборотная сторона той же самой медали, “любовная зависимость наоборот”. Эти двое не могут существовать друг без друга. Они притягивающие друг друга противоположности, и вполне могли бы составить идеальную пару, в которой один всё время убегает (аддикт избегания), а второй всё время старается догнать (любовный аддикт). Но далеко не всё так просто, как может показаться на первый взгляд.

​Прежде всего, надо сказать, что аддикты избегания очень часто имеют какую-то другую, параллельную зависимость, химическую либо поведенческую, и уже именно она полностью фокусирует на себе всё их внимание. Та же любовь, только в другую сторону.

Причины возникновения и формирования аддикции избегания не однозначны и могут быть разнообразными. В одном случае это всё тот же детский опыт, когда ребёнок был вынужден по каким-то причинам заботиться о родителе. Это чувство долга вызывает внутреннее возмущение необходимостью выполнения обременительных обязанностей и создаёт убеждение в том, что если ты кого-то любишь, то это существенная и неприятная нагрузка. В другом случае такая эмоциональная холодность может быть причиной более ранних, возможно самых первых неудачных и болезненно завершившихся отношений, нанесших серьёзную психологическую травму.

Если вы знаете за собой склонность к любовной зависимости, или просто беспокоитесь, не является ли ваш партнёр аддиктом избегания, то обратите внимание на некоторые общие поведенческие особенности таких людей:
  • Избегает эмоциональной близости, под разными предлогами уклоняется от любых разговоров о чём-то личном, о собственных переживаниях и эмоциях. Для него близость очень сложно переносима, возникает ощущение нехватки воздуха, душного замкнутого пространства.

  • Он самовлюбленный. Не самодостаточный, что нормально для зрелой личности, а именно самовлюблённый и самодовольный. Он в основном сосредоточен на себе и ему сложно стать эмоционально ближе к своему партнеру.

  • Резкие перемены в отношениях. Аддикты избегания часто делают разворот на 180 градусов во время отношений. Вроде бы всё идёт хорошо и ничто не предвещает проблем, как вдруг ситуация меняется на диаметрально противоположную и человек становится холодным и отчуждённым. Страх близости возрастает по мере развития отношений.

  • Он резко отказывается от любого варианта семейной консультации или другой терапии. Человек с аддикцией избегания будет категорически это отрицать. Он не видит ничего предосудительного в своем поведении и уверен, что не нуждается в помощи.

  • Очень часто у него есть кросс-зависимость. Например, трудоголизм или компьютерная зависимость, в которую он прячется от своего партнёра и эмоциональной близости с ним, используя свою зависимость как щит.

Любовный аддикт + аддикт избегания = катастрофа.

В таких отношениях отсутствуют здоровые личные границы, без наличия которых невозможно существование истинной интимности между партнёрами, когда оба признают друг за другом право на собственную жизнь. Это приводит к скандалам и обвинениям в нечестности, во время которых в ход идут преувеличения и взаимные оскорбления.

​Однако и взаимное притяжение таких людей, обусловленное наличием “знакомых” психологических черт, очень велико.

И несмотря на то, что такие черты партнёра могут быть неприятными и вызывать эмоциональную боль, они привычны с детства и напоминают знакомую, когда-то пережитую ранее ситуацию. Есть совершенно определённые “движущие силы”, толкающие любовных аддиктов к построению отношений с аддиктами избегания. Это привлекательность узнаваемого, знакомого с детства. Надежда на то, что “детские раны” можно вылечить сейчас и желание реализовать фантазии, созданные в детстве.

​Эти люди практически никогда не увлекаются неаддиктами, попросту не пуская их в свою жизнь, так как они совершенно для них не интересны и скучны, они не понимают, как себя с неаддиктами и как с ними строить отношения, ведь знакомая модель не работает.

​Одно можно сказать совершенно определённо: такие отношения — это бесконечное движение по кругу, изматывающее до тошноты. Для любовного аддикта отношения с аддиктом избегания одновременно и привлекательны, и разрушительны в равной степени. Один бежит к другому со своей заботой и любовью, а другой убегает от него тем быстрее, чем ближе первый подбегает, делая поведение первого ещё более агрессивным. Такая ситуация провоцирует ещё более активное проявление заботы со стороны зависимого, и так до полного истощения обоих.

Ваша свобода в ваших руках

​Если у вас возникло ощущение, что вы попали в похожий токсичный круговорот и вас это положение вещей не устраивает, то, скорее всего, именно так оно и есть, а значит настало самое время обратиться, как минимум, за профессиональной консультацией. Не стоит думать, будто ситуация как-то сама собой наладится. Кроме того, в такой паре инициатива, как правило, принадлежит любовному аддикту, именно он может разорвать этот токсичный круговорот. Не стоит думать, что это будет легко и просто. Чаще всего, это довольно сложная и продолжительная работа, но результат того стоит.

Аддикция избегания и избавление от одиночества. Аддиктология: психология и психотерапия зависимостей

Аддикция избегания и избавление от одиночества

Любовь – главный способ бегства от одиночества, которое мучит большинство мужчин и женщин в течение почти всей их жизни.

Бертран Рассел

Аддикт избеганияне менее любовного аддикта нуждается в любовном наркотике, однако скрывает это за маской самодостаточности. Для аддикта избегания характерны следующие черты: сверхценноеотношение к ЗД, которого внешне избегают; закрытость внутренней жизни от ЗД из?за проективного страха контроля с его стороны и «поглощения» им; формирование заместительных аддиктивных отношений с другими объектами.

Созависимостьмежду любовным аддиктом и аддиктом избегания может развиться с самого начала их взаимоотношений. Формируется порочный круг: чем больше активности проявляет любовный аддикт, тем более отдаляется от него аддикт избегания, усиливая тем самым у партнера страх отвержения и покинутости и стимулируя его активность. Нарастает конфликт зависимых отношений, в ходе которого аддикт избегания начинает удовлетворять свои аддиктивные потребности в другой любовной связи, менее опасной для его интимофобии, или в других аддикциях: воспитательной, трудогольной, алкогольной и т. д.

Если пару составляют два аддикта избегания, обычно они заключают между собой негласный договор о дистанцированных отношениях, при которых каждый имеет право на интенсивные деловые или интимные контакты с другими или оба могут увлекаться совместным делом, хобби, заменяя ответственные, эксклюзивные интимно?личные отношения товарищескими или приятельскими (гражданский брак, открытая семья).

Любовные аддикты и аддикты избегания страдают из?за отсутствия интимности и доверия в своих отношениях. Они испытывают чувства неоцененности и ненужности, однако не могут создать интимные отношения с неаддиктивными людьми и не увлекаются ими, считая их непривлекательными, неинтересными. В других людях их привлекает то, что, во?первых, ностальгически знакомо, во?вторых, дает надежду на реализацию детских фантазий и, в третьих, обещает излечить раны, являющиеся следствием детских объектных отношений. Аддикты избегания избирательно общительны, не склонны к стабильным личным отношениям, нередко предпочитают жить в одиночестве.

Вслед за Дж. Янгом (1989) мы выделяем шесть ступеней в иерархии одиночества и, соответственно, стратегий его преодоления. 1?я стадия– жизнь в одиночку. Одинокие пациенты часто испытывают потребность в установлении дружеских или любовных отношений. Причем эти отношения зачастую нужны им для того, чтобы избавиться от страха покинутости. В то же время из опасения быть отвергнутыми пациенты предпочитают проводить время дома. Психологическая коррекция заключается, прежде всего, в осознании болезненно вытесненной потребности в общении, переключении внимания больного с его состояния на ситуацию одиночества и поиске ее психологических причин. Чтобы активизировать коммуникативную сферу пациента и получить материал для терапевтической работы, следует составить вместе с ним поэтапный план расширения круга его общения, уже на первом этапе работы можно применять терапию публичным досугом.

Важно также актуализировать положительные качества пациента на основе воспоминаний о его удачном прошлом опыте близких отношений. Пациенту помогают пересмотреть убеждения типа: «Чтобы иметь друзей, надо быть красивым, веселым, умным». В процессе беседы пациент осознает, что он сам при выборе друга не считал бы эти качества обязательными, следовательно, не стоит приписывать подобные требования другим. При выраженном недовольстве своей внешностью может помочь коррекции определенных особенностей фигуры – например, путем диеты, физических упражнений, пребывания на свежем воздухе. В некоторых случаях необходимо стимулировать обращение к стоматологу, окулисту, косметологу.

2?я стадия– случайные дружеские связи. Пациенты боятся растеряться в ситуации общения, получить плохую оценку со стороны окружающих. Осознанию необоснованности подобных ожиданий способствуют такие вопросы, как «Каковы доказательства того, что за вами все наблюдают, постоянно оценивают? Отвергнете ли вы сами того, кто проявил неловкость, оступился в социальном плане?». Для снижения уровня социальной тревоги с пациентом проигрывают ситуации общения, подчеркивая его коммуникативные возможности. Кроме того, ему рекомендуют во время общения переключать внимание с себя на партнера. При недостаточном развитии социальных навыков следует разработать совместно с пациентом программу тренинга, которая реализуется в ходе ролевых игр с терапевтом, обеспечивающим обратную связь, и «домашних заданий» с их последующим анализом. В работе с шизоидными личностями необходимо показать им, что возникающие у них трудности во взаимоотношениях с окружающими во многом обусловлены идиосинкразическим характером их мышления, и предложить им внимательнее слушать собеседника. Актуализации гедонистических мотивов коммуникативного поведения способствует тренинг сексуальности.

Лица с паранойяльной акцентуацией характера отличаются недоверчивостью, подозрительностью, они заранее убеждены, что все люди являются эгоистами и манипуляторами. Пациента полезно попросить рассказать о таких людях, предложить «испытать» знакомых. В процессе работы пациента неоднократно спрашивают, может ли он сейчас доверять терапевту, и если нет, то почему. Подобная тактика позволяет выявить негативные интерпретации действий терапевта и их неадаптивный характер, повышает доверие к терапевту и другим людям.

3?я стадия– взаимное самораскрытие. Пациенты считают, что люди отвергли бы их, если бы узнали об их слабостях и «постыдных тайнах». Они убеждены, что не имеют права «взваливать собственные проблемы на других». Первый шаг к налаживанию интимных взаимоотношений состоит в повышении доверия к другому. Задача терапевта – поощрить пациента открыться пред потенциальным другом, ищущим сближения. С пациентом разыгрывают ситуацию, в которой терапевт играет роль пациента, а тот – друга. Терапевт «раскрывает» некоторые тайны пациента, последний слушает его и откликается на доверие, испытывая не желание отвергнуть партнера, а понимание и сочувствие. В результате пациент понимает, что его страхи необоснованы, что другие люди похожи на него и могут понять и разделить его проблемы, а самораскрытие повышает интимность взаимоотношений.

4?я стадия– встреча потенциального интимного партнера. Пациенты обычно считают, что они не смогли встретить «подходящего человека». Однако симпатия к другому основана на общих чертах с ним. Если человеку никто не нравится, то скорее всего он не нравится сам себе. Поэтому в таких случаях пациенту необходимо пройти предыдущие стадии работы. После повышения самооценки пациента его поощряют установить доверительные отношения с другом, проявившим инициативу. Затем возникает проблема самостоятельного выбора партнера. Совместно с пациентом терапевт разрабатывает различные способы знакомств: контакты со старыми приятелями, поиск партнера через посредников, сближение с сотрудниками или соседями, вступление в организацию с подходящими для пациента интересами, принятие позиции свободного одинокого человека, «открытого» для выбора.

Пациенты испытывают страх быть отвергнутыми при знакомстве, поэтому им рекомендуют чаще встречаться с людьми, пытаться лучше понять их – возможно, они готовы принять знаки внимания пациента и подходят для более глубокого знакомства. В ряде случаев выбор пациента ограничивается сложившимся стереотипом прошлых неудачных отношений, причем, несмотря на неудачу, его по?прежнему привлекают люди, заведомо не соответствующие его потребностям: жестокие, отвергающие, возбудимые или чрезмерно зависимые. Необходимо идентифицировать данный тип людей и помочь пациенту осознать перспективу общения с ними: стойкие негативные эмоции перевесят пылкое увлечение.

5?я стадия– углубляющаяся близость. Пациенты, отвергнутые в сфере интимных отношений, нередко испытывают чувство разочарования в себе и человеке, которому доверяли. Необходимо помочь пациенту взглянуть на эти взаимоотношения в ином аспекте. Если сохраняется уверенность в своей ошибке – предложить изменить поведение таким образом, чтобы не повторять ее. Пациента следует отучить судить о будущем только по опыту прошлого, тогда риск остаться одному выглядит по?другому. Пациенты, обеспокоенные вопросами секса, обычно боятся оказаться несостоятельными любовниками. Надо помочь им пересмотреть отношение к близости как к спектаклю или экзамену, понять, что смысл сексуальных отношений не во взаимной оценке, а в возможности получать и давать наслаждение – в том числе и признанием того, как много получил сам. Осознанию неадаптивных установок в данной сфере способствует просьба терапевта привести альтернативное объяснение того, почему кто?либо не сумел вовремя откликнуться на сексуальный призыв пациента. Поощряется откровенность в выражении сексуальных переживаний, что уменьшает чувство изолированности и укрепляет гедонистические, жизнеутверждающие тенденции.

6?я стадия– долгосрочные эмоциональные обязательства. Пациенты нуждаются в стабильности интимных отношений, но в то же время испытывают страх, что они пойманы в ловушку, и боятся взять на себя обязательство перед партнером. Они опасаются, что не способны ответить взаимностью на любовь, что потеряют свою свободу, свою индивидуальность, если сойдутся слишком близко. Следует убедить пациента, что идеал равных обязательств и полной взаимности достигается на поздних этапах развития взаимоотношений. Никто не обязан соответствовать требованиям другого. О степени интимности и зависимости, свободе и обязательствах можно и нужно договариваться постепенно, при условии доброжелательности и взаимного доверия партнеров. В интимно?психологической сфере некоторые пациенты ведут себя с партнером излишне пассивно, не открывают своих негативных чувств. Не давая партнеру обратной связи, пациенты в то же время убеждены, что он и так догадывается, чего они хотят, и, следовательно, сознательно обижает их. В результате напряженное молчание переходит в непонятные вспышки обиды и гнева с последующими самоупреками.

В процессе терапии пациент осознает, что имеет право высказывать свои желания без страха отвержения, начинает относиться к проявлениям неудовлетворенности, критики и гнева как к нормальным компонентам долгосрочных отношений, а не как к предвестникам разрыва. В ряде случаев имеет смысл «прорепетировать» конструктивное разрешение скрытого межличностного конфликта. У пациентов с конформной акцентуацией характера – строгих, бескомпромиссных, упрямых, требовательных и морализующих – в коммуникативной сфере часто присутствуют нереалистические установки. Они считают, что заставляют других делать только то, что «любой посчитал бы правильным». При разочаровании в партнере такие пациенты испытывают обиду и гнев. На стадии влюбленности они могу не замечать «слабостей» партнера или ожидать его «исправления» в будущем. Затем начинают критиковать его, придираться, обвинять в упрямстве. Такие пациенты верят в абсолютные стандарты «правильного» и «неправильного», нетерпимы к иным взглядам. Они не могут и не хотят приспособиться к партнеру, требуя этого от него, обвиняют его в разрыве: «Лучше одиночество, чем мириться с недостатками партнера». Терапевт должен показать, что «абсолютные» стандарты очень редко совпадают с индивидуальными, каждый человек имеет право жить по своему вкусу. Терпимое отношение и принятие точки зрения других людей выгоднее, чем повышенная требовательность, которая приводит к разрушению отношений и одиночеству. Некоторые особенности партнеров, которые пациент расценивает как недостатки, – разумная цена, которую можно заплатить ради достижения близости и сохранения хороших отношений. Для профилактики рецидивов необходима коррекция личностных расстройств с помощью динамической и когнитивно?поведенческой терапии.

? Если боитесь одиночества, то не женитесь.

А. Чехов

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Социодинамическая психиатрия >> Любовные аддикции и аддикции избегания Существует три вида аддикции, соприкасающихся друг с другом, к ним относятся любовные, сексуальные аддикции и…

Любовные аддикции и аддикции избегания Существует три вида аддикции, соприкасающихся друг с другом, к ним относятся любовные, сексуальные аддикции и аддикции избегания. Анализ лиц, предрасположенных к возникновению трех вышеперечисленных аддикции, показывает наличие у этих людей проблем с самооценкой, адекватный уровень которой для себя они не могут установить. Они не обладают способностью любить себя, имеют трудности в установлении функциональных границ между собой и другими людьми. Эти люди не могут ощутить границы своего «Я», в связи с этим у них отсутствует и способность к реальной оценке окружающих. Им присущи проблемы с умеренностью в поведении, в проявлении чувств, в реализации активностей и т. д. Таким людям свойственны проблемы контроля, при которых они позволяют другим контролировать себя или пытаются контролировать других. Характерны навязчивость в поведении, в эмоциях; тревожность; неуверенность в себе: импульсивность; насильственность в действиях; проблемы с духовностью. Они создают для себя идолов, наделенных «высшей силой», или стараются сами играть роль этой силы по отношению к другому человеку. Им свойственны трудности в выражении своих интимных чувств. Любовная аддикция — это аддикция отношений с фиксацией на другом человеке, для которой характерны отношения, возникающие между двумя аддиктами. Поэтому отношения, в которые вступает любовный аддикт, называются соаддиктивными. Наиболее типичным для них вариантом являются отношения любовного аддикта с аддиктом избегания. Соаддиктивные отношения между двумя аддиктами основаны на нездоровых эмоциях. Термин «здоровые» подразумевает разные эмоциональные реакции с широкой представленностью эмоций. При соаддиктивных отношениях на первый план выступает интенсивность эмоций и их экстремальность как в положительном, так и в отрицательном отношении. Эти отношения могут возникать, например, между мужем и женой, между родителями и ребенком, между друзьями, между профессионалом и клиентом между реально существующим человеком и популярной социальной фигурой, с которой у человека не было личных контактов.

Основные характеристики любовных аддикции: 1. Любовный аддикт в процессе аддикции уделяет непропорционально большое количество времени и внимания человеку, к которому у него возникла аддикция. Этот процесс внимания и сверхположительной оценки выбранного объекта сопряжен с затратами большого количества времени, очень интенсивен и энергонасыщен. Доминируя в психическом состоянии, он становится сверхценной идеей, при которой все отодвигается на второй план, не имея прежнего значения. Происходящий процесс носит в себе черты навязчивости, сочетающейся с насильственностью, от которой чрезвычайно трудно освободиться. 2. Аддикт находится во власти переживаний нереальных ожиданий в отношении безусловного положительного отношения к себе со стороны другого человека, находящегося в системе этих отношений.

Это ожидаемое отношение нереалистично. Оно подразумевает необходимость отказа человека от возможности быть самим собой. Ожидание, во власти которого находится аддикт, носит фантастический характер. Это мешает ему реально оценить обстановку, поэтому он не реагирует на критические суждения окружающих о происходящем. Эта критика, подавляемая доминантой аддикции, сознательно активно отбрасывается и не воспринимается. 3. Любовный аддикт забывает о себе, перестает заботиться о себе и думать о своих потребностях вне аддиктивных отношений. Такое отношение к себе распространяется на его здоровье, отношения с другими и прежде всего близкими людьми. Анализ психологического состояния аддикта позволяет установить наличие у него серьезных эмоциональных проблем, центральную часть в которых занимает страх. Частично этот страх удается подавить. Страх, существующий у аддикта, подразделяется на страх, находящийся на уровне сознания, и подавленный страх, находящийся в подсознании. Содержание страха различно. Различие заключается в том, что страх, который осознается и присутствует на уровне осознания, это страх покинутости. Диапазон его действия заключается в том, что аддикт старается избежать покинутости и с этой целью может идти на жертвы, перенося многое. Порог переносимости многих явлений, которые, казалось бы, он переносить не может, высок. Тем не менее, оценка поведения аддикта должна учитывать стремление избежать покинутости. Но только этим стремлением не объясняется происхождение борьбы мотивов. Страх, находящийся в подсознании, — это страх интимности. Хотя внешне аддикт выглядит как стремящийся к интимности. Как известно, все, что находится в подсознании, определяет очень многое. Таким образом, на уровне сознания аддикт стремится к интимности, но в то же время в связи с подсознательным страхом интимности он не способен перенести «здоровую» близость. Такие люди боятся оказаться в ситуации, где необходимо быть по настоящему интимным, быть самим собой. Это приводит к тому, что подсознание ведет аддикта в ловушку, в которой он подсознательно выбирает для себя партнера, который не может быть интимным сколько — нибудь здоровым образом. Этот феномен объясняется тем, что в детстве аддикт потерпел неудачу, пережил психическую травму при проявлении интимности к родителям.

Осуществление подсознательного выбора любовного аддикта имеет в своей основе взаимность, так как его также выбирают аддикты избегания, которые ориентируются на определенные характеристики любовного аддикта. Для аддикта избегания характерны следующие черты: 1. Уход от интенсивности в отношениях со значимым для себя человеком, непереносимость этих отношений и создание интенсивности в аддиктивных реализациях вне этих отношений. Чтобы избежать интенсивности в отношениях со значимым человеком (любовным аддиктом), аддикт избегания проводит время в другой компании, на работе, в общении с друзьями. Аддикция отношений со значимым человеком для аддикта избегания проявляется не в интенсивности, а в стремлении придать этим отношениям «тлеющий» характер. Однако в связи с аддиктивностью такой человек легко уходит в другие аддиктивные реализации. И несмотря на важность отношений с любовным аддиктом, он уходит от них. В отношениях со значимым для себя человеком аддикт старается не раскрывать себя, говоря о чем угодно, но только не о том, что каким — то образом квалифицирует черты его характера, потребности, опасения и пр. , защищая себя таким образом от «поглощения» другим человеком и контроля с его стороны.

2. Стремление к избеганию интимного контакта с использованием для этого различных техник психологического дистанцирования. Изучение течения процесса аддикции позволяет выделить в нем несколько этапов: 1. Период, при котором эмоциональные переживания будут интенсивными с положительным знаком (приятные переживания). В начале любовный аддикт знакомится с партнером, который ему импонирует. Часто таким партнером оказывается аддикт избегания. Это объясняется тем, что аддикт избегания обращает внимание на любовного аддикта и стремится произвести на него большое впечатление. Аддикт избегания на интуитивном уровне «схватывает», что на этого человека он как раз и может произвести желаемое впечатление, так как он чувствует слабость и нуждаемость в нем. Он производит впечатление, демонстрируя, с одной стороны, глубокую эмоциональную заинтересованность, а, с другой стороны, свою силу и возможности. Таким образом аддикт избегания проявляет ролевое поведение. 2. На втором этапе происходит развитие фантазирования. Для любовного аддикта характерна развитость способности к фантазированию, навык к которому формируется у него еще в детстве. Стимуляция фантазии приятна. Фантазии существовали у аддикта и ранее, но они относились к нереальным, несуществующим людям, выступающим в роли «спасателей». Связь фантазии с реально существующим объектом способствует появлению особого состояния радости, воодушевления и приподнятости. Любовный аддикт, находящийся в этом состоянии, чувствует себя освобожденным от многих неприятных явлений, угнетающих его с детства и приводящих к ощущению жизни как неинтересной и серой. Уйти от такого ощущения можно было только при использовании фантазий. Освобождение от чувства одиночества, изоляции, пустоты, незначимости для окружающих сопровождается приятным ощущением. Реализация отношений сопровождается вступлением в действие механизма, при котором, находясь на пике фантазий, любовный аддикт начинает проявлять все большую требовательность к партнеру, касающуюся необходимости постоянного пребывания рядом с ним, нахождения с ним «на одной волне», потребности вместе решать все проблемы и думать в одном с аддиктом направлении. Такая требовательность не имеет границ. Аддикт фрустрируется при отсутствии партнера в течение даже короткого промежутка времени, он требует все большего внимания к себе. Таким образом, он пытается реализовать нереальные фантазии, не видя, что его требовательность не соответствует реальности, вызывая отрицательные реакции у другого, фактически провоцируя его уход от этих отношений. Поскольку речь идет о контакте с аддиктом избегания, значимость этого механизма возрастает. 3. Развитие у любовного аддикта осознания того, что в сложившихся отношениях далеко не все в порядке. И если вначале он отрицает реальность того, что его покидают, то наступает момент, когда этот факт отрицать уже невозможно. Отрицание разрушается, наступают явления отнятия, для которых характерна мрачность, депрессия, грусть и безразличие. Исчезают положительные фантазии. Начинается анализ ситуаций, главная цепь которого — повернуть процесс обратно и восстановить прежние отношения. Строятся планы действий, которые не до конца продумываются. Возникают мысли о шантаже, угрозах, планы мести, которые могут в какой — то мере реализовываться в дальнейшем, принимая насильственный характер. В случае разрушения отношений через какое — то время они могут восстановиться снова с тем же или другим партнером.

Казалось бы, накоплен опыт, который может быть использован, но он используется, главным образом, в ощущении большего, чем прежде, страха быть покинутым. Аддикт научился распознавать ранние признаки покидания, поэтому период положительной интенсивности чувств объективно оказывается более коротким, так как при появлении признаков покидания сразу же возникает конфликт. Аддикт избегания так же обладает эмоциональными нарушениями, ему так же присущ страх, но представленность страха носит обратный, по сравнению с любовным аддиктом, характер. На уровне сознания, «на поверхности» у аддикта избегания присутствует страх интимности, репрессированный в подсознание у любовных аддиктов. Это происходит потому, что аддикт избегания боится, что при вступлении в интимные отношения он потеряет свободу, окажется под контролем, потеряет физическую и психическую энергию. Такой страх объясняется тем, что в детстве аддикты избегания уже сталкивались с моделью, которая привела их к убежденности в том, что всякая интимность — это плохо. На подсознательном уровне у аддикта избегания присутствует неосознаваемый им страх покинутости. Это приводит к желанию аддикта избегания возобновить отношения. Он боится отдаляться на определенное расстояние и, почувствовав симптомы приближающейся покинутости, возвращается к прежнему уровню отношений. Аддикты избегания стараются удерживать отношения на определенном достаточно дистантном уровне, не давая им возможности развиваться, что противоречит поведению любовного аддикта. Аддикт избегания также проходит свой путь в отношении с любовным аддиктом. Для этого пути также характерна положительная и отрицательная интенсивность переживаний. В начале отношений аддикта избегания привлекает в любовном аддикте его ранимость и потребность в защите и во внимании к нему. Аддикт избегания использует в отношениях с таким человеком различные механизмы соблазна, играя на этих чувствах, демонстрируя свое внимание, обожание, заинтересованность в партнере и свои возможности. Аддикт избегания получает большое эмоциональное удовольствие, видя какие чувства он вызвал у любовного аддикта, осознавая то, что он к нему привязался. Это создает у него особое состояние, повышает самооценку.

Негативная интенсивность начинается с появления у аддикта избегания чувства внедрения в его жизнь, ограничения его свободы, контроля его поступков и начинающегося процесса его «поглощения» любовным аддиктом. Он испытывает нарастание отрицательных эмоций в связи с требовательностью любовного аддикта. Аддикт избегания начинает уходить от этих отношений, пытаясь уменьшать их интенсивность, используя при этом разумные доводы типа «Я очень занят». Наступающее освобождение временно смягчает страх. Любовный аддикт оказывается связанным с аддиктом избегания формирующимися соаддиктивными отношениями. Эти отношения включают в себя интенсивность эмоций, насильственность, навязчивость, которые используются обоими партнерами, чтобы избежать интимности и реальности. Отношения, которые они формируют между собой, составляют отдельную единицу аддиктивного процесса, называемую соаддикцией. Соаддиктивные отношения формируются не только между этими двумя видами аддиктов, они могут формироваться, например, между двумя любовными аддиктами. Этот симбиоз представлен чрезвычайной интенсивностью взаимоотношений. Они «смешиваются» друг с другом, становясь чрезвычайно зависимыми от этих отношении. Из этих отношений исключаются отношения с другими людьми, являющимися, в лучшем случае, вторым фоном, объектом панорамы, воспринимающимся очень поверхностно. Из этих отношений исключаются даже собственные дети, которые в данной ситуации чувствуют себя очень покинутыми.

В связи с наличием разницы между людьми в энергетических потенциалах нельзя считать, что два любовных аддикта в отношениях идентичны. Обычно один из них проявляет большую энергетику с более сильным стремлением быть активным. Кто — то из них может заставить другого соответствовать своей фантазии. Другой аддикт может оказаться менее энергетически насыщенным, иметь меньшие возможности.

Существующая опасность быть поглощенным любовным аддиктом, быть «высушенным», лишениым энергии, приводит к тому, что в данной ситуации любовный аддикт, чувствующий себя менее энергетически состоятельным, меняет роль и начинает адаптировать характеристики аддикта избегания, т. е. становится по отношению к более сильному любовному аддикту аддиктом избегания, старается дистанцироваться от него. Одновременно он может выстраивать с кем — то отношения по другому типу, проявляя характеристики любовного аддикта. Соаддиктивные отношения могут формироваться не только между двумя любовными аддиктами, но и между двумя аддиктами избегания, выступающими как аддикты избегания по отношению друг к другу. В рамках этих отношений наблюдается низкая интенсивность, основывающаяся на «негласном соглашении», «неписаном контракте», потому что каждый из них именно в этих условиях чувствует себя наиболее комфортно. Комфортные отношения низкой интенсивности внутри семьи очень удобны, но при этом каждый из партнеров имеет потенциальную возможность, которую он, как правило реализует, создавать интенсивные отношения с другим партнером в «другом мире и в другой жизни». Это может принимать цивилизованные формы, при которых один из партнеров находит себя в бизнесе, а другой интенсивно включается в другие активности, например, в благотворительность. Или один начинает увлекаться алкоголем, а другой навязчивым растрачиванием денег, садоводством или переустройством дома (Mellody, 1992).

Аддикт избегания в семейных отношениях может избегать другого аддикта, становясь любовным аддиктом в отношениях с другими людьми. Возможен и другой вариант, при котором оба аддикта избегания вместе участвуют в форме активности, интересной для обоих, но не имеющей большого влияния на их отношения друг с другом. Например, они могут активно участвовать в совместной работе, не влияющей на интенсивность их отношений. Таким образом, оба аддикта используют интенсивность вовне, чтобы избежать интимности внутри отношений (например, участие супружеской пары в азартных играх, туризме и пр. ) с возникновением общих проблем. Совместные активности могут быть продуктивными и желательными, но вместе с тем они представляют собой препятствие, при котором партнеры интенсивны в сфере разных активностей для того, чтобы избежать интимности друг с другом.

Объективный анализ значения любой аддикции в жизни человека показывает наличие многих повреждающих последствий, игнорируемых аддиктом, который не учится на собственном опыте и не видит деструктивного действия этих последствий. Аддиктивным приоритетом для любовного аддикта является партнер и собственные фантазии в отношении него.

Любовный аддикт, поглощенный стремлением создать максимальную интенсивность внутри отношений, в результате теряет контакт с реальностью и не может установить интимные, доверительные отношения, так как доверия, без которого настоящая комфортность невозможна, не существует.

Аддиктивным приоритетом аддикта избегания является аддикция вне отношений со значимым для него человеком. Это может быть алкоголь, наркотики, секс, работа и пр. , используемые для того, чтобы создать интенсивность вне сферы общения со значимым человеком. Возникающие при этом соаддиктивные отношения могут стимулировать развитие других аддикции.

Соаддиктивные отношения чаще всего являются романтически — сексуальными отношениями между женщиной — любовным аддиктом и мужчиной — аддиктом избегания, хотя может быть и наоборот. Далеко не все соаддиктивные отношения являются романтически — сексуальными. Разные виды отношений между двумя людьми могут стать соаддиктивными отношениями.

Две аддиктивные роли могут одновременно переживаться одним человеком. Например, пациент, являющийся аддиктом избегания, может стать любовным аддиктом вне этих отношений. Или, например, человек, являющийся сексуальным аддиктом, женат на женщине, являющейся любовным аддиктом. Он является аддиктом избегания внутри брачных отношений, но вне этих брачных отношений он является сексуальным аддиктом, и у него есть любовная связь с кем — то, являющимся тоже сексуальным аддиктом. Он избегает интимности с женой, но действует как любовный аддикт по отношению к кому — то еще. Два человека переживают внутреннюю недостаточность в отношениях с самими собой, и их поведение в аддиктивных отношениях отражает эту внутреннюю недостаточность различными способами. В системе здоровых отношений внутренние границы «Я» защищают человека, создавая состояние комфорта при получении комплимента, поддержки и даже признания сложностей в отношениях. Наличие внутренних границ помогает человеку быть самим собой, уметь ставить реальные цели и оценивать свои возможности. В отношениях между аддиктами отсутствуют здоровые разграничения, без которых невозможна интимность между партнерами, невозможно признание права на собственную жизнь и т. д. Это приводит к тому, что они обвиняют друг друга в нечестности, используют сарказм, преувеличения, оскорбления.

Существует точка зрения, согласно которой любовные аддикты более «либеральны», а аддикты избегания более «консервативны» в отношениях. Любовный аддикт находится в постоянном поиске удовлетворения своей требовательности, его не устраивает постоянство, он ищет изменений для того, чтобы улучшить отношения, увеличить количество контактов, заботы, внимания и любви.

Аддикт избегания, наоборот, старается закрепиться на достигнутом, поэтому он расходует свою энергию на удержание отношений на уровне стабильности и предсказуемости. В этом его отличие от любовного аддикта, постоянно предлагающего «неожиданности». Аддикт избегания недостаточно эмоционален и в этом смысле более рассудочен. Он не находит в изменениях привлекательности. Любовный аддикт, находящийся в отношениях с аддиктом избегания, думает, что беда заключается в том, что его партнер не хочет изменяться. Однако изменения, которых требует любовный аддикт, рассматриваются аддиктом избегания как капитуляция, как контроль со стороны другого человека, лишающего его свободы выбора. Любовный аддикт и аддикт избегания тянутся друг к другу потому, что каждый человек первично привлекается к другому вследствие «знакомых» психологических черт, проявляемых кем — то другим. Возникает влечение к знакомости. Несмотря на то, что черты, привлекающие у другого, могут быть неприятными, вызывать эмоциональную боль, но они привычны с детства и напоминают ситуацию переживаний детства. Оба вида аддиктов обычно не увлекаются неаддиктивными лицами. Такие люди аддиктов не интересуют. Они не знают, как с ними себя вести. Эти люди находятся вне сферы значимых отношений, которые можно было бы с ними установить. При встрече с неаддиктивными людьми они оценивают их своеобразно, считая скучными и непривлекательными. Таким образом, человек оказывается в ловушке повторений паттернов селф — объектных отношений, заложенных в раннем возрасте. Возникает ностальгическое стремление к повторению старых переживаний, которые можно реализовать только в сфере соаддиктивных отношений.

Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Социодинамическая психиатрия.

 


 


   RSS     [email protected] 

Немного об аддиктах избегания — Академия Романовой Елены

«…Осуществление подсознательного выбора любовного аддикта имеет в своей основе взаимность, так как его также выбирают аддикты избегания, которые ориентируются на определённые характеристики любовного аддикта. Для аддикта избегания характерны следующие черты:

1. Уход от интенсивности в отношениях со значимым для себя человеком, непереносимость этих отношений и создание интенсивности в аддиктивных реализациях вне этих отношений. Чтобы избежать интенсивности в отношениях со значимым человеком (любовным аддиктом), аддикт избегания проводит время в другой компании, на работе, в общении с друзьями. Аддикция отношений со значимым человеком для аддикта избегания проявляется не в интенсивности, а в стремлении придать этим отношениям «тлеющий» характер. Однако в связи с аддиктивностью такой человек легко уходит в другие аддиктивные реализации. И несмотря на важность отношений с любовным аддиктом, он уходит от них. В отношениях со значимым для себя человеком аддикт старается не раскрывать себя, говоря о чём угодно, но только не о том, что каким-то образом квалифицирует черты его характера, потребности, опасения и пр., защищая себя таим образом от «поглощения» другим человеком и контроля с его стороны.
2. Стремление к избеганию интимного контакта с использованием для этого различных техник психологического дистанционирования.

Изучение процесса аддикции позволяет выделить в нём несколько этапов:

 

1. Период, при котором эмоциональные переживания будут интенсивными и с положительным знаком (приятные переживания). В начале любовный аддикт знакомится с партнёром, который ему импонирует. Часто таким партнёром оказывается аддикт избегания. Это объясняется тем, что аддикт избегания обращает внимание на любовного аддикта и стремится произвести на него большое впечатление. Аддикт избегания на интуитивном уровне «схватывает», что на этого человека он как раз и может произвести желаемое впечатление, так как он чувствует слабость и нуждаемость в нём. Он производит впечатление, демонстрируя, с одной стороны, глубокую эмоциональную заинтересованность, а с другой стороны свою силу и возможности. Таким образом, аддикт избегания проявляет ролевое поведение.

2. На втором этапе происходит развитие фантазирования. Для любовного аддикта характерна развитость способности к фантазированию, навык, к которому формируется у него ещё в детстве. Стимуляция фантазии приятна. Фантазии существовали у аддикта и ранее, но они относились к нереальным, несуществующим людям, выступающим в роли «спасателей». Связь фантазии с реально существующим объектом способствует появлению особого состояния радости, воодушевления и приподнятости. Любовный аддикт, находящийся в этом состоянии, чувствует себя освобождённым от многих неприятных явлений, угнетающих его с детства и приводящих к ощущению жизни как неинтересной и серой. Уйти от такого ощущения можно было только при использовании фантазий. Освобождение от чувства одиночества, изоляции, пустоты, незначимости для окружающих сопровождается приятным ощущением.

Реализация отношений сопровождается вступлением в действие механизма, при котором, находясь на пике фантазий, любовный аддикт начинает проявлять всё большую требовательность к партнёру, касающуюся необходимости постоянного пребывания рядом с ним, нахождения с ним «на одной волне», потребности вместе решать все проблемы и думать в одном с аддиктом направлении. Такая требовательность не имеет границ. Любовный аддикт фрустрируется при отсутствии партнёра в течение даже короткого промежутка времени, он требует всё большего внимания к себе. Таким образом, он пытается реализовать нереализованные фантазии, не видя, что его требовательность не соответствует реальности, вызывая отрицательные реакции у другого человека, фактически провоцируя его уход от этих отношений. Поскольку речь идёт о контакте с аддиктом избегания, значимость этого механизма возрастает.

3. Развитие у любовного аддикта сознания того, что в сложившихся отношениях далеко не всё в порядке. И если вначале он отрицает реальность того, что его покидают, то наступает момент, когда этот факт отрицать уже невозможно. Отрицание разрушается, наступают явления отнятия, для которых характерна мрачность, депрессия, грусть и безразличие. Исчезают положительные фантазии. Начинается анализ ситуаций, главная цель которого – повернуть процесс обратно и восстановить прежние отношения. Строятся планы действий, которые до конца не продумываются. Возникают мысли о шантаже, угрозах, планы мести, которые могут в какой-то мере реализовываться в дальнейшем, принимая насильственный характер. В случае разрушения отношений через какое-то время они могут восстановиться снова с тем же или с другим партнёром.  Казалось бы, накоплен опыт, который может быть использован, но он используется, главным образом, в ощущении большего, чем прежде, страха быть покинутым.

Любовный аддикт научился распознавать ранние признаки покидания, поэтому период положительной интенсивности чувств объективно оказывается более коротким, так как при появлении признаков покидания сразу же возникает конфликт.

Аддикт избегания так же обладает эмоциональными нарушениями, ему так же присущ страх, но представленность страха носит обратный, по сравнению с любовным аддиктом, характер. На уровне сознания, «на поверхности» у аддикта избегания присутствует страх интимности, репрессированный в подсознание у любовных аддиктов. Это происходит потому, что аддикт избегания боится, что при вступлении в интимные отношения он потеряет свободу, окажется под контролем, потеряет физическую и психическую энергию. Такой страх объясняется тем, что в детстве аддикты избегания уже сталкивались с моделью, которая привела их к убеждённости в том, что всякая интимность – это плохо. На подсознательном уровне у аддикта избегания присутствует неосознаваемый им страх покинутости. Это приводит к желанию аддикта избегания возобновить отношения. Он боится отдаляться на определённое расстояние, и, почувствовав симптомы приближающейся покинутости, возвращается к прежнему уровню отношений. Аддикты избегания стараются удерживать отношения на определённом, достаточно дистантном уровне, не давая им возможности развиваться, что противоречит поведению любовного аддикта.

Аддикт избегания также проходит свой путь в отношении с любовным аддиктом. Для этого пути также характерна положительная и отрицательная интенсивность переживаний. В начале отношений аддикта избегания привлекает в любовном аддикте его ранимость и потребность в защите и во внимании к нему. Аддикт избегания использует в отношениях с таким человеком различные механизмы соблазна, играя на этих чувствах, демонстрируя своё внимание, обожание, заинтересованность в партнёре и свои возможности. Аддикт избегания получает большое эмоциональное удовольствие, видя, какие чувства он вызвал у любовного аддикта, осознавая то, то он к нему привязался. Это создаёт у него особое состояние, повышает самооценку.

Негативная интенсивность начинается с появлением у аддикта избегания чувства внедрения в его жизнь, ограничения его свободы, контроля его поступков и начинающегося процесса его «поглощения» любовным аддиктом. Он испытывает нарастание отрицательных эмоций в связи с требовательностью любовного аддикта. Аддикт избегания начинает уходить от этих отношений, пытаясь уменьшать их интенсивность, используя при этом разумные доводы типа «Я очень занят». Наступающее освобождение временно смягчает страх.

Любовный аддикт оказывается связанным с аддиктом избегания формирующимися соаддиктивными отношениями. Эти отношения включают в себя интенсивность эмоций, насильственность, навязчивость, которые используются обоими партнёрами, чтобы избежать интимности и реальности. Отношения, которые они формируют между собой, составляют отдельную единицу аддиктивного процесса, называемую соаддикцией.

Соаддиктивные отношения формируются не только между этими двумя видами аддиктов. Они могут формироваться, например, между двумя любовными аддиктами. Этот симбиоз представлен чрезвычайной интенсивностью взаимоотношений. Они «смешиваются» друг с другом, становясь чрезвычайно зависимыми от этих отношений. Из этих отношений исключаются отношения с другими людьми, являющимися в лучшем случае, вторым фоном, объектом панорамы, воспринимающимся очень поверхностно. Их этих отношений исключаются даже собственные дети, которые в данной ситуации чувствуют себя очень покинутыми.

В связи с наличием разницы между людьми в энергетических потенциалах нельзя считать, что два любовных аддикта в отношениях идентичны. Обычно один из них проявляет большую энергетику с более сильным стремлением быть активным. Кто-то из них может заставить другого соответствовать своей фантазии. Другой аддикт может оказаться менее энергетически насыщенным, иметь меньшие возможности.

Существующая опасность быть поглощённым любовным аддиктом, быть «высушенным», лишённым энергии, приводит к тому, что в данной ситуации любовный аддикт, чувствующий себя менее энергетически состоятельным, меняет роль и начинает адаптировать характеристики аддикта избегания, т.е. становится по отношению к более сильному любовному аддикту — аддиктом избегания, и старается дистанцироваться от него. Одновременно он может выстраивать с кем-то отношения по другому типу, проявляя характеристики любовного аддикта.

Соаддиктивные отношения могут формироваться не только между двумя любовными аддиктами, но и между аддиктами избегания, выступающими как аддикты избегания по отношению друг к другу. В рамках этих отношений наблюдается низкая интенсивность, основывающаяся на «негласном соглашении», «неписанном контракте», потому что каждый из них именно в этих условиях чувствует себя наиболее комфортно. Комфортные отношения низкой интенсивности внутри семьи очень удобны, но при этом каждый из партнёров имеет потенциальную возможность (которую он, как правило, реализует) создавать интенсивные отношения с другим партнёром в «другом мире и в другой жизни». Это может принимать цивилизованные формы, при которых один из партнёров находит себя в бизнесе, а другой интенсивно включается в другие активности, например, в благотворительность. Или один начинает увлекаться алкоголем, а другой навязчивым растрачиванием денег, садоводством или переустройством дома.

Аддикт избегания в семейных отношениях может избегать другого аддикта, становясь любовным аддиктом в отношениях с другими людьми.

Возможен и другой вариант, при котором оба аддикта избегания вместе участвуют в форме активности, интересной для обоих, но не имеющей большого влияния на их отношения друг с другом. Например, они могут активно участвовать в совместной работе, не влияющей на интенсивность их отношений. Таким образом, оба аддикта используют интенсивность вовне, чтобы избежать интимности внутри отношений (например, участие супружеской пары в азартных играх, туризме и пр.) с возникновением общих проблем. Совместные активности могут быть продуктивными и желательными, но вместе с тем они представляют собой препятствие, при котором партнёры интенсивны в сфере разных активностей для того, чтобы избежать активности друг с другом.

Объективный анализ значения любой аддикции в жизни человека показывает наличие многих повреждающих последствий, игнорируемых аддиктом, который не учится на собственном опыте и не видит деструктивного действия этих последствий.

Аддиктивным приоритетом для любовного аддикта является партнёр и собственные фантазии в отношении него. Любовный аддикт, поглощённый стремлением создать максимальную интенсивность внутри отношений, в результате теряет контакт с реальностью и не может установить интимные, доверительные отношения, так как доверия, без которого настоящая комфортность невозможна, не существует.

Аддиктивным приоритетом для аддикта избегания является аддикция вне отношений со значимым для него человеком. Это может быть алкоголь, наркотики, секс, работа и пр., используемые для того, чтобы создать  интенсивность вне сферы общения со значимым человеком. Возникающие при этом соаддиктивные отношения могут стимулировать развитие других аддикций.

Соаддиктивные отношения чаще всего являются романтически-сексуальными отношениями между женщиной – любовным аддиктом и мужчиной – аддиктом избегания, хотя может быть и наоборот. Далеко не все соаддиктивные отношения являются романтически-сексуальными. Разные виды отношений между двумя людьми могут стать соаддиктивными отношениями.

Две аддиктивные роли могут одновременно переживаться одним человеком. Например, пациент, являющийся аддиктом избегания, может стать любовным аддиктом вне этих отношений. Или, например, человек, являющийся сексуальным аддиктом, женат на женщине, являющейся любовным аддиктом. Он является аддиктом избегания внутри брачных отношений, но вне этих брачных отношений он является сексуальным аддиктом, и у него есть любовная связь с кем-то, являющимся тоже сексуальным аддиктом. Он избегает интимности с женой, но действует как любовный аддикт по отношению к кому-то ещё. Два человека переживают внутреннюю недостаточность в отношениях с самими собой, и их поведение в аддиктивных отношениях отражают эту внутреннюю недостаточность различными способами.

В системе здоровых отношений внутренние границы «Я» защищают человека, создавая состояние комфорта при получении комплимента, поддержки и даже признания сложностей в отношениях. Наличие внутренних границ помогает человеку быть самим собой, уметь ставить реальные цели и реально оценивать свои возможности.

В отношениях между аддиктами отсутствуют здоровые разграничения, без которых невозможна интимность между партнёрами, невозможно признание права на собственную жизнь и т.д. Это приводит к тому, что они обвиняют друг друга в нечестности, используют сарказм, преувеличения, оскорбления и т.д.

Можно отметить точку зрения, согласно которой любовные аддикты более «либеральны», а аддикты избегания более «консервативны» в отношениях. Любовный аддикт находится в постоянном поиске удовлетворения своей требовательности, его не устраивает постоянство, он ищет изменений для того, чтобы улучшить отношения, увеличить количество контактов, заботы, внимания и любви.

Аддикт избегания, наоборот, старается закрепиться на достигнутом, поэтому он расходует свою энергию на удержании отношений на одном уровне стабильности и предсказуемости. В этом его отличие от любовного аддикта, постоянно предлагающего «неожиданности». Аддикт избегания недостаточно эмоционален и в этом смысле более рассудочен. Он не находит в изменениях привлекательности. Любовный аддикт, находящийся в отношениях с аддиктом избегания, думает, что беда заключается в том, что его партнёр не хочет изменяться. Однако изменения, которых требует любовный аддикт, рассматриваются аддиктом избегания как капитуляция, как контроль со стороны другого человека, лишающего его свободы выбора.

Любовный аддикт и аддикт избегания тянутся друг к другу потому, что каждый человек первично привлекается к другому вследствие «знакомых» психологических черт, проявляемых кем-то другим. Возникает влечение к «знакомости». Несмотря на то, что черты, привлекающие у другого, могут быть неприятными, вызывать эмоциональную боль, но они привычны с детства и напоминают ситуацию переживаний детства. Оба вида аддиктов обычно не увлекаются неаддиктивными лицами. Такие люди аддиктов не интересуют. Эти люди находятся вне сферы значимых отношений, которые можно было бы с ними установить. При встрече с неаддиктивными людьми они оценивают их своеобразно, считаю скучными и непривлекательными. Таким образом, человек оказывается в ловушке повторений паттернов селф-объектных отношений, заложенных в раннем возрасте. Возникает ностальгическое стремление к повторению старых переживаний, которые можно реализовать только в сфере соаддиктивных отношений.

Согласно Mellody (1992) специфика влечения любовных аддиктов к аддиктам избегания заключается в действии нескольких факторов:

1. Привлекательность того, что знакомо.

2. Привлекательность ситуации, содержащей в себе надежду на то, что паттерны неприятных детских селф-объектных переживаний (раны детства) могут быть излечены на новом уровне.

3. Привлекательность возможности реализации фантазий, созданных в детстве.

Человек обучается проявлению чувств и интимности в соответствии со способом, который реализуется в семье. Дети, воспитывающиеся в дисфункциональных семьях, настолько привыкают к этим способам, что они становятся для него привычно «безопасными». Встреча с человеком, напоминающим ему людей, которые его воспитывали, является подсознательно привлекательной. Поскольку чувство покинутости – это чувство, которое любовные аддикты пережили в своей семье, будучи отчуждёнными, это научило их в детском возрасте быть тихими, одинокими, не проявлять своих желаний, не беспокоить родителей. Позже их подсознательно начинают привлекать люди, не стремящиеся их привязать к себе (аддикты избегания). Эти люди часто вовлечены в аддикции, они чем-то напоминают родителей или авторитетных, но эмоционально дистантных в детстве людей. Самооценка у любовных аддиктов занижена. То, что их покидают родители, для них означало, что они недостойны того, чтобы быть рядом с ними.

Большая часть магнетического притяжения по отношению к аддикту избегания объясняется желанием любовного аддикта залечить рану низкой самооценки. В детстве они не имели возможности заставить родителей, которые покидали их, не делать этого, поэтому они хотят восстановить чувство собственной значимости на новом уровне.

Направления коррекции аддикций:

1. Осознание аддиктом существа содержания его проблемы.

2. Анализ источников проблемы и участия в ней людей, с которыми аддикт наиболее связан.

3. Объяснение характера содержания созависимости, включающей анализ скрытых эмоций вины, стыда, униженности. Анализ созависимости (контроля, защиты и конкуренции).

4. Осознание того, что ситуация, в которую попал аддикт, не является исключительной, и что он всегда может рассчитывать на помощь.

5. Эмоциональный тренинг, умение отличать интимность эмоций от их простого количественного выражения.

6. Обучение аддикта умению анализировать прошлое и налаживать неформальные межличностные контакты с пониманием того, что он может получить настоящую эмоциональную поддержку у определённых людей»…
Источник: Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В. Социодинамическая психиатрия. Спб., 2000

ПРО СЛИЯНИЕ С ПАРТНЕРОМ. Когда-то давно, в одной статье мне… | by Natalya Kryukova | Не по Фрейду

Когда-то давно, в одной статье мне попалась такая метафора. Есть партнеры, как две полусферы, если они плотно прижмутся друг к другу, то образуют шар и смогут катиться по жизни, но стоит им расцепиться и они уже будут не в состоянии двигаться, есть пары в которых один партнер как шар, в котором не хватает небольшой части, а второй — та самая часть. И опять, они идеально катятся в сцепке и не так хорошо порознь. Первый, спотыкаясь, но покатится, а второй вообще никак. И есть третий вид отношений, где каждый — полноценный шар и каждый может прекрасно идти по жизни сам, но им интересно катиться вместе. Мне кажется, третий вариант отлично отражает концепцию взрослых здоровых отношений, а первые два наглядно показывают, что значит любовная зависимость или слияние с партнером.

Это такой формат отношений, где мы теряем себя, перестаем чувствовать, где заканчиваюсь я, мои мысли, чувства, желания и начинается Другой, с его мыслями, чувствами и желаниями.

Это когда ваши отношения напоминают все великие любовные трагедии и о вас поются все песни о любви. Это когда «Я без нее не смогу жить» и «Я живу ради него». Нам с детства вдалбливают, что такой и должна быть любовь, вот такая она — настоящая, но столкнувшись с ней в реальной жизни мы достаточно быстро понимаем насколько она тяжела и энергозатратна.

В первую очередь, потому что очень тяжело, когда смысл твоей жизни — это другой человек и ты не можешь им управлять (а это значит, он часто действует совсем не так, как тебе бы хотелось), и еще тяжелее быть чьим-то смыслом. Это ответственность, которой ты не просил. Это ноша, которая тебе не по силам.

Помимо этого, люди у которых нет своего мнения, своих желаний и стремлений очень быстро надоедают. Ему и самому видимо с собой скучно, раз он отказался от своих интересов ради интересов другого.

Ну и наконец я сама часто была свидетелем того, как такие люди стремились сохранить отношения, даже когда сами от них страдали или знали, что отношения давно умерли. Просто чтобы не быть снова одному или одной, потому что одиночество смерти подобно (Вспоминаем про две половинки шара, которые не катятся по одиночке).

И тут кто-то из вас может сказать, ну а если такие половинки нашли-таки друг друга и сцепились, и катятся. Все же хорошо? Нуждаются в друг друге, значит не разойдутся, так? Не совсем.

Не так давно, я наткнулась на статью про созависимость и там был такой крутой абзац, который по-новому раскрыл для меня эту тему и врезался в память.

«Человек, склонный к любовной зависимости, обычно ищет и находит, пока болен, специфических партнеров, с которыми можно реализовать нужный сценарий, — аддиктов избегания. Аддикт избегания чурается близости и интимного контакта, но в то же время страшится одиночества, хотя как раз этого не осознает. Психотерапевты говорят, что аддикты избегания и любовные аддикты друга на друга очень похожи: и те и другие одновремено испытывают страх покинутости и страх интимности. Разница заключается в том, какой страх осознается: в случае любовного аддикта фокус внимания захватывает только первый страх, а в случае аддикта избегания — только второй. Это позволяет любовному аддикту вести себя так, чтобы, желая интимного контакта, не получать его, а аддикту избегания — не допускать близости, но при этом держать партнера рядом».

Избегание — лучший друг наркомании

Опубликовано 29 июня 2018 г.

автором Thaddeus Camlin, Psy.D.

Избегание и страх

Ничто так не питает страх, как избегание. Само по себе употребление психоактивных веществ часто становится проблематичным, потому что это очень эффективный метод краткосрочного избегания. В конце концов, принуждение к повторению избегания накапливает так много нереализованных остаточных побочных продуктов, что затраты на постоянное избегание перевешивают потенциальные затраты, связанные с столкновением с тем, чего мы боимся.Точка опоры перемен и страха — это колыбель мужества. В конечном итоге, касается ли это зависимости, карьеры, любви, здоровья, всего, что имеет значение, страх держит нас в тупике, а перемены происходят в результате честной конфронтации с самими собой.

Рост и изменение являются результатом выявления и разрушения моделей. Чтобы выявить и разрушить наши собственные шаблоны, мы должны постоянно возвращаться к честной саморефлексии. Коленные рефлексы часто являются продуктом сложной системы защит нашего эго. Мы — создания обусловленности.Наша среда обеспечивает обратную связь, и мы сокращаем действия, которые приводят к чувству подавленности, смущения, насмешек, некомпетентности, нежелания, небезопасности. Мы находим то, что работает, и придерживаемся этого.

Со временем мы склонны немного увлекаться обрезкой. То, что когда-то было цветущим, расцветающим, юношеским буйным цветком, распускающимся во всех направлениях, слишком часто превращается в увядший, бесплодный, щетинистый куст с наименьшим количеством открытой листвы, которое возможно для поддержания жизни. Те самые шаблоны, которые мы развиваем, чтобы обезопасить себя и помочь нам чувствовать себя спокойными и уверенными, превращаются в оковы самоограничения.Мы становимся созданиями привычки. Поэтому, по словам Джеймса Холлиса, то, чем мы стали, теперь является главным препятствием.

Эксперты избегания

Большинство из нас становятся экспертами в избегании страха. Можно даже привести веский аргумент в пользу того, что какой бы ни был у нас распорядок дня — выпивка дома в одиночестве, выступления перед тысячами людей, выпрыгивание из самолетов, ремонт автомобилей, публикация научных исследований, любой распорядок — наши распорядки созданы для того, чтобы избегать того, что мы страх. Избегание — эффективный метод на ранних этапах выздоровления, но в конечном итоге избегание подрывает уверенность и возможности.Нет лучшего способа сказать себе, что мы не можем с чем-то справиться, чем вообще избегать этого. Тогда расти — значит четко идентифицировать страхи и двигаться навстречу им, потому что страх полезен только тогда, когда вооружен смелостью противостоять ему.

Пристрастие к любви / Избегание любви

Любовь может быть полем битвы. Провозгласить независимость от пристрастия к любви

В наших СМИ преобладает идея идеальной истории любви. Романтические романы, романтические комедии, подростковые драмы, популярная музыка; некоторые из них причудливы и милы, другие эмоциональны или даже трагичны.Но все они используют идеализированную любовь как основной сюжетный ход.

Неудивительно, что многие из нас растут с нереалистичными ожиданиями в отношении любви и романтики, которые в конечном итоге приводят к душевной боли и разочарованию.

Но что происходит, когда идея совершенной, идеализированной настоящей любви становится навязчивой идеей? Может ли кто-то действительно стать зависимым от любви? Ответ положительный.

Для большинства людей любовь и влечение являются естественной частью жизни. Большинство из нас может отличить идеализированный голливудский роман от реальности.Но для любителей любви любовь становится источником захватывающих эмоциональных подъемов, искажающих реальный характер отношений.

Пристрастие к любви может поначалу не казаться опасным … но это очень серьезное психическое и эмоциональное заболевание, которое мешает человеку устанавливать здоровые, искренние отношения.

Как и в случае с любым другим веществом, вызывающим привыкание, зависимые от любви могут стать параноиками, обороняться и даже испытывать симптомы отмены.

У любителей любви очень нереалистичные романтические ожидания, которые оказывают несправедливое давление на их партнеров.Они боятся, что их бросят, и сделают все, чтобы это предотвратить.

Многие наркоманы испытывали недостаток заботы и любви в детстве.

Буквально изголодавшиеся по воспитанию, которого они не получали в детстве, они стремятся заполнить пустоту, оставленную пренебрежением родителей. Для них даже жестокие отношения лучше, чем одиночество.

Когда эмоциональные потребности ребенка игнорируются, он чувствует себя нежеланным и нелюбимым. Это создает сильную ложь в уме ребенка, которая в конечном итоге может привести к тому, что он станет зависимым от любви.

Они чувствуют себя недостойными любви, и единственный способ избавиться от боли — найти кого-то, кто уделит им все внимание, в котором им отказывали в детстве.

Такое ожидание возлагает невозможную ответственность на партнера любовного наркомана.

Понимая, что их эмоциональная боль и чувство никчемности не проходят вместе с привязанностями партнера, но все же боясь быть брошенным, любовник может обидеться на своего партнера.

Первые дни отношений наркомана являются счастливыми и эйфорическими. Зависимый человек чувствует, что встретил свою настоящую любовь, что ему суждено быть с ним. Фантазия создает прилив эндорфинов — буквальный кайф от любви.

Но по мере развития отношений идеализированный романтический сон превращается в кошмар. Спускаясь со своего кайфа, они становятся эмоционально нуждающимися, цепляясь за своего партнера.

Подавленный возложенной на них ответственностью и давлением, партнер любовного наркомана начинает отделять себя от отношений.

Неспособный принять реальность, любовный наркоман держится за фантазию как можно дольше, не желая мириться с тем фактом, что его партнер удаляется от него.

Когда истину, наконец, станет невозможно игнорировать, они начнут нисходящую спираль эмоций. Чувство безнадежности, заброшенности, депрессии и паники — обычное явление.

Измученный одиночеством, брошенный наркоман будет искать нового партнера, чтобы залечить свои эмоциональные раны, и таким образом снова начинает цикл.

Потребность в любви любой ценой — серьезное психическое состояние, которое начинается в детстве, когда вам отказывают в заботе, поддержке и привязанности любящей семьи. Если не лечить, эта зависимость может иметь такие же разрушительные последствия, как химическая зависимость, алкоголизм или сексуальная зависимость.

Любовная зависимость часто связана с созависимостью, сексуальной зависимостью и жестокими отношениями, а также с различными психическими и эмоциональными заболеваниями.

Если вы чувствуете, что вас мучают страхи быть брошенными, трудно функционировать без романтического партнера, и вы постоянно прибегаете к отчаянным мерам, чтобы гарантировать, что ваш партнер не бросит вас, вы можете испытать облегчение, поговорив с профессиональным терапевтом.

Не отчаивайтесь. Существуют варианты лечения, которые могут помочь вам распознать переживания, которые привели к развитию вашей зависимости… и помочь вам научиться справляться с одиночеством и душевной болью.

Вы не одиноки. Не пытайтесь разрешить свою душевную боль в одиночку.

Свяжитесь с нами сегодня. Мы поможем вам найти решение.

Избегание любви: победите свой страх близости и будьте реализованы

Боишься любить и быть любимым? Вы чувствуете себя подавленным эмоциональными потребностями партнера и обращаетесь к таким вещам, как работа, алкоголь, порнография или неверность, чтобы отстраниться от них?

Или, может быть, вы чувствуете себя подавленным вниманием партнера, желаете побыть в одиночестве, чувствуете себя обязанным уделить время, которое вы уделяете, и стремитесь найти утешение после этого?

Многие музыканты построили свою карьеру на выражении обиды и боли, которые они получили от потерянной или отвергнутой любви.Трагические пьесы Шекспира раскрывают зловещую сторону ошибочной любви: ревность, эмоциональные мучения, убийства и смерть.

И все же мы все стремимся к тому, что часто приносит нам столько боли. Возможность найти настоящую связь с другими людьми, будь то дружба, романтика или связь между родителем и ребенком. Мы жаждем этих связей и стремимся их достичь.

Но для некоторых боль невыносима. Когда страх быть отвергнутым, предательством и утратой затмевает возможность счастья и радости, которые может принести любовь, вы можете отчаянно стремиться избегать интимных отношений.

Избегающие любви часто люди, которые в своей жизни понесли большие потери и боль. Боясь пережить ту же эмоциональную травму снова, они принимают все меры, чтобы эмоционально отстраниться от других.

Если вы избегаете любви, вы не можете активно избегать любви. Избегающие любви действительно формируют отношения, но не могут позволить себе быть уязвимыми со своими партнерами. Человек, избегающий любви, часто не осознает этого поведения.

Боясь стать слишком привязанным или уязвимым, избегающий любви может сопротивляться мысли о приверженности, заставляя его бежать, когда они начинают слишком сближаться с другим человеком.

Если им удастся сохранить отношения, они могут почувствовать, что что-то не так или чего-то не хватает, и почувствовать обиду на своего партнера, когда их собственное сопротивление близости является серьезной проблемой.

Партнер того, кто избегает любви, может не понимать, почему его партнер становится эмоционально далеким… и это часто приводит к конфликту.

В то время как избегающие любви могут формировать зависимости, когда они пытаются держать себя отстраненными — работа, злоупотребление психоактивными веществами, сексуальные связи и т. Д. — их супруг может не знать, что спровоцировало такое поведение, и начать винить себя.

Избегающие любви часто необъяснимо привлекают любителей любви. Вначале отношения могут работать, когда наркоман изливает внимание и любовь на избегающего любви, заставляя их чувствовать себя принятыми и заботливыми.

Когда наркоман начинает привязывать себя к партнеру, цепляясь за него для поддержки, партнер, избегающий любви, неизбежно начнет дистанцироваться, отгораживая свои эмоции от партнера.

В то время как любовные наркоманы нуждаются в постоянном эмоциональном подтверждении и внимании как доказательство любовных отношений, человек, избегающий любви, часто чувствует, что их любовь подтверждается простой поддержкой своего партнера на экономическом и физическом уровне.

Для человека, избегающего эмоций, любовь становится обязательством. Когда их партнер выражает беспокойство из-за отсутствия эмоциональной близости в отношениях, человек, избегающий любви, может быть подавлен, обращаясь к порнографии, злоупотреблению психоактивными веществами или трудоголизму, чтобы отвлечься от своего разочарования.

Если вам сложно быть эмоционально близкими с другими людьми, если вы боитесь обязательств, или чувствуете себя подавленным … или любите своего партнера, но обнаруживаете, что навязчиво отдаляетесь от него и ищете отвлечения, возможно, вы избегаете любви.

Происхождение такого поведения часто коренится в травматических детских переживаниях, которые причинили значительный эмоциональный ущерб человеку. Почти всегда цикл избегания можно проследить до деструктивных отношений с родителем.

С помощью нашей программы вы можете научиться распознавать, как ваши ранние отношения ранили вас, затрудняя доверие к людям и становясь эмоционально привязанными к близким во взрослой жизни.

Поняв, как зародился образец избегания, вы можете положить конец деструктивному циклу, который лишил вас возможности самореализации.Вы действительно можете стать уязвимым, восприимчивым и отзывчивым и наслаждаться благами доверительных и длительных любовных отношений.

Свяжитесь с нами сегодня и начните необходимые изменения в своей жизни.

Избегающее расстройство личности и лечение зависимости — Alta Mira Recovery

Эмоция страха формируется разумом и обучением, и, таким образом, страхи могут стать «рациональными» — в ответ на угрозу или опасность, которые были оценены как разумные на основе прошлого опыта или из-за отсутствия обнадеживающей информации об уровне угроза — или может стать «иррациональной», либо не обоснованной, либо несоразмерной реальной угрозе.Устойчивые иррациональные страхи называются фобиями, и многие медицинские работники считают избегающее расстройство личности разновидностью социальной фобии.

Способность людей управлять страхом посредством обучения и когнитивного мышления делает когнитивно-поведенческую терапию, или КПТ, очень эффективным методом лечения как избегающего расстройства личности, так и зависимости. КПТ — это вид психотерапии, который помогает выявлять проблемные модели поведения. В КПТ участники будут внимательно изучать мысли, чувства и действия, составляющие эти модели поведения, и под руководством искать способы их пересмотра или переосмысления.КПТ включает противостояние ранее неизученным рефлексивным мыслям («автоматическим мыслям») и мягкое побуждение клиентов рассмотреть другие возможности.

Именно этот процесс вызова позволяет людям, которые занимаются когнитивно-поведенческой терапией, часто получать возможность искоренить модели мышления «порочного круга». Например, когда есть автоматическое убеждение, что «у меня ничего не получается», человек может превентивно отказаться от потенциально здоровых занятий, отношений или опыта из-за веры в то, что они приведут к неудаче, и отказ от них создает чувство стыда или смущения, которое, в свою очередь, укрепляет уверенность в том, что «ничего не получится».”

Отчеты о случаях и более мелкие исследования менее тщательно изученных методов показывают, что метакогнитивная межличностная терапия и эмоционально ориентированная терапия особенно полезны при одновременном возникновении АВПД и зависимости.

Терапия, основанная на двенадцати шагах, остается основным средством лечения зависимости, но она также может помочь в преодолении поведения избегания. В некоторых литературах, посвященных 12 шагам, участников просят включить в свою работу над Шагом 4 примеры избегания и страха («бесстрашно и тщательно изучив моральную инвентаризацию самих себя»).Цель этих книг — научить людей более взвешенно подходить к самооценке; вместо того, чтобы стыдиться тех времен, когда они были парализованы страхом или избегали ответственности, участников также просят вспомнить времена, когда страх помогал им защитить их от опасности или когда они брали на себя ответственность.

При исцелении от сопутствующей зависимости и избегающего расстройства личности можно использовать множество подходов, иногда в сочетании друг с другом. Лечение наркозависимости в стационаре и методы лечения могут быть адаптированы для включения индивидуального, группового и самостоятельного обучения.При необходимости они должны включать лечение синдрома отмены и всегда включать план долгосрочного ухода. С состояниями AVPD и зависимостью, как и со всеми хроническими состояниями, можно успешно справиться, а люди с AVPD и зависимостью могут жить полноценной и полезной жизнью.

Зависимость и избегание — Raleigh House

Избегание относится к зависимости на нескольких уровнях. Избегающее поведение может привести к зависимости, закрепить ее и затруднить выздоровление.

Один из распространенных двойных диагнозов — это зависимость и избегающее расстройство личности.Возможно, лучший способ описать людей с избегающим расстройством личности — это «патологически застенчивый». Они застенчивы до такой степени, что пойдут на многое, чтобы избежать обычных человеческих взаимодействий, таких как поход в продуктовый магазин или общение с коллегами.

Это избегание часто ограничивает их возможности в том, что они могут делать для работы и развлечений, но это наиболее изнурительно для их социальной жизни. У избегающих людей обычно мало друзей, если они вообще есть, несмотря на то, что им нужны человеческие связи. Эта изоляция может привести к злоупотреблению психоактивными веществами как способ справиться с их несчастьем.Когда они не могут избежать человеческого общения, они часто употребляют наркотики или алкоголь, просто чтобы выжить в неизбежных социальных ситуациях.

Это экстремальное поведение, и большинство людей не идут на такое, чтобы избежать социальных контактов, но почти все избегают чего-то. Обычно это не имеет серьезных последствий, например, когда вы пытаетесь избежать движения или раздражающего знакомства, но когда вы пытаетесь избежать дискомфорта, связанного с болезненными воспоминаниями или негативными эмоциями, у вас могут возникнуть проблемы. Эти вещи, такие как случайные контакты с людьми, неизбежны, и попытки избежать их только сделают их более опасными.Люди часто начинают пить или употреблять алкоголь как способ избежать душевной боли, будь то воспоминания о жестоком обращении или что-то вроде шизофрении, и в конечном итоге этот механизм преодоления превращается в зависимость.

Сопротивление лечению или даже признание того, что у вас есть проблема, — еще одна форма избегания. Признать, что у вас есть проблема, сложно. Это означает взять на себя ответственность за проблему, которую вы не знаете, сможете ли вы решить. Это означает длительную детоксикацию, хотя вы бы предпочли ее избегать. Это означает переход к принципиально другому образу жизни.Этот процесс не только неудобен и часто физически труден, но, вероятно, потребует множества неловких разговоров с людьми, которым вы причинили боль, а иногда и с людьми, которые причинили вам боль. Это потребует переживания болезненных эмоций без возможности их похоронить. В некоторой степени кажется, что вся боль, которую вы пытались избежать, все еще ждет вас на другом конце провода.

Это много, но необходимо. Альтернатива — жить как животное, попавшее в ловушку, которая сжимается, когда оно сопротивляется.Чем больше людей, ситуаций, чувств и воспоминаний вы избегаете, тем меньше у вас свободы.

Компульсивное избегание немедленной боли

Зависимость — это загруженное слово , вызывающее сильные такие реакции, как страх, гнев, жалость, осуждение, сострадание и отвращение. Проблемы, связанные с зависимостью, сбивают с толку и сложный. Это физическая вещь или психологическая вещь, или и то, и другое? Это унаследовано или усвоено? Есть ли хорошие пристрастия? Есть ли зависимость всегда подразумевают злоупотребление психоактивными веществами? Болезнь или моральная слабость? Если вы попросили пять человек, даже пять экспертов, объяснить зависимость, вы вероятно получил бы пять разных ответов.

Вот три определения зависимости от Интернет: (1) Заболевание, при котором человек ищет и употребляет какое-либо вещество, например, алкоголь, табак или наркотики, несмотря на то, что они вызывают вред; (2) зависимость от вещества (например, алкоголя или других наркотиков) или деятельность до такой степени, что остановить очень трудно и вызывает тяжелые физические и психические реакции; (3) неконтролируемое принуждение повторять поведение независимо от его негативных последствий.

Каковы основные элементы зависимости? Первый, зависимость включает в себя навязчивую поведение что приводит к негативным последствиям. Во-вторых, несмотря на негатив последствия, поведение сохраняется, что в конечном итоге приводит к более негативным последствия. Короче говоря, зависимость — это синдром, при котором наркозависимых людей обманом заставляют поверить в то, что что-то вредное на самом деле полезно, а в крайних случаях, что что-то вредное жизненно необходимо — так же необходимо, как дыхание утопающему.Но как что возможно? Как могут ли наркоманы поверить, что что-то им помогает, когда на самом деле это уничтожить их?

Физическая зависимость и психологическая зависимость: Физическая зависимость от алкоголя означает, что в организме адаптированы к хроническому употреблению алкоголя до такой степени, что в его отсутствие тело не может нормально функционировать или не чувствует себя хорошо. Как в результате алкоголик навязчиво ищет алкоголь, чтобы избежать болезненные телесные ощущения отмены.Психологическая зависимость означает, что трудоголики, например, компульсивно работают, чтобы дискомфортные эмоции, такие как подавленная депрессия или беспокойство. Таким образом, психологические пристрастия — это бессознательные стратегии, позволяющие избежать эмоциональная боль, тогда как физические зависимости включают компульсивное поведение чтобы избежать физической боли при отмене. В любом случае, зависимый люди действуют компульсивно, чтобы избежать немедленной боли. Зависимость может быть как психологический, так и физический.Например, человек может употреблять алкоголь. чтобы справиться с тревогой, а также избежать абстинентного синдрома.

Ниже Карла 4 минуты YouTube видео с описанием « Что такое Зависимость и злоупотребление психоактивными веществами? «:

Как люди становятся зависимыми? Во-первых, алкоголизм имеет генетический компонент, что означает что мозг некоторых людей, кажется, запрограммирован на потерю контроля над употреблением алкоголя.Пока что, физическая зависимость (алкоголизм) и психологическая зависимость (трудоголизм) часто начинаются аналогичным образом. Лица, пытающиеся справиться с болезненными эмоциями, такими как депрессия, скука, стресс, одиночество или беспокойство могут обнаружить, что алкоголь или постоянная работа приносит немедленное облегчение, вызывая удовольствие или уменьшение эмоциональной боли. Однако со временем, казалось бы, полезные переживание алкоголя или постоянной работы выветривается как отрицательное последствия нарастают.Например, человек может пить неподобающее обстоятельства или трудоголик могут пренебречь своей семьей. Кроме того, со временем алкоголик может начать испытывать физическую зависимость, добавляя еще больше боли. По мере развития сценария алкоголики и трудоголики навязчиво переходят к алкоголю или постоянной работе — в все возрастающее отчаяние — попытаться найти облегчение от снежный ком от боли и стресса. Эта коварная нисходящая спираль может в конечном итоге привести к физическому и / или эмоциональному срыву.

Важный момент вот в чем. Ошеломленный алкоголик навязчиво выбирает краткосрочное облегчение (выпивает, чтобы убежать депрессии и строительного хаоса) по сравнению с долгосрочным уходом за собой (получение помощь при депрессии и решение проблем напрямую). Поставить это с другой стороны, это компульсивное избегание немедленной боли, которое как это ни парадоксально приводит к нарастающей боли. Вот почему алкоголики Anonymous говорит, что трезвость — это «научиться жить своей жизнью. термины.«

Зависимость — полная противоположность зрелости. База наркоманов решения на основе краткосрочного импульса к немедленному удовлетворению или немедленному избегание боли, а не долгосрочное наилучший интерес. Зрелые люди основывают свои решения на долгосрочном опыте. интерес, а не краткосрочный импульс к немедленному удовлетворению или немедленное избегание боли.

Как терапевт в общине психиатрической помощи центр, я ежедневно наблюдаю последствия зависимости — сломанный жизни, эмоциональной боли, страха, вины, безнадежности, потери и, да, героические истории клиентов, которые учатся преодолевать зависимость.Как справиться с зависимостью и найти путь к выздоровление требует смелости, приверженности и, как правило, помощи других. Это алкоголикам чрезвычайно больно преодолеть отрицание и осознать, что их лучший друг (алкоголь) на самом деле их злейший враг, и боль от этого осознания сам по себе часто вызывает тягу к выпивке. Если наркоманы собираясь прекратить употреблять, они должны найти лучшие способы справиться с болью, и вот где группы консультирования и самопомощи, такие как Анонимные Алкоголики может принести большую пользу.

Ниже Карла 6 минут YouTube видео с описанием, « 8 Essentials для Исцеление от зависимости «:

Если вы готовы начать дорогу для восстановления, или если вы уже на нем и нуждаетесь в дополнительной поддержке, тогда нажмите на картинку ниже, чтобы запросить онлайн-терапию.

Избегание, трезвость и реальность: психология зависимости

Несмотря на свои ограничения, предубеждения и пограничную эксплуатацию, недавние реалити-шоу о зависимости действительно проливают яркий и драматический свет на два темных, скрытных, изнурительных и очень разрушительных психических расстройства: злоупотребление психоактивными веществами и зависимость от психоактивных веществ.Как и многие другие, но особенно как клинический и судебный психолог с почти 35-летним опытом работы с такими трагическими историями, я до сих пор считаю одновременно увлекательным и болезненным смотреть такие шоу, как Intervention и Celebrity Rehab с «Доктором Дрю» Пински. Я подозреваю, что мало чем отличаюсь от других амбивалентных зрителей, которые перестают просматривать каналы на достаточно долгое время, чтобы таращиться на эмоциональный эквивалент автомобильной аварии. Несмотря на то, что мы обеспокоены, напуганы и мучимы вуайеристическим чувством вины, мы просто не можем перестать смотреть.Тем не менее, часть того, что делает такое программирование столь неотразимым, — это наше сострадание к страдающим душам, которые, как мы видим, буквально борются за свою жизнь. И наше сознательное или бессознательное отождествление с их борьбой. В некотором смысле зависимость — это крайний пример экзистенциальной проблемы, с которой мы все сталкиваемся каждый день: принятие реальности такой, какая она есть. Одна очевидная динамика аддиктивного поведения (будь то алкоголь, разрешенные или запрещенные наркотики, секс, еда, Интернет или телевидение), о которой, я надеюсь, зрители узнают больше с помощью таких так называемых реалити-программ, — это мощная связь между зависимостью и компульсивной зависимостью. желание изменить, избежать, отрицать и уйти от реальности.В этом смысле эти «реалити-шоу» в лучшем случае действительно о том, чтобы научиться противостоять реальности, а не отступать от нее.

Для тех, кто не видел и не слышал об этих шоу, Intervention наглядно показывает, что происходит с наркоманами до начала лечения, и демонстрирует, что нужно для их достижения. Отрицание и другие хронические формы поведения, направленные на то, чтобы избежать реальности или избежать реальности, ярко проявляются в предсказуемом и мощном сопротивлении наркоманов лечению. Celebrity Rehab документирует происходящее в рамках стационарной программы лечения зависимости, обслуживающей так называемых знаменитостей, в том числе таких, как Маккензи Филипс (дочь музыканта Джона Филипса), звезда баскетбола Деннис Родман, бывший барабанщик Guns ‘n Roses Стивен Адлер, актер Том Сайзмор и другие менее известные или печально известные личности, такие как экс-мадам Хайди Флейсс, Родни Кинг, бывшая королева красоты-подростков Кари Энн Пениш и порно-исполнительница Мэри Кэри. Куратор программы — телеведущий, ныне знаменитый врач «Доктор.Дрю Пински, доктор медицины, сертифицированный терапевт, специализирующийся на «медицине зависимости» — медицинской специальности (мало чем отличающейся от AA), имеющей тенденцию концептуализировать и рассматривать аддиктивное поведение как «болезнь». Доктор Пинский — врач, но, по моему мнению, знаний, а не психиатра, психолога или квалифицированного психотерапевта. И это видно. Тем не менее, сердце доктора Пинского явно в нужном месте. Он заботливый и сострадательный врач, стремящийся помочь своим пациентам вылечиться. Но его отсутствие психологической искушенности приводит к к принятию иногда достойных передергивания, смехотворных, сомнительных и даже опасных решений в своем обращении со своей сложной и требовательной клиентурой из числа знаменитостей.К сожалению, сострадание и забота доктора Дрю часто преодолевают его способность быть по-отечески твердым и последовательным при установлении ограничений для своих пациентов, некоторые из которых ведут себя как (и, действительно, эмоционально) избалованные, раздражительные дети, которым не скажут «нет». Или рассерженные подростки, восставшие против внешней дисциплины и власти. Часто доктор Дрю и его сотрудники оправдывают плохое поведение жителей, обвиняя его в отмене, лекарствах или, в более общем смысле, их «болезни». Это серьезная ошибка.Он имеет тенденцию к разрешительному сговору в хроническом отрицании пациентом реальности и ответственности. Наркоманы обычно избегают личной ответственности, фундаментальной части принятия реальности и взрослой жизни. И от этой дурной привычки нужно избавиться, чтобы выздоровление и трезвость были успешными.

Конечно, хроническая интоксикация и отказ от наркотиков влияют на наши чувства, восприятие, суждения и действия. Но делает ли это лицо не ответственным за свое поведение? В соответствии с законодательством Калифорнии, например, суды специально исключают интоксикацию и наркоманию сами по себе из юридических критериев для признания вины «невиновен по причине безумия», которые оговаривают, что ответчик не несет юридической ответственности за свои действия. из-за их душевного состояния на момент совершения преступления (или преступлений).В этом статуте есть много мудрости. С экзистенциальной точки зрения, у кого-то всегда есть выбор, даже в муках зависимости, будь то алкогольная, наркотическая или сексуальная зависимость. И для его или ее психотерапевтического лечения крайне важно взять на себя полную ответственность за этот типичный саморазрушительный выбор. Такой выбор начинается с обреченного на провал решения либо продолжать подпитывать зависимость, либо, что более конструктивно, обратиться за помощью, которую предлагают группы 12 шагов или доктор.Центр восстановления Пасадены Пинского и многим другим он нравится. Наркоман может еще не иметь возможности сказать «нет» этому веществу или поведению. Но у них есть право сказать «да» обращению за помощью, о чем совершенно ясно свидетельствует интервенция Intervention .

Дело в том, что зависимость, по определению, — это, во-первых, психическое, психологическое или психическое расстройство, а во-вторых, биологическое или физиологическое заболевание. Движение за выздоровление и собственное догматическое представление доктора Дрю о зависимости как болезни, в первую очередь биологической, составляет значительную часть проблемы, с которой он и другие сталкиваются при эффективном лечении таких пациентов.Зависимость, будь то алкоголь, каннабис, секс или порно, не является биологическим заболеванием, таким как диабет или лейкемия. В некоторых случаях пациенты могут унаследовать генетическую предрасположенность по темпераменту к склонностям, которые делают человека склонным к зависимости. Но не это делает их наркоманами. Больше, чем что-либо другое, зависимость — это отрицание реальности. Это, как и депрессия, тем не менее изнурительный и потенциально смертельный психиатрический синдром. Люди действительно страдают и умирают от зависимости. И то, что эти пациенты тяжело больны, особенно на поздних стадиях зависимости и во время абстиненции, отрицать нельзя.Но это не делает наркоманию как таковую биологическую «болезнь». Ведь, как давно справедливо признало АА, благодаря влиянию психиатра Карла Юнга на его основателя алкоголизм и другие пристрастия являются по меньшей мере такими же болезнями души, психики или духа, как и физического тела и мозга.

С психологической точки зрения, зависимость — это все, что связано с бегством от реальности. Избегание. Отрицание. Наркоманы бегут от реальности, а в некоторых случаях бежали всю свою жизнь. Наркоман не может мириться с реальностью и ее превратностями.Ни внутренней реальности, ни внешней реальности. Они находят реальность отвратительной, неудобной и подавляющей и предпочитают, подобно психотикам, уход в фантазию, блаженство или забвение реальности. Они постоянно стремятся изменить субъективную и объективную реальность по своему вкусу. Во-первых, реальность — экзистенциальные факты жизни — может быть как болезненной, так и провоцирующей тревогу. Как и все мы, наркоманы не любят сталкиваться с болью или испытывать беспокойство. Это человеческая природа и соответствует «принципу удовольствия» Фрейда: мы все стремимся, когда это возможно, избегать боли и искать удовольствия.Наркоманы предпочитают удовольствие опьянения, блаженство забвения страданиям, банальности, обыденности и трудностям повседневной реальности. Конечно. Реальность неизбежно включает в себя страдание, боль, потерю. Реальность влечет за собой сознательное признание, не только интеллектуально, но и эмоционально, как того, что было причинено нам в прошлом (родителями, сверстниками или другими), так и того, что мы сделали другим людям. Кто хочет испытать (или заново испытать) это? Но проблема в том, что, чтобы избежать этой реальности, наркоман должен продолжать получать кайф, потому что эти «демоны» никогда не уходят.Они всегда там, прячутся, ждут, чтобы укусить их за задницу, как только они начнут спускаться. И то, что растет, всегда должно падать. Итак, это психологическая проблема зависимости. И когда оно (сознание) обрушивается на Землю, реальность и уход от фантазии болезненно наступают. Психологические и эмоциональные демоны и требования реальности возвращаются с удвоенной силой. От реальности нельзя убегать бесконечно. Основная часть лечения от зависимости включает в себя признание реальности, конфронтацию и переживание.В большинстве случаев зависимость позволяет пациенту сдерживать внешнюю реальность и своих внутренних демонов. Трезвость заставляет наркомана смотреть в лицо реальности, побуждая наркомана искать способ избежать или снова изменить ее. Ключом к лечению является разрыв этого порочного, иногда фатального, цикла избегания внутренней и внешней реальности. Это справедливо не только для зависимых пациентов, но, в некоторой степени, для всех психотерапевтических пациентов.

Так много наркоманов (вероятно, включая некоторых из докторов наук).Пациенты Пинского) страдают невыявленными серьезными психическими расстройствами и серьезными расстройствами личности. Их хроническое злоупотребление психоактивными веществами и аддиктивное поведение являются симптомами этих замаскированных проблем психического здоровья, но в то же время явно способствуют их обострению. Большинство таких пациентов входят в так называемую программу «двойного диагноза», которая специально разработана для одновременного решения как их серьезных проблем психического здоровья, так и сопутствующего злоупотребления психоактивными веществами или зависимости от них, и, вероятно, могли бы извлечь из нее пользу.К его чести, доктор Пинский, кажется, признает этот факт, часто в своих телевизионных сеансах с пациентами сосредотачиваясь на любой истории травм, особенно физическом, эмоциональном и сексуальном насилии в детстве. И иногда он привлекает психиатров, психологов и других специалистов в области психического здоровья для работы со своими пациентами. Хотя с клинической точки зрения в целом верно то, что в большинстве случаев необходимо сначала решить проблему тяжелого злоупотребления психоактивными веществами, завершить детоксикацию и установить трезвость, прежде чем полноценная психотерапия такого детства или другой травмы может начаться всерьез, реальность такова, что без надлежащих терапевтическая структура и поддержка, этого просто не произойдет.Как только пациент начинает чувствовать стресс, грусть, одиночество, злость или тревогу, он просто возвращается к единственному известному им способу справиться и утешить себя: употребляя наркотики или участвуя в компульсивном, саморазрушающемся «отыгрыше». поведение, призванное не осознавать реальность. Бессознательное состояние — главная причина зависимости. Вот почему интенсивная, постоянная, настоящая психотерапия должна быть неотъемлемой частью любого эффективного процесса лечения зависимости.

Противоядие от зависимости — научиться терпеть реальность.Понемногу. Вот что такое трезвость. Это то, в чем выздоравливающий наркоман больше всего нуждается в помощи: трезвое отношение к внутренней и внешней реальности. А часть экзистенциальной реальности предполагает личную ответственность. Мы несем ответственность за то, чтобы сознательно противостоять нашим внутренним демонам и как можно более конструктивно обращаться с ними. И мы ответственны за то, чтобы иметь дело с внешним миром по-взрослому. Ясно, что, особенно для так называемых знаменитостей, защищенных от реальности славой и деньгами, трезвость (будь то от алкоголя, злоупотребления психоактивными веществами или компульсивного сексуального поведения) требует принятия той же реальности, с которой мы все сталкиваемся каждый день: ответственности за себя. ; делать выбор, который отвечает нашим интересам; и терпение скуки, разочарования, беспокойства и неизбежных жизненных физических и эмоциональных страданий.Зависимость — это привычное избегание реальности. Наркоману нужно понять, что реальность больше, чем мы есть. Разумеется, сокрушительный удар по нарциссической грандиозности. Но начало исцеляющей мудрости и готовности принять и принять реальность — включая как ее отрицательные, так и положительные аспекты — на ее собственных условиях.

Связь между зависимостью и избеганием

17 ноября 2018 г. Villa Tranquil AddictionWomen’s Issues

Существует множество причин, по которым люди сталкиваются с проблемами зависимости.Хотя некоторые люди могут иметь генетическую предрасположенность к зависимости, никто не застрахован от зависимости. Это может быть не физическое заболевание, такое как диабет или рак, но оно может быть столь же смертельным. Специфика зависимости различается в зависимости от причиненной зависимости, но зависимость — это средство избежать. Это метод ухода от реальности. Причины, по которым кто-то может захотеть избежать реальности, уникальны, но в основе зависимости лежит желание избежать реальности.

У некоторых есть травма в прошлом, с которой они не хотят иметь дело или чувствуют, что не могут справиться.Для других это повседневная повседневная скука, которая преследует их. В любом случае, зависимость обеспечивает бегство, хотя и временное, от их демонов. Понимание этой связи между зависимостью и избеганием проливает свет на важность столкновения с этими демонами и преодоления этих недостатков. Зависимость может быть средством самосохранения, когда прошлые события или негативные эмоции угрожают сокрушить нас и украсть наше здравомыслие.

Создание среды, в которой у человека есть уверенность и эмоциональная сила, чтобы столкнуться с истинным корнем своей зависимости, может быть чрезвычайно трудным, чрезвычайно напряженным и длительным процессом.Этот процесс требует терпения, душевного мужества и страсти к тому, чтобы подняться над зависимостью. Человек должен искренне верить в себя и свою внутреннюю ценность, чтобы знать, что он полностью способен преодолеть зависимость и перейти к более светлому и здоровому будущему. За это приходится платить. Это непросто, но в конечном итоге оно того стоит.

Выполнение плана первичного лечения — невероятное достижение. Вы на пути к фантастическому выздоровлению и выдающейся жизни, той жизни, которой вы заслуживаете.Однако вернуться к повседневной жизни и почувствовать себя непреодолимым. Вам не нужно делать это в одиночку. Вилла Tranquil предлагает безмятежную и позитивную атмосферу, которая поможет вам в этот переходный период. Окружите себя единомышленниками, которые знают вашу борьбу и участвуют в бесчисленном множестве терапий и опытов, разработанных, чтобы подготовить вас к грядущим изменениям. Villa Tranquil — это рай, где вы сможете насладиться трезвостью и обрести уверенность в том, что каждый день выздоравливаете в полной мере.Пожалуйста, позвоните в Villa Tranquil по телефону 214-799-3080 для получения дополнительной информации.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *