11.07.2024

Проблема человек: Лекция 16. Проблема человека в философии

Человек как философская проблема: Восток

209 ₽

+ до 31 балла

Бонусная программа

Итоговая сумма бонусов может отличаться от указанной, если к заказу будут применены скидки.

Купить

Цена на сайте может отличаться от цены в магазинах сети. Внешний вид книги может отличаться от изображения на сайте.

Последний экземпляр

Нет в наличии в магазинах сети

1

Цена на сайте может отличаться от цены в магазинах сети. Внешний вид книги может отличаться от изображения на сайте.

Данным выпуском открывается тематическая серия под общим названием «Философская мысль континентов». Сборник ЧЕЛОВЕК КАК ФИЛОСОФСКАЯ ПРОБЛЕМА: ВОСТОК — ЗАПАД посвящен новым для отечественной философской науки аспектам проблемы человека в странах Азии, Европы, Африки и Латинской Америки, анализу ряда вопросов теории современного гуманизма.

В приложении впервые публикуются переводы авторов-участников данного сборника философских текстов с древнекитайского, древнегреческого и испанского языков.

Для преподавателей и научных работников

Описание

Характеристики

Данным выпуском открывается тематическая серия под общим названием «Философская мысль континентов». Сборник ЧЕЛОВЕК КАК ФИЛОСОФСКАЯ ПРОБЛЕМА: ВОСТОК — ЗАПАД посвящен новым для отечественной философской науки аспектам проблемы человека в странах Азии, Европы, Африки и Латинской Америки, анализу ряда вопросов теории современного гуманизма. В приложении впервые публикуются переводы авторов-участников данного сборника философских текстов с древнекитайского, древнегреческого и испанского языков.

Для преподавателей и научных работников

На товар пока нет отзывов

Поделитесь своим мнением раньше всех

Как получить бонусы за отзыв о товаре

1

Сделайте заказ в интернет-магазине

2

Напишите развёрнутый отзыв от 300 символов только на то, что вы купили

3

Дождитесь, пока отзыв опубликуют.

Если он окажется среди первых десяти, вы получите 30 бонусов на Карту Любимого Покупателя. Можно писать неограниченное количество отзывов к разным покупкам – мы начислим бонусы за каждый, опубликованный в первой десятке.

Правила начисления бонусов

Если он окажется среди первых десяти, вы получите 30 бонусов на Карту Любимого Покупателя. Можно писать неограниченное количество отзывов к разным покупкам – мы начислим бонусы за каждый, опубликованный в первой десятке.

Правила начисления бонусов

Человек vs природа: правовые проблемы и решения

Как обеспечить гармонизацию с окружающей средой?

Современный человек – участник огромного количества различных отношений, которые являются его естественной средой, например экономических, социально-культурных и многих других. Устойчивое развитие в понимании современной международной практики предполагает удовлетворение потребностей настоящего поколения  с учетом таких же возможностей и у будущих поколений. Именно такое понимание этого процесса было представлено в 1987 году в докладе Международной комиссии ООН по окружающей среде и развитию «Наше общее будущее». Следовательно, залог успеха в сохранении тенденции к устойчивому развитию – гармонизация отношений, окружающих человека, и исключение противоречий, могущих привести к разрушению тех отношений, которые в будущем могли бы обеспечить удовлетворение потребностей поколений, идущих вслед за нами. 

Основа устойчивого развития – гармонизация человека и окружающей его среды.

Отмечу, что проблема гармонизации человека и окружающей его среды – предмет не только общественной дискуссии, но и целой междисциплинарной науки, так называемой «экологии человека», основы которой были заложены в Советском Союзе еще в начале 80-х годов прошлого века.

Что может обеспечить подобную гармонизацию? Позволю себе обратиться к близкой мне сфере научного и практического знания – к юриспруденции. В сфере права существуют понятия публичного и частного интереса: частный интерес направлен к удовлетворению потребностей одного человека, публичный – потребностей всего общества. При этом эти интересы находятся в прочной связи, обусловливают друг друга. Например, право частной собственности, воплощающее в себе  частный интерес во владении и использовании имущества, обеспечено публичным интересом в  создании системы защиты этого права через гражданский, административный и уголовный закон. В то же время публичный интерес в финансировании наиболее значимых сфер жизни общества обеспечивается налогами, которые каждый член общества платит, в том числе и по итогам использования своей собственности. Перекос в сторону частного или публичного интереса влечет   разрушение системы отношений, препятствует устойчивому развитию. Полагаю, что именно категория «интереса» и является тем элементом, который выступает одновременно и в качестве критерия оценки уровня рассматриваемой нами гармонизации, и «строительным материалом» такой гармонизации.

Интересно, что сфера природопользования, обеспечения рационального использования природных ресурсов – самая показательная с точки зрения гармонизации частных и публичных интересов. Международное регулирование этой сферы идет по пути интеграции частного и публичного интересов. Так, в 50-е годы прошлого века появляются конвенции, регулирующие рыболовство (Международная конвенция о рыболовстве и охране живых ресурсов открытого моря 1958 г.), в 60-е – международное взаимодействие, связанное с ликвидацией разливов нефти (Международная конвенция относительно вмешательства в открытом море в случаях аварий, приводящих к загрязнению нефтью 1969 г.), в 70-е – защиту флоры и фауны (Конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения 1973 г.). В настоящее время важнейшей проблемой в этой сфере является предотвращение изменения климата и снижение негативных последствий такого изменения. Защищая национальные (частные) интересы в хозяйственном использовании природных объектов, на международном (публичном) уровне субъекты международного права вырабатывают общие правила такого использования, направленные на сохранение благоприятных условий окружающей среды при обеспечении требуемого уровня потребления. Происходит интеграция частных и публичных интересов. И второй тезис, который составляет основу поддержания тренда на устойчивое развитие, состоит в следующем: гармонизация отношений человека и окружающей его среды строится на базе поддержания баланса интересов в использовании ресурсов этой среды и ее сохранении.

Движение к гармонии: правовые решения

Нам понятно направление движения, однако каким образом на уровне практики, конкретных регуляторных механизмов его обеспечить? Этот вопрос имеет неисчислимое количество ответов, что обусловлено многоукладностью современной, прежде всего экономической, жизни общества. В каждой сфере (будь то промышленное производство, энергетика, социально-культурное развитие) есть свои особенности, охватить которые в рамках краткого вступления к теме не представляется возможным. Однако и в данной ситуации есть свои общие правила.

Вновь обратимся к сфере природопользования. В последние несколько десятилетий здесь актуально так называемое интегрированное управление природопользованием. По сути, речь идет о наборе определенных, прежде всего, правовых механизмов, обеспечивающих баланс интересов, являющийся основой сохранения благоприятной окружающей среды при одновременном развитии хозяйственного использования природных ресурсов.  

С проблемой интегрированного управления природными ресурсам и природопользованием мне довелось столкнуться в практической плоскости. Дело в том, что с 2014 года мне доверены организация и проведение тематических дискуссионных панелей, посвященных проблемам экологии в рамках Петербургского Международного Юридического Форума.  В ходе одного из мероприятий с докладом о проблеме интегрированного управления водными ресурсами выступила канцлер министерства экологии Финляндии госпожа Ханнеле Покка. По ее словам, именно благодаря рассматриваемому подходу в управлении огромным количеством водных объектов Финляндия на современном этапе своего развития в самом деле может называться «страной тысячи озер». В дальнейшем объектом обсуждения спикеров ПМЮФ стал опыт различных государств в сфере трансграничного взаимодействия при построении системы интегрированного управления водными ресурсами (эта тема особенно актуальна для моего родного города Санкт-Петербурга, где основной источник водоснабжения – река Нева – находится в системе водных объектов, частично расположенных на территории соседнего государства – Финляндии). В нашей дискуссии, посвященной данной проблеме, приняли участие руководитель Зеленого Трибунала Индии господин Шватантер Кумар, а также один из известнейших российских юристов, специалист в сфере международных отношений (к сожалению, уже ушедший от нас), доктор юридических наук, профессор Валерий Абрамович Мусин. Отдельная часть дискуссии, уже в формате сопутствующего Петербургскому Форуму мероприятия, была посвящена экономическим механизмам, являющимся составными частями системы интегрированного управления природными ресурсами, в особенности проектам государственно-частного партнерства. 

По итогам совместной работы нам удалось прийти к следующим выводам: интегрированное управление природными ресурсами – такая система отношений, каждая часть которой является логическим дополнением и составной частью всех иных составных частей данной системы. Так, частный сегмент обеспечивает использование природного ресурса, научный сегмент – определяет правила такого использования, обеспечивающие сохранение окружающей среды, а публичный (государственный) сегмент контролирует данную деятельность, с одной стороны легализуя вырабатываемые правила, с другой – обеспечивая их соблюдение всеми участниками возникающих при этом отношений. В практическом плане речь идет о системном взаимодействии крупных частных предприятий, учреждений науки и органов государственной власти, а правила такого взаимодействия закрепляются в нормативных правовых актах различного уровня, а иногда и в нормах международного публичного права.

Интеграция происходит не только на уровне взаимодействия указанных сегментов, но и на уровне отдельных механизмов, применяемых взаимодействующими в системе субъектами. В этом смысле наиболее показательным является механизм государственно-частного партнерства – пример интеграции частного и публичного интереса. Этот механизм, наверное, – лучший вариант решения различных социально значимых задач в условиях недостаточности государственных ресурсов и наличия субъектов, готовых принять участие в реализации данных проектов. Однако этот механизм одновременно и самое уязвимое место всей системы управления: здесь очень легко допустить разбалансировку публичных и частных интересов, превратив проект в источник обогащения частного субъекта. Примеров тому масса: Франция, Германия, Великобритания – страны, столкнувшиеся в разное время с перекосом интересов при реализации подобных проектов в коммунальной сфере. В то же время не могу не привести в пример Санкт-Петербург, где в 2005 году на базе грамотно выстроенной правовой модели ГЧП был реализован один из ключевых инфраструктурных проектов по обеспечению экологической безопасности всего региона Балтийского моря –  возведение Юго-Западных очистных сооружений. 

Проблема достижения баланса интересов

Принцип соблюдения баланса интересов должен быть воплощен во всех без исключения механизмах, функционирование которых обеспечивает устойчивое развитие.

Однако столь логичная система, к сожалению, действует далеко не всегда, причиной чему являются недостатки в ее построении по отдельным направлениям.

Один из актуальных и ярких примеров, иллюстрирующих рассогласование частных и публичных интересов, а также элементы дезинтеграции управления объектами, составляющими одну из основ устойчивого развития, – ситуация, складывающаяся вокруг изменения климата.   В основе международного регулирования этой проблемы – Рамочная Конвенция ООН об изменении климата, подписанная в 1992 году в Рио-де-Жанейро и дополненная Киотским протоколом 1997 года, обязавшим договаривающиеся стороны сократить выбросы парниковых газов, способные изменить климат на нашей планете.  Эта ситуация в самом деле является очень показательной: вещества, способствующие возникновению парникового эффекта, – результат индустриального развития государства, а такое развитие, в свою очередь, – показатель экономической активности. Таким образом, регулируя публичный интерес, связанный с защитой климата Земли, международное сообщество затрагивает вопросы внутриэкономического  характера отдельных государств. Обеспечению реального функционирования разработанной международным сообществом системы должны способствовать так называемые «механизмы гибкости» – возможность перераспределения квот на выбросы между отдельными государствами и некоторые иные варианты корректировки первоначальных обязательств.

Однако данная система фактически не работает должным образом. Например, США, планировавшие в рамках Киотского протокола сократить свои выбросы в среднем на 7%, до настоящего времени так и не ратифицировали соответствующие положения данного документа, а в 2017 году заявили о выходе из Парижского соглашения по климату – документа, также разработанного на базе упомянутой Конвенции. Причина подобного решения очевидна: сдерживание экономического роста вследствие перспективы соблюдения установленных указанными документами ограничений. В итоге усилия международного сообщества не достигают своей цели в полном объеме, а причина тому, как представляется, – недостаточный уровень интеграции частных и публичных интересов при разработке столь значимых и сложных механизмов. Конечно же, система регулирования, имеющая в своей основе указанные документы, должна быть не замкнутой в себе структурой издержек и противовесов, а элементом еще более сложной системы международного регулирования, гармонизирующей интересы защиты окружающей среды и необходимость экономического развития. В противном случае, учитывая существующие принципы национального суверенитета, никакие международные усилия не достигнут своей цели. 

В заключение подчеркну, что устойчивое развитие – это не красивая «идеологизированная» цель, а реальная, довольно сложная каждодневная работа. При этом суть такой работы – поиск приемлемого баланса интересов всех участников соответствующих отношений, обеспечивающего гармонию в отношениях между обществом и окружающей средой. Любое упущение в этой сфере грозит не только и не столько ущербом для интереса «ущемленного» субъекта, сколько крушением всей системы этих отношений, а значит, и крушением идеи устойчивого развития. Наверное, те проблемы, с которыми сегодня сталкивается человечество – разногласия в вопросах изменения климата, экономические и межконфессиональные войны – признак ошибок, допускаемых нами на избранном пути. Но уверена, что это не повод подводить негативный итог. Это повод продолжать нашу общую, интересную, а главное – такую значимую работу, в том числе и на полях ПМЮФ.

Корень проблем человека (KJV) – Моменты с книгой

  • Ориентировочная дата доставки: Среда, 12 апреля (Нажмите, чтобы получить более подробную информацию) Заказывайте завтра до 13:00 по восточному времени, чтобы отправить его в среду, 12 апреля. ПРИМЕЧАНИЕ. Этот товар будет доставлен отдельно от других товаров в вашем заказе. Предполагаемая дата доставки: Среда, 29 марта (Нажмите, чтобы получить более подробную информацию)
    Заказ до 13:00 по восточному времени завтра для отправки в среду, 29 марта. ПРИМЕЧАНИЕ. Этот товар будет отправлен отдельно от других товаров в вашем заказе.
  • Артикул:
  • Скидки: Купоны на скидку не распространяются на этот товар
  • Формат: Сложенный трактат
  • Размер: 3,5 дюйма x 5,5 дюйма
  • Страниц: 4
  • Версия: KJV
  • Возвраты: Поскольку этот товар напечатан на заказ, он не может быть возвращен.

Показать все детали

Полный текст этого трактата приведен ниже в версии KJV. (Хотите ли вы напечатать этот буклет в версии, отличной от указанной? Свяжитесь с нами и сообщите нам, что вы ищете — возможно, мы сможем бесплатно создать для вас альтернативную версию.)

Корень проблем человека

Сегодня мир полон проблем, но самая большая проблема, стоящая перед человечеством, — это не нехватка денег, плохое здоровье или даже экологические проблемы. Это грех! Библия говорит, «Потому что все согрешили и лишены славы Божией» (Римлянам 3:23). С учетом сказанного, что это за вещь, называемая «грехом»? Грех – это все, что противоречит слову Божьему. Вы должны осознавать тот факт, что все мы грешники перед святым и справедливым Богом. Большинство людей склонны думать о грехе как о чем-то плохом, что мы можем сделать. Но истина в том, что все это — только результаты греха.

Наша греховная природа является корнем проблемы. Если ты умрешь, не решив этот вопрос, то твоя душа не попадет в Рай, потому что Рай — это чистое безгрешное место. Чтобы достичь этого, вам понадобится новая природа, потому что та, что у вас есть сейчас, недостаточно хороша!

Грех имеет наказание

«Идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его» (Матфея 25:41). Наказание за грех — ад. Это единственная альтернатива для души, которая умирает в своих грехах. Ад — это ужасное место, которое никогда не предназначалось для человека. Писания говорят, что он был создан для дьявола и его ангелов. Если ты пойдешь туда, ты будешь неудачником. Ад — это не шутки. Единственное, что ты унесешь с собой в ад, — это воспоминания о своей жизни. Это место вечных мук, которое никто никогда не может покинуть.

Решение есть

Но Бог кое-что сделал для нас. «Без пролития крови не бывает прощения [прощения грехов]» (Евреям 9:22). Это означает, что кто-то должен был умереть от нашего имени. «Вот Агнец Божий, берущий на Себя грех мира!» (Иоанна 1:29) Бог послал нам Спасителя, чтобы позаботиться о нашем греховном долге. Его зовут не Будда, Мухаммед, Папа Бенедикт, Л. Рон Хаббард или любой другой грешный человек. Его зовут Иисус Христос, ГОСПОДЬ. Он был рожден девственником (что означает, что у Него не было отца-человека), прожил безгрешную жизнь, умер на кресте, был погребен и воскрес на 3-й день, исполнив писания и доказав, что Он живой спаситель. Таким образом, Христос — единственный, кто может спасти вас от ада.

Приглашение для всех

Иисус Христос пришел спасти грешников (а не «хороших» людей, пытающихся проложить себе путь на Небеса).

«Ибо благодатью вы спасены через веру; и сие не от вас: это дар Божий: не от дел, чтобы никто не хвалился» (Ефесянам 2:8,9). Спасение — это дар, который нельзя заслужить. Чтобы получить этот дар, вы должны обратить свое сердце к Богу и уверовать в пролитую кровь Христа. Когда человек принимает Христа как своего личного спасителя, он получает Божий дар вечной жизни и оправдывается навеки.

Самая большая проблема сегодня — это грех. Поначалу это кажется милым, но когда оно проходит, конечным результатом всегда являются печаль и смерть. Ничто не вечно в этой жизни, но твоя душа будет жить вечно в одном из двух мест: в раю или в аду. Я призываю вас задуматься об этом и принять во внимание бесплатный дар, который Господь приготовил для вас. Вам не нужно идти в ад. Примите Христа и получите спасение сегодня.

К началу страницы

Центральная проблема современного человека

Статья Уолдо Фрэнка — седьмая статья из серии «Кризис личности».

События недавней войны и предшествовавшие ей годы в Германии и других странах, которые до сих пор звучат, выявили крах в представлении о неотъемлемом достоинстве человеческой личности, который становится еще более зловещим из-за массовых масштабов. на котором это произошло. Целью этой серии эссе является исследование причин и характера этой моральной катастрофы в западной цивилизации и поиск возможных способов ее устранения.

Будущие авторы этой серии: Лео С. Бек, Мартин Бубер, Льюис Кори, Луи Финкельштейн, Андре Жид, Сидни Хук, Ханс Кон и Карл Поланьи.

_____________

Болезнь современного мира состоит в том, что ее самые угрожающие симптомы отпугивают нас от изучения их причин. Таким образом, угроза ядерной бомбы побуждает людей доброй воли искать политические гарантии против войны, в то время как они безоговорочно принимают совокупность экономики, социальной психологии и религии как корень опасности. Если наша цивилизация рухнет (или взорвется), следующая цивилизация, с центром, возможно, в Сибири или Бразилии, найдет в нашем нынешнем истерическом прекращении интеграции мысли основную причину нашего разрушения.

Предположим, что в ближайшем будущем установится какое-то мировое равновесие. Его главными опорами должны быть Соединенные Штаты и Россия, две единственные независимые мировые державы наших дней. Если под этим руководством все народы не будут освобождены и не встанут на путь экономической независимости, если мир не излечит внутренние разочарования, которые являются почвой для войны, условный мировой порядок должен разлететься до того, как его швы затянутся. Но такого рода сотрудничество американцев и русских между собой и друг с другом требует революционного изменения социально-экономических и культурных структур обеих стран, что возвращает нас к нашей забытой основной проблеме. Или предположим, что никакая конфедерация не поднимется на смену хлипкой ООН. Если все же чудом господствующие народы достигнут зрелости, чтобы обрубить корни войны, если массы Азии и Южной Америки, а также дома смогут дышать и возделывать сады мира, мы должны выжить; но если это изменение не произойдет вовремя, мы обречены; и в любом случае жизненно важным вопросом являются корни нашей культуры.

Давайте пойдем дальше: предположим, что ядерная бомба и подобное оружие фактически объявлены вне закона, или что новое изобретение делает их безобидными, как петарды, или даже что страх упраздняет тотальную войну: в то время как нынешние тенденции мира продолжаются в сторону регламентации, в сторону распыление и подавление творческих людей в пользу постоянно распространяющегося машинного порядка, управляемого людьми-машинами ради машинных ценностей, мы все еще обречены. Ибо человечески разрушительные силы нашего мира сильнее бомбы, которая действительно является их символом. Это тенденции мира — в полную силу до 1914, которые угрожают нам. На самом деле, наш страх перед атомной бомбой и войной в значительной степени является невротической маской, чтобы удержать нас от созерцания нашей нечистой совести и лица Горгоны мира, который пытаются установить наши мировые лидеры.

Как бы мы ни смотрели на это, фундаментальная проблема человека : его природа, его психология и ценности, его отношение к космосу, его потребность в методе поведения для реализации его добрых намерений, является своевременным вопросом. нашего дня. Степень, в которой интеллектуалы избегают этого, ужасна. Таким образом, в своем стремлении построить пригодный для жизни мир мы болезненно ясно осознаем недостатки нашего главного партнера, России; но мы трагически не осознаем, что наш единственный способ улучшить Россию — это улучшить самих себя. Мы не замечаем, что наш контроль (бескровный, потому что совершенный) над большей частью Западного полушария, наша поддержка Британской и Голландской империй и наше последовательное предательство по отношению к испанскому народу (пока мы восхваляем свободу), наше продолжающееся производство атомных бомб (пока мы проповедуем мир), наше отношение к неграм (в то время как мы проповедуем демократию) и наше самодовольство перед подчинением нашей политики и давления деньгам (потому что деньги «бесплатны» по Конституции) красноречивее говорят миру, чем наши идеалы; и действительно искажают все добрые порывы, которые сопровождают наших государственных деятелей в залах заседаний. Поскольку инструменты свободного выражения, изменения нашей экономики находятся в наших руках, наша неспособность использовать их является, по сути, культурным, религиозным провалом. Необходимо творческое проникновение в глубочайшие сферы нашего бытия, если новый мир не должен быть карточным домиком — старыми картами, сданными теми самыми людьми, которые позволили Гитлеру расти и которые развязали войну. А озарение начинается дома.

_____________

 

Индивидуализмы, на которых основана западная цивилизация, из-за которых она дошла до своего нынешнего самоубийственного кризиса и которыми управляется американская демократия, ложны, потому что они вырезают тот или иной элемент органического целого человека. ; и неадекватны, потому что только на здоровом ядре всего человека может быть основано общество всех людей. Несколько лет назад я назвал эти индивидуализмы «сепаратистскими и атомарными»9.0118 1 , не осознавая, что созданная ими цивилизация вот-вот создаст совершенный символ их атомарности — атомную бомбу.

Ложный современный человек имеет множество проявлений. Через традиционные религии он верит в свою отдельную вечную душу и в возможность ее личного спасения: вера, которая быстро ведет к борьбе за личный и особый групповой успех. Через утилитарную демократию он верит в экономическое невмешательство, в выживание наиболее приспособленных, что неизбежно приводит к выживанию самых проницательных и жадных. Он верит, что благодаря культу комфорта и поклонению науке машина может обеспечить всеобщее благоденствие и что науки — методы упорядочивания и использования эмпирических явлений — могут затронуть высшие смыслы жизни. В прагматизме он нелогично полагает, что разум является конечным продуктом человеческой потребности приспособиться к тому, что он называет реальностью, и в то же время, что ни на одной предпосылке, более органичной, чем он сам, разум не может отменить борьбу в человеке между его привязанностью к земле и его землей. преодоление импульсов; что она усовершенствует «религию без слез» и натурализует человека в Эдеме самодовольства.

Ошибочность этих частичных представлений о природе человека раскрывается в их произведениях, индивидуальных и общественных. Набожный индивидуалист организованных церквей оказывается порабощенным — его благочестие эксплуатируется — иерархами реакционной власти; или он собирается в храмах, чье богослужение, оторванное от действия, есть пустота «напрасных приношений». Демократический индивидуалист оказывается недифференцированным членом экономической группы или политической партии, чье лидерство, все более удаленное от его контроля, процветает благодаря коллективной силе индивидуальных слабостей. В некоторых странах он становится склонным получателем «рекламируемых на национальном уровне» товаров и «рекламируемых на национальном уровне» идей, придуманных торговцами или торговцами властью; в других странах (да и во всех во время кризиса) он становится просто главой в стаде, простой рукой в ​​орде, которой правят диктаторы.

Это превращение набожного индивидуалиста в человека-массовика, в самую интимную жизнь которого вторгается массовое производство, как материальное, так и умственное, не является парадоксом: это неизбежное следствие изначального органического недостатка индивидуалиста. Весь человек представляет собой целое число трех неразрывных нитей: одна , тело со всеми его атрибутами инстинкта, эмоции, воли, разума; во-вторых, социальный комплекс наследственности, среды, культуры; три , космическое измерение, известное мистикам как Бог. Отрежьте любую из этих нитей от имплицитной культуры и сознания человека, и результатом будет буквальное растворение. . . растворение как социальное, так и внутреннее. . . растворение, бесчисленные фазы которого можно наблюдать на досуге в современном мире.

Одной из основных черт этого искалеченного индивидуума является растущее упрощение в условиях растущей сложности нашей механики, растущего распространения наших экономических связей. Централизация власти, тоталитаризм, авторитаризм — это политические упрощения . Сползание к неизбежному коллективизму машинного производства (независимо от того, берет ли государство в свои руки крупный бизнес или крупный бизнес управляет государством), без органического противодействия охране личного и творческого в ремеслах и искусствах есть экономическое упрощение. Вульгарный марксизм, эмпирический рационализм, прагматизм как философии Реального суть интеллектуальные упрощения. Популярный «реализм», который сводит жизнь к поверхностному сообщению чувств, и новые модные романтические реакции, которые сводят реальное к миру грез сюрреалистов или человека к солипсическому одиночеству и моменту смерти некоторых экзистенциалистов, являются типами эстетическое упрощение. В Америке сужение сознания зашло так далеко, что метафизика фактически поставлена ​​вне закона даже в том, что называется философией! И наш общий литературный язык сводится к плоскому «основному» английскому языку газет и рекламы, в отношении которого царит заблуждение, что его пустая точность — это «хорошее письмо».

Все эти стремления к упрощению, такие разнообразные и враждебные друг другу, являются результатом фрагментации потенциального сознания человека: атомизации органического целого, которым является здоровье человека; и для создания мира, в котором мы можем жить, подходит не больше, чем одиночный атом для создания организма. Каждое из них само по себе приводит к раздору, бесплодию и хаосу; действительно, они составляют современную сцену, будь то культура с ее лишенным памяти калейдоскопом причуд, экономика с ее конкурирующими корпорациями магнатов и рабочих, политика с ее маленькими лидерами, которые так усердно стремятся примирить одни и те же основные ценности. которые делают войну.

Максимальное упрощение, конечно, тотальная война. А военный разум, способный вести войну, уже стремится к установлению мира. Здесь читатель может возразить: ничего, скажет он, не может быть сложнее логистики войны, чем техники современных машин и оружия; так что их мастеров, каковы бы ни были их недостатки, нельзя обвинить в «упрощенстве». Ответ, конечно же, состоит в том, что все исчисления физической организации не могут в сумме соответствовать органической целостности одной человеческой жизни. Самолет-бомбардировщик, каким бы замысловатым он ни был, в прямом смысле слова бесконечно проще, чем самый примитивный человеческий ум, чем самая простая человеческая эмоция или, если на то пошло, чем сонет или песня, которые адекватно ее озвучивают. А дело управления бомбардировщиком, ведения войны за семью морями: перевозка, питание, снабжение, выстраивание миллионов людей против миллионов других бесконечно проще, чем вся жизнь самого маленького из них. из этих миллионов.

Тем не менее, уничтожение жизней на войне является второстепенным фактором угрозы, которая нависла над нами. Более смертоносна работа войны над выжившими, и не только над голодающими. И самым смертоносным из всех является повседневное воздействие мира, организация которого истощает человеческое сознание и чьи искусства и религии не в состоянии защитить и созреть его. В конечном счете, например, народ, чья ежедневная музыкальная пища — это наши радиопесни, будет больше поражен их безвитаминной пустотой, чем бомбой, которая может стереть Детройт с лица земли. В долгосрочной перспективе народ вроде мексиканца, которому не хватает Детройта, чтобы его взорвать, но который получает эмоционально и духовно питательную пищу в виде музыки, может иметь больше шансов на благородный рост и выживание.

_____________

 

К счастью, это не вся картина нашего передового западного мира. В то время как ложные индивидуализмы разрушаются и сливаются в свои неизбежные стадные агломерации, бунт распространяется и появляются контртенденции. Например, наиболее творческие литературные художники нашего времени в различных формах и настроениях раскрывают растворенность, нереальность наших индивидуализмов. (Примеры — Жид, Кафка, Пруст и Герман Брох.) Лучшие религиозные мыслители разоблачают нетронутое одиночество человека в гигантских социальных и интеллектуальных синтезах Ig9.го века, которые оставляют человека вне. (Примеры — Кьеркегор и Унамуно.) Другие (Тиллих, Нибур) демонстрируют глубокие психологические истины в теологических мифах, которые наука, казалось, обесценила: и их точное отношение к нашему миру. Даже ортодоксия в творчестве католика вроде Маритена, протестанта вроде Барта вновь вливает в старые догмы действительность, социальную и личную, стремясь сделать их органичными. Фрейд, Юнг, гештальт-школа своим антагонистическим образом раскрывают сложный спектр эго, от инфракрасных расовых и социальных штаммов до ультрафиолетовых лучей мистической интуиции. Ф. М. Александер, еще неизвестный гений из Австралии, вносит первопроходческое доказательство того, что цивилизация разрушила бессознательную кинестезию современного психосоматического организма, и раскрывает принципы, с помощью которых может быть установлено здоровье тела-ума. Антропология и археология развеяли ложную перспективу, согласно которой западная культура видела свои корни исключительно в Иудее, Греции и Риме. И хотя технологии, по крайней мере, потенциально связывают мир воедино, некоторые социальные критики (в Америке, Льюис Мамфорд) раскрывают ошибочность предположения о своем гуманистическом завершении, если их внутренняя энергия (давно предшествовавшая промышленной революции) не будет перенаправлена.

Все это жизненно важные тенденции к еще несуществующей интеграции. Если это факт, что части делящейся бомбы остаются инертными, пока не собраны, то по аналогии можно было бы сказать, что все части этого бесконечно более сложного организма, будущего общества цельных людей, лежат несобранными в хаосе нашего мира; бессильны, ожидая работы синтеза против чрезвычайно активной дезинтегрирующей инерции, которая разделяет и аннулирует их. Ибо наш хаос не статичен. В самом деле, пока он преобладает, он имеет тенденцию деформировать все потенциалы интеграции в позитивные силы дальнейшей дезинтеграции.

Возьмем, к примеру, силу мирового общения, ставшую возможной благодаря технике. Говорить, что радио, газетная бумага, самолет, сегодня составляют «один мир», — это ядовитая чепуха. Через этих носителей сегодня приходят голоса, видения, воли, которые являются продуктами распада и выразителями его; бывают специальные и секционные тяги; приходят эгоизмы как индивидуальные, так и коллективные. Горы отрывочной «информации», которую они распространяют о любой стране, о любом событии или проблеме, представляют собой нечто даже худшее, чем неправда, поскольку они увековечивают путаницу с заблуждением знания, которое затемняет или ошеломляет естественное человеческое стремление к знанию. В самом деле, тесное, шумное невежество современного мира менее легко вторгается знанием, чем молчание безписьменных эпох. Но опасность более позитивна. Наши обычные коммуникаторы, распространяя предварительно переваренные произведения искусства и «дискуссии», приглушают интуицию и смягчают интеллектуальную дисциплину публики, делая ее более склонной к влиянию контролирующих экономических сил. 2

Но злоупотребление радио, газетной бумагой и т. д. является лишь крайним примером того, как неинтегрированные тенденции к потенциальной интеграции сегодня работают против интеграции. Мы находим ту же болезнь в интеллектуальной сфере. Таким образом, литература, разоблачающая ложность современных индивидуализмов, вдохновляет писать, выражающие нигилизм и отчаяние. Литература, раскрывающая космическое в человеческом эго, порождает школы трансцендентальной мистики или декадентской ортодоксии, полностью игнорирующие социальное измерение. Анализ социального элемента эго привел к широко распространенному отрицанию образует ядро ​​ внутри эго, которое является дорациональным и космическим. В полях действия также присутствует проклятие. Против вульгарного коммунизма, упрощающего человеческую проблему до масс-экономических терминов, стоят церкви, рассматривающие проблему как исключительно моральную или потустороннюю. . . демократизмы, которые находят решение в «свободном предпринимательстве». . . федералисты-легалисты, которые распространяли бы конституцию над нашим нетронутым безумием конфликтов и разочарований.

Каждая фракция несобранного тела интеграции, каждая с частью истины, но стоящая в одиночестве, утверждающая себя в одиночестве, умножает распад; вызывает колебания маятника от одной частичной крайности к другой. И причина, конечно же, в недостатке предсуществующего баланса, в способе организма переваривать все, что он поглощает, использовать и отбрасывать в соответствии со своими форма . Таким образом, мы оказываемся в порочном круге: из-за того, что у нас изначально отсутствует органическое чутье, мы неправильно используем или искажаем те тенденции в нашем мире, которые должны подталкивать нас к нему.

_____________

 

Отличительной чертой наших фрагментарных стремлений к интеграции является то, что все они являются убеждениями. Современный человек считает; и верит в достоинство и действенность веры. И в этой черте мы можем приблизиться к сути нашей проблемы.

Рассмотрим наши средние американские убеждения: демократов и республиканцев, что мир должен принять американскую систему, которую они считают «свободным предпринимательством»; американский католик считает, что к этой системе следует добавить духовное первенство его церкви; социалистов и коммунистов, что только коллективное государственное хозяйство принесет мир. Менее открыто заявляемые убеждения: что Америка должна идти своим путем и позволить остальному миру висеть на волоске; что англосаксы должны господствовать над миром, чтобы спасти его; что необходимо сильное руководство бизнесом, техническими специалистами, генералами — их сочетанием; или принятие (возможно, бессознательное) пораженческого пессимизма Лютера в отношении любого правительства, так что единственная надежда заключается в индивидуальном спасении. В большинстве этих вариантов верований есть правдивые интуитивные догадки. Даже фашисты, которые под прикрытием процветают среди нас, имеют проблеск человеческой природы, в котором отказывают большинству социалистов и прагматиков в их (искаженном) осознании кровных уз; есть (искаженная) истина, утраченная большинством христиан, что тот, кто теряет свою жизнь, найдет ее. Общая опасность любой веры состоит в том, что ее интуиция, ее унаследованная или, возможно, рациональная истина возбуждается сепаратистской волей эго. Через эту волю предубеждения, похоти и страхи верующего вливаются в уравнение; слиться с правдой, которая маскирует их как часть веры.

Два примера: один , нацист, руководствуясь такими истинами, как немецкое превосходство среди европейских народов и исцеляющая сила группового служения и группового действия, признал в своем убеждении обиды как национальные, так и индивидуальные, похоти эго и стадо, потребность компенсировать разочарования, и, таким образом, искренне поверил, что он был расой господ, которая не должна уклоняться ни от массовой бойни, ни от индивидуальной смерти, чтобы завоевать мир; во-вторых, американский ученик Уинстона Черчилля, зная о достоинствах англо-саксонской политической демократии, слепой к достоинствам других народов, слабых там, где он силен, заключает, что его институты лучшие, и с бессознательным страхом потерять им приходит вера в «американский век» и в богоданную неполноценность славян, латиноамериканцев, африканцев и азиатов. Эта вера, пока Америка процветает, определенно менее опасна, чем нацистская; но принесут невзгоды и гнев к нашим берегам, и эгоцентрические похоти, страхи и невежество веры американца, несмотря на ее частичную истину, могут быть столь же опасны как для американцев, так и для всего мира, как и вера нацистов. В обоих верованиях содержится общее убеждение западного человека, что его индивидуальность есть отдельный атом, оправданный своим собственным «правом» и имеющий право преуспеть, присоединившись к другим подобным национальным атомам. И пока эта вера господствует, в старых формах или в новых, западный человек, наделенный силой техники, должен сеять бедствия.

_____________

 

Вопреки распространенному мнению, вера не первична в человеке. Органическое знание предшествует вере, и вера частично вытекает из него. Младенец знает, что это такое, задолго до того, как слова формируют веру. Органическое знание может быть инстинктивным, как ощущение младенцем собственного тела и как участие первобытного человека в племени и природе. Или это может быть сознательное знание основателями высоких религий того, что Бог находится в человеке и что, таким образом, все люди братья. Это знание не иррационально; поскольку он органичен, он дорационален, и по мере того, как он рационализируется, он порождает веру.

Хотя вера тесно связана с органическим знанием, она здорова и созидательна. Таково было состояние христианской веры на протяжении столетий, создававших Европу и Америку. Эта вера принимала теологические формы, которые зависели от современной интеллектуальной и экономической фазы развития человека; которые, следовательно, должны были пройти, но оставались преимущественно творческими, пока дотеологическое органическое знание Бога в человеке присутствовало и обновлялось святыми, поэтами, простыми благочестивыми мужчинами и женщинами. Тенденции, социальные и интеллектуальные, с 13 века постепенно разъедали христианскую веру; но, что еще более радикально, они подорвали присущее ей органическое знание. В Европе еще были святые мужи, которые знал; , но с коррупцией общественных порядков, поддерживаемых христианской верой, с последующей потерей престижа церковной иерархией и аристократией, которая с ней работала, и с растущим престижем успеха в области естественных наук, открытий и торговли , активные знающих (конечно, всегда меньшинство) потеряли свою власть над народом и его лидерами. Так была подготовлена ​​эпоха Нового времени, в которой вера, теологическая и научная, смешанная — как всегда бывает вера — с эфемерными понятиями и ложной индивидуальной волей, потеряла связь с органическим знанием, которое единственно делает ее значимой.

Органическое знание, о котором я говорю, всегда существует среди людей; он существует сегодня: проблема состоит в том, чтобы интегрировать его в социальное тело. С этой целью великие культуры прошлого разработали методологии, чтобы стимулировать, питать, сохранять знания и претворять их в жизнь. Конкретная методология всегда соответствовала конкретным интеллектуальным и экономическим условиям культуры: то есть причина, по которой она «работала», была также причиной того, почему — когда условия изменились — она перестала работать. Методология индусов, например, была приспособлена к кастовому обществу и примитивному аграрному хозяйству, неспособному справиться с тропической природой: отсюда ее трансцендентальное пораженческое отношение к земле. Методология евреев (их Тора с ее касанием каждой фазы поведения) была замечательным средством оплодотворения всего народа, сначала окруженного более могущественными народами, а затем рассеянного среди них, постоянным присутствием Бога. Все классические методологии отражают социальную ограниченность донаучного мира, в котором некоторая эксплуатация человека была предпосылкой классовой культуры и в котором идеал единства и братства должен был стать трансцендентным, поскольку технически недостижим на разделенном, неосвоенная земля. Поэтому все эти методологии (несмотря на их продолжающееся притязание на отдельных лиц или группы в особых условиях) устарели. И мир сегодня, пронизанный верованиями, перенасыщенный технологиями, задушенный организациями по производству и распределению, не имеет никакой методологии для формирования и активизации органического знания о природе и значении человека: знания, которое только и сделает нас свободными, чтобы мы может превратить нашу новую подавляющую силу из разрушения в созидание.

_____________

 

Это все, на что способен краткий очерк: до самого порога. Я заканчиваю несколькими предложениями того, что должно быть развито в другом произведении. . . Органическое знание о Боге в человеке: это открытие внутри индивидуума, который через созерцание, медитацию, психологическую практику и любовь проникает в контакт с самим собой, что внутри себя живет сущность вселенского соединения. Именно это знание современный либерал-эмпирик называет «мистическим» и отрицает. Он верит в демократическую догму, что все люди братья; он считает необходимость справедливости и примат любви в справедливости; он верит в раскрытие искусством сущностного единства человеческого опыта; он верит, что только принципы братства могут принести человеку мир для себя и построить мир для всего мира. Он даже признает, что при нашей технической мощи альтернативой является разрушение. Но несмотря на пятьдесят веков, чтобы доказать это, несмотря на его собственное состояние , несмотря на его веру в технику, которая перемещает вещи , он отказывается видеть, что его убеждения лишены динамического принципа действия. Если только его инстинкт самосохранения не притупился, сегодняшняя угроза катастрофы должна, наконец, заставить его прислушаться к тем (так же сведущим в науках, как и он), чье знание настаивает на том, что предпосылкой всех либеральных верований является наличие универсальный . . . Целого. . . Бога, в человеке. Без него демократическое учение о том, что все люди братья, можно отрицать (Германия), постоянно предавать (США и Великобритания), можно низвести до «равенства» массовых людей (тоталитарный коммунизм, как он мог развиваться в Советской России, если бы ортодоксальный диалектический материализм возобладал над органическими намерениями русского народа). Только с этим знанием человек может быть защищен от процессов измельчения коллективизма, под каким бы именем он ни был.

Возможно, чтобы сначала признать это, нужно проявить веру. Но вера не есть вера; вера есть протоорганическое знание; оно ближе к инстинкту, чем к рассудку; это действительно специфический человеческий инстинкт.

Крайне необходимо развить в современном человеке психологическую точку опоры, которая одновременно является самостью и континуумом. . . Целое: набор координат, воображаемых и ощущаемых, посредством которых самость, не только действуя из своего центра, но и чувствуя и видя, спонтанно отмечает связь с Целым. И для этого «целого» Бог — лучшее слово; поскольку Бог подразумевает элемент ценности и любви, личного отношения к космосу, тайну жизни, которая одновременно присуща нам и превосходит нас; органическая жизненная сила, благодаря которой только теория органической целостности может стать опытом и действием.

Методология не должна разрушать богословские убеждения людей, все еще приверженных высоким религиям: христианам, иудеям, мусульманам или азиатам. Но это может предвещать посттеологическую фазу религии, в которой активированная психология придет на смену сверхъестественной догме. Почему это спасет нас от рака эгоизма? Потому что он действует внутри Воли и на нее. Он начинает интегрировать в эго и более опасное групповое эго истину отношений; так что, когда индивидуум, семья, профсоюз, торговая палата, церковь, расовое меньшинство, расовое большинство, нация будут действовать — как они должны действовать — из своих собственных центров, они будут действовать инстинктивно по отношению к с Целым, составляющим их мир.

Учитывая огромные физические возможности науки, альтернативой появлению этой методологии на каждом этапе современной жизни является наше вымирание. Но если придет гибель, то не для человечества; она будет для нашей западной цивилизации (недолгоживущей по сравнению с другими культурами, богатой материальными завоеваниями и несравненно высокомерной). Судьба младенца Человека не в том, чтобы умереть; это значит расти в познании, даже если следующий шаг будет сделан на склонах Анд или в самой отдаленной Азии.

 

1 См. главу XX Новое открытие Америки , главу VI America Hispana , главу IV Chart for Rough Water.

2 Даже такое, казалось бы, безобидное предприятие, как широкое вещание классической музыки, должно быть подвергнуто сомнению. Сомнительно, чтобы слушание музыки могло питать любого, у кого нет опыта в создании музыки. Наша механическая передача музыки в исполнении ее мастеров, несомненно, препятствует индивидуальному музицированию, по крайней мере, после школьного возраста.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *