13.04.2021

Как можно ответить на вопрос зачем человеку слово дано: Как можно ответить на вопрос : Зачем человеку слово дано?приведи примеры использования в

Содержание

Урок 2. «Зачем человеку слово дано» Русский язык 2 кл Планета знаний

Урок 2. «Зачем человеку слово дано»

Тип урока: применение знаний и умений.

Задачи урока: мотивировать учащихся на изучение русского языка, дать представление о роли языка, слов в жизни человека, упражнять в каллиграфически правильной записи букв, буквосочетаний.

Планируемые результаты: отвечать на вопросы, переводить знаковую информацию в словесную, высказывать мнения, предъявлять знание изученного в 1 классе.

Оборудование: учебник, Рт1, __________________________________________.

Как называется раздел, который нам предстоит изучать? Как вы понимаете слово дар? Что значит дар слова?

На этом уроке нам нужно найти ответ на непростой вопрос: «Зачем человеку слово дано?» Чтобы ответить на трудный вопрос, как будем работать? (дружно, вдумчиво….) Какие качества вам пригодятся в работе? (внимательность, вдумчивость, умение объяснять, доказывать…)

Включает в постановку задач личностного характера.

Ставят задачи

личностного характера.

2. Обсуждение вопроса урока

1. Зачем человеку использовать дар слова, когда есть другие средства передачи информации — жесты, мимика, позы, знаки?

- Какие знаки вы видите на рисунке (рис. №1)? Что они обозначают? Какие знаки помогают нам ориентироваться в учебнике? Видите, всё понятно без слов. Зачем же мы используем дар слова? А на рисунке изображены такие ситуации?

Организует обсуждение вопроса с опорой на учебник.

Высказыв. мнение.

Находят знаки, переводят знаковую информацию в словесную.

3. Применение знаний и умений

1. Чистописание (Рт№1, с. 3)

2. Работа с текстом №2. Выписывание ответа на вопрос.

3. Лексико-орфографическая работа со словами язык, человек.

4. №4 (с.7). Какие речевые действия мы осуществляем с помощью дара слова?

5. с.7 №5. Чтение и обсуждение пословицы.

Организует работу по развитию мелкой моторики руки, поиск ответа на вопрос в тексте, лексико-орфограф. работу со словами.

Тренируют руку.

Ищут в тексте ответ на вопрос.

Определяют лексическое значение слов, орфограммы.

4. Подведение итогов урока

- В начале урока мы планировали работать дружно, вдумчиво, … . Получилось это у нас? Какие качества вы использовали в работе? Какие нужно ещё развивать? Как же мы теперь ответим на вопрос: Зачем человеку слово дано? Как нужно относиться к дару слова? Какие речевые действия мы выполняли на уроке благодаря этому дару?

Организует

рефлексию, самооценку.

Мотивирует на развитие дара речи.

Отвечают на вопросы рефлекс. характера, оценивают свою работу.

Делают выводы.

5. Д/ з с. 7 выучить и записать сл.слова, №5 (записать пословицу), Рт№1 с. 4 №2.

Мотивирует на заучивание пословиц, как народной мудрости.

Частые вопросы

Как правильно посадить дерево?

Идеальное время для посадки деревьев и кустарников, это период покоя — осенью (обычно октябрь), когда листья уже опали и ранней весной (обычно апрель), до распускания почек. Погода в это время прохладная и позволяет растениям укорениться на новом месте до того, как весенние дожди и летнее тепло стимулирует активный рост надземных частей. Однако саженцы деревьев, выращенные в питомнике, с закрытой корневой системой (в горшочке, с комом земли), могут быть высажены в любое время в течение вегетационного периода. Правильная посадка и уход — это залог здорового будущего для деревьев и кустарников.

Инструкция:

  1. Выкопайте неглубокую, широкую посадочную яму.
  2. Сделайте яму широкой, шире диаметра кома или корней саженца, но ни в коем случае не глубже высоты кома. Ширина ямы важна потому, что корни вновь посаженного дерева должны будут прорастать в окружающую почву. Это особенно важно при посадке дерева у домов в городе, поскольку на большинстве участков после строительства почва оказывается уплотненной и малоподходящей для нормального роста корней. Перекопка почвы на большой площади вокруг дерева позволяет молодым корням свободно прорастать в рыхлую почву, что, в свою очередь, улучшает приживаемость.

  3. Определите местонахождение корневой шейки.
  4. Корневая шейка — место, где стволик дерева переходит в корни, обычно первые боковые корни начинаются под корневой шейкой. Корневая шейка при посадке должна находиться вровень с поверхностью земли. Это важно, поскольку если вы посадите дерево глубже, у него будет гнить стволик, а мельче — обнажатся и засохнут корни.

  5. Выровняйте дерево в яме, чтобы удостовериться, что дерево поставлено прямо.
  6. Заполните яму землей.
  7. Для заполнения ямы используйте тот грунт, который вы вынули при ее выкопке. Используйте почвенные добавки (например, перегной) в случае, если имеющийся черный верхний плодородный слой почвы истощен, или был уничтожен. Заполните остальную яму, тщательно уплотняя почву ногами, для заполнения пустот, которые могут привести корни к высыханию. Добавляйте почву понемногу и проливайте ее водой. Продолжайте этот процесс, пока яма окончательно не заполнится. Поставьте подпорки, если это необходимо.

  8. Замульчируйте приствольный круг.
  9. Мульчирующий материал действует как защитный слой, удерживающий влагу, выравнивающий температурные скачки на поверхности почвы и сдерживает рост травянистых растений, которые станут основным врагом молодого деревца в последующие годы — трава может просто заглушить неокрепшее дерево. Хорошие мульчирующие материалы, это лесная подстилка (лесной опад), сухая солома, измельченная кора, торфяная крошка или древесная щепа. Слой мульчирующего материала должен быть 5 — 10 см.

  10. Обеспечьте последующий уход.
  11. Поливайте деревья не менее одного раза в неделю, исключая дождливую погоду, и более часто при высоких температурах. Продолжайте поливы до наступления осени, снижая их частоту и интенсивность при снижении дневных температур. Удаляйте крупные сорняки вблизи от дерева, скашивайте высокую траву.

При посадке деревьев на своем садовом участке старайтесь продумать, будет ли вам дерево мешать, когда оно вырастет — например, если вы посадите крупное дерево (вяз, дуб, ель, сосну) на южной стороне маленького участка, то оно в течение дня будет закрывать тенью весь участок; проверьте, не проходят ли у вас под местом посадки подземные коммуникации.

Какие деревья нужно сажать в городе?

Хуже всего себя в городе чувствуют хвойные породы, за редким исключением. Нашу родную европейскую елку в городе не встретить, кроме как в крупных лесопарках, да и то не во всех, а также изредка на городских окраинах. Это связано с тем, что воздух и почва в городе гораздо суше, чем в лесу, а наша ель очень требовательна к влажности и того, и другого. Кроме того, хвойные породы более чувствительны к загрязнению воздуха по причине того, что вредные вещества накапливаются в многолетней хвое, тогда как лиственные, сбрасывая листву, избавляются от загрязнителей каждую осень.

Несложно сажать и выращивать тополя, так они, во-первых, быстро растут, а во-вторых, выдерживают довольно значительное загрязнение. Но проблема тополиного пуха всем известна, поэтому рекомендовать посадки тополей не стоит.

В целом лучше вести посадки ведутся в первую очередь местных пород, поддерживая при этом разнообразие пород в городах. С этой точки зрения в большинстве городов Европейской России и отчасти Западной Сибири можно рекомендовать посадки широколиственных деревьев. Это дуб, ясень, липа, клен. Все эти породы сильно пострадали в ходе человеческого освоения, и их количество сильно сократилось. Продолжают они исчезать и из городов — например, в ходе реализации московских проектов строительства, особенно коммерческого, были уничтожены десятки и без того редких в Москве ясеней, а также дубов и кленов.

А есть ли вообще проблема вырубок лесов в Москве? Ведь предусмотрены компенсационные посадки!

Проблема, безусловно, есть, и никакие компенсационные посадки ее не решают. «Компенсационные посадки» — это вообще чисто бюрократическая формула, на самом деле чем-либо компенсировать срубленный лес невозможно. Причина проста — чтобы срубить дерево, нужно несколько минут, а чтобы оно выросло — несколько десятилетий. Посадка малолетних саженцев никак не компенсирует вырубку взрослых деревьев, а посадка крупномеров означает, что их просто откуда-то пересадили — то есть, идет «компенсация» в одном месте за счет изъятия в другом.

Конечно, это не означает, что в озеленении свободных городских территорий нет смысла. Это необходимо, ведь саженцы рано или поздно начнут выполнять свою функцию — конечно, при условии хорошего ухода. Просто нужно помнить, что понятие «компенсация» здесь, строго говоря, неприменимо. Кстати, плохая приживаемость саженцев в городе — еще один фактор, который усугубляет проблему вырубки лесов и прочих зеленых насаждений в Москве.

Правда ли, что березы растут только там, где сгорел или вырубили дубовый или хвойный лес?

Не совсем. Береза — дерево, которое довольно рано приступает к плодоношению, и производит много мелких и легких семян, разносимых ветром. Поэтому береза легко занимает разные нарушенные места. Кроме вырубок и гарей, это могут быть и заброшенные поля и луга, обочины дорог.

Но бывают и березовые леса. Береза устойчива к холоду, выносит заболачивание. Поэтому есть высокогорные березовые леса, березовые колки в Сибири и заболоченные березняки. Наконец, в старых естественных лесах береза тоже находит себе место. Чем старше лес, тем больше в нем разных видов, потому что в процессе развития лесной экосистемы условия внутри нее становятся разнообразнее. Отмирают и падают старые крупные деревья, за счет этого в некоторых местах временно становится светлее, а на том месте, где дерево росло, образуются бугор и яма. Крупные упавшие стволы медленно разлагаются, на них поселяются грибы, насекомые, мхи, а позже — молодые деревца. Роют норы барсуки и лисы, сдирают траву, чтобы докопаться до корешков, кабаны, запруживают реки бобры. Все это создает в естественном лесу местечки с самыми разными условиями. Поэтому естественные леса, за некоторыми исключениями, состоят из многих пород. В таких лесах находит себе место и береза.

Правда ли говорят, что «лес без топора не растет»?

Ответить на этот вопрос в такой постановке очень просто, если вспомнить, что лес как природное явление имеет возраст около 300 млн. лет, а человек создал топор всего лишь несколько десятков тысяч лет назад. Соответственно, без малого 300 млн. лет лес прекрасно обходился без топора.

Такое утверждение имеет под собой какую-то основу, только если четко определить, что речь идет об эксплуатируемых лесах, предназначенных для интенсивного выращивания древесных ресурсов. Для таких лесов это утверждение справедливо, но лишь в том смысле, что для ускоренного получения качественной древесины за лесным участком необходим интенсивный уход, в том числе с помощью топора. Но одновременно должно оставаться достаточно много лесов, предназначенных для совсем других целей, причем целей этих великое множество. И главная из них — поддержание средообразующей роли леса, то есть его влияния на климат, круговорот воды и других веществ, биологическое разнообразие и др. В числе этих целей также защитная, рекреационная, научная и многие другие. В ряде случаев такие леса тоже требуют ухода с помощью топора, иногда достаточно интенсивного, только характер этого ухода должен существенно отличаться от такового в лесах, предназначенных для интенсивного выращивания древесины. И если такой специальный уход по каким-то причинам осуществить нельзя, то во многих случаях лучше вообще в эти леса с топором не соваться.

Участвует ли российский бизнес в сохранении и восстановлении лесов, или им лишь бы разбогатеть?

В соответствии с действующим лесным законодательством, лесопромышленная компания, имеющая в аренде участки леса, обязана проводить на всей площади аренды работы по лесовосстановлению и уходу за лесами. Другое дело, что полноценное, своевременное и качественное проведение всех этих работ компанией в нынешних условиях является скорее исключением, чем правилом. И ответственность за это должен нести не только бизнес. Возложив на арендаторов всю ответственность за комплекс работ по уходу и лесовосстановлению на арендных территориях, государство недостаточно позаботилось о качественной нормативно-правовой основе для этой деятельности (см. выше). Поэтому, хотя кратко на этот вопрос можно ответить «да», дальше нужно поставить «но», и продолжить. Сами лесопромышленники полагают, что груз обязательств, которые на них возложены, слишком велик. И с ними можно согласиться, по крайней мере, отчасти.

Теперь насчет «разбогатеть». Лесная отрасль в России является в настоящий момент одной из наименее прибыльных, не идущих ни в какое сравнение, к примеру, с нефтегазовым сектором, не говоря уже о банковской системе. Так что лесным бизнесом до сих пор занимаются в основном люди, которым лес интересен сам по себе, а не только как источник дохода.

Тем не менее, после пожаров 2010 г. во Всемирный фонд дикой природы поступило много предложений от лесопромышленников поучаствовать в финансировании работ по лесовосстановлению. Вывод однозначен — бизнесу не все равно.

Помогает ли лесовостановление возродить нарушенную экосистему вырубленного леса, или искусственный лес формирует совершенно новый природный комплекс? Может, искусственные посадки вредны? Чем отличаются искусственные лесонасаждения от «дикого «леса? Можно ли считать искусственно высаженный лес — лесом или это скорее парк?

Единого ответа на эти вопросы не существует, все зависит от конкретного случая — от имеющихся условий, выбранных пород, технологий посадки. Чаще всего, конечно, лесовосстановление есть благо для окружающей среды в целом. Одно из явных исключений из этого правила — это если лесовосстановление осуществляется путем посадки чуждых для данной местности пород. Такие посадки действительно могут нанести вред дикой природе, так как последствия культивирования чужеродных видов непредсказуемы. Например, с ними могут «приехать» новые опасные вредители, и даже они сами могут оказаться таковыми. Поэтому при устойчивом лесоуправлении предлагается либо совсем отказаться от посадок чужеродных видов, либо использовать их под строгим контролем.

Если посадки создаются исключительно с целью получения ресурсов древесины или иной продукции, производимой деревьями (коры, плодов, целлюлозы), то такая экосистема имеет мало общего с естественной. Специалисты в большинстве случаев разделяют понятия «лес» и «лесные культуры», «лесные посадки», «лесные плантации». В том числе и потому, что посадки требуют специальных усилий для их поддержания в требуемом состоянии. Однако защитные функции и функции регуляторов климата они выполняют.

В последние годы в мире растет количество инициатив по восстановлению лесов. Чаще всего это лесопосадки, при создании которых не ставится задача воссоздания экосистем, близких к естественным — такие леса призваны играть прежде всего защитную роль. Однако в некоторых случаях ставится задача именно воссоздания естественных экосистем. Насколько успешно она решается — покажет будущее.

А почему вы вообще боретесь за сохранение лесов — ведь у нас в стране леса очень много, и чиновники говорят, что леса рубят гораздо меньше, чем его вырастает?

Смотря какого леса. Да, по площади, занятой лесами, Россия занимает первое место в мире. Почему же при этом количество древесины, получаемой с одного гектара российского леса, в разы меньше того количества, которое получают с гектара леса, например, в Финляндии? А потому, что в Финляндии, в отличие от России, осуществляется интенсивный уход за эксплуатируемыми лесами…

Однако не будем забывать при этом, что интенсивное лесное хозяйство в Финляндии, Швеции и других странах, осуществляемое на протяжении нескольких десятилетий, привело к тому, что эти леса утратили почти все свое биологическое разнообразие. И оказалось, что эта утрата должна быть восполнена, причем это необходимо в том числе из чисто экономических соображений.

Как проверить, действительно ли рубки санитарные или просто этим предлогом прикрываются, чтобы получить древесину?

Согласно российскому лесному законодательству санитарные рубки и рубки ухода (осветления, прочистки и т. д.) направлены на улучшение качества насаждений путем удаления старых и больных деревьев в очагах вредителей и болезней. Эти рубки предусматривают вырубку деревьев малоценных пород, уход за насаждениями, которые наиболее подвержены лесным пожарам и т. д.

Проведение сплошных или выборочных санитарных рубок планируется на основании материалов лесопатологического обследования с последующим внесением необходимых коррективов в лесохозяйственные регламенты и проекты освоения лесов (в случае проведения санитарных рубок в арендованных лесах). Таким образом, основанием для проведения санитарной рубки служит акт лесопатологического обследования, лесная декларация (для арендатора) или договор купли-продажи. С формами этих документов можно ознакомиться в нашем издании.

Проблема состоит в том, что в реальности рубки ухода и санитарные рубки часто назначаются необоснованно, через сговор: в абсолютно здоровых и спелых насаждениях, имеющих высокий запас ценной коммерческой древесины, расположенных в защитных лесах, на особо охраняемых природных территориях, и пород, единственно легальной возможностью заготовки которых является санитарная рубка. Во многих случаях под видом рубок ухода и санитарных рубок заготавливается только деловая древесина наиболее ценных пород, что приводит к существенному ухудшению состояния и производительности насаждений.

Такие рубки распространены потому, что экономически доступные леса во многих районах России уже сильно истощены, но это не служит препятствием для наживы недобросовестных лесозаготовителей и коррумпированных лиц, осуществляющих управление природными ресурсами.

Может ли обычный человек заниматься восстановлением (посадками) леса?

Конечно, может, при этом он будет не просто обычный, но и хороший человек!

Тем не менее, при посадке деревьев в населенном пункте стоит вначале посоветоваться с органами местной власти, можно ли сажать деревья на конкретном участке, или он предназначен, например, под скорую застройку. При посадке деревьев в лесу нужно проконсультироваться с органами управления лесами (лесничество), чтобы убедиться, что ваше дерево не будет посажено, например, рядом с местом, где будут рубить лес и оно может быть повреждено.

Куда звонить о свалках мусора, которые появляются в лесу?

Ответственность за очистку лесов, охрану от замусоривания и организации незаконных свалок лежит на органах государственной власти и организациях, ведущих лесное хозяйство.

Как именно распределены обязанности по охране и очистке лесов от замусоривания между разными государственными органами и лесохозяйственными организациями — зависит от категории земель и от того, переданы ли леса в аренду. Определить это не всегда просто, но это как раз входит в задачи органов государственной власти.

Пожаловаться на замусоривание леса можно в местное лесничество, на территории которого обнаружен мусор, местную администрацию, а также в региональные органы власти, ответственные за управление лесами. Обращаться в органы государственной власти необходимо, когда замусоривание приобретает массовый характер, или когда в лесу образуются незаконные стихийные свалки и полигоны захоронения отходов.

Более подробную информацию о том, как правильно подготовить свое обращение в органы государственной власти, можно найти в публикации «Как пожаловаться на беспорядок в лесу и добиться его устранения».

Два понимания свободы | Библиотека

 

Принуждать человека — значит лишать его свободы, но свободы от чего? Почти все моралисты в истории человечества прославляли свободу. Значение этого слова, равно как и некоторых других — счастья и доброты, природы и реальности — столь многослойно, что найдется немного истолкований, которые окажутся для него непригодными. Я не намерен рассматривать ни историю этого многослойного слова, ни тем более две сотни его значений, выявленных историками идей. Я собираюсь рассмотреть только два его значения, которые, будучи центральными, вобрали в себя значительную долю человеческой истории, как прошлой, так, осмелюсь утверждать, и будущей. Первое из этих политических значений свободы я буду (следуя во многом прецеденту) называть «негативным», и это значение подразумевается в ответе на вопрос: «Какова та область, в рамках которой субъекту — будь то человек или группа людей — разрешено или должно быть разрешено делать то, что он способен делать, или быть тем, кем он способен быть, не подвергаясь вмешательству со стороны других людей?». Второе значение я буду называть позитивным, и оно подразумевается в ответе на вопрос: «Что или кто служит источником контроля или вмешательства и заставляет человека совершать это действие, а не какое-нибудь другое, или быть таким, а не другим?». Безусловно, это разные вопросы, хотя ответы на них могут частично совпадать.

I

Понятие «негативной свободы»

Обычно говорят, что человек свободен в той мере, в какой никто: ни другой человек, ни группа людей — не препятствует его действиям. Политическая свобода в этом смысле и есть та область, в рамках которой человек может действовать, не подвергаясь вмешательству со стороны других. Если другие люди не позволяют мне сделать то, что в противном случае я мог бы сделать, то в этой степени я несвободен; если из-за действий других людей упомянутая область сжимается, уменьшаясь далее известного предела, то обо мне можно сказать, что я нахожусь в состоянии принуждения и, возможно, даже порабощения. Однако слово принуждение не охватывает все случаи, когда мы не способны что-либо сделать. Если я не способен прыгнуть выше десяти футов, или не могу читать из-за слепоты, или тщетно пытаюсь понять наиболее темные места у Гегеля, то было бы странным говорить, что в этой степени я подвергаюсь порабощению или принуждению. Принуждение предполагает намеренное вторжение других людей в область, где в противном случае я мог бы действовать беспрепятственно. Вы только тогда лишены политической свободы, когда другие люди мешают вам достичь какой-либо цели. Простая неспособность достичь цели еще не означает отсутствия политической свободы. Об этом свидетельствует и современное употребление таких взаимосвязанных выражений как «экономическая свобода» и «экономическое рабство». Доказывают, порой очень убедительно, что если человек слишком беден и не может позволить себе купить буханку хлеба, совершить путешествие по миру или обратиться за помощью в суд, хотя на все это нет юридического запрета, то он не более свободен, чем когда это запрещено законом. Если бы моя бедность была своего рода болезнью и не позволяла бы мне покупать хлеб, оплачивать путешествия по миру или добиваться слушания моего дела в суде, как хромота не позволяет мне бегать, то было бы неестественно видеть в ней отсутствие свободы, тем более — политической свободы. Только в том случае, если я объясняю свою неспособность приобрести какую-либо вещь тем, что другие люди предприняли определенные меры, и поэтому я, в отличие от них, не имею денег для приобретения данной вещи, только в этом случае я считаю себя жертвой принуждения или порабощения. Другими словами, употребление слова «принуждение» зависит от принятия определенной социально-экономической теории, объясняющей причины моей нищеты и неспособности что-либо делать. Если отсутствие материальных средств вызвано недостатком умственных и физических способностей, то, только приняв указанную теорию, я стану говорить не просто о нищете, а об отсутствии свободы. Если к тому же я считаю, что моя нужда обусловлена определенным социальным устройством, которое, на мой взгляд, является несправедливым и нечестным, то я буду говорить об экономическом рабстве или угнетении. «Не природа вещей возмущает нас, а только недобрая воля», — говорил Руссо. Критерием угнетения служит та роль, которую, по нашему мнению, выполняют другие люди, когда прямо или косвенно, намеренно или ненамеренно препятствуют осуществлению наших желаний. Свобода в этом смысле означает только то, что мне не мешают другие. Чем шире область невмешательства, тем больше моя свобода.

Именно так понимали свободу классики английской политической философии. Они расходились во взглядах относительно того, насколько широкой может или должна быть упомянутая область. По их мнению, при существующем положении вещей она не может быть безграничной, ибо ее безграничность повлекла бы за собой то, что все стали бы чинить бесконечные препятствия друг другу, и в результате такой «естественной свободы» возник бы социальный хаос, и даже минимальные потребности людей не были бы удовлетворены, а свобода слабого была бы попрана сильным. Эти философы прекрасно понимали, что человеческие цели и действия никогда сами по себе не придут в гармонию, и (какими бы ни были их официальные доктрины) они ставили выше свободы такие ценности, как справедливость, счастье, культура, безопасность или различные виды равенства, а потому были готовы ограничивать свободу ради этих ценностей или даже ради нее самой. Ибо иначе было бы невозможно создать желательный, с их точки зрения, тип социального объединения. Поэтому, признавали эти мыслители, область свободных действий людей должна быть ограничена законом. Однако в равной мере они допускали — в особенности такие либертарианцы, как Локк и Милль в Англии, Констан и Токвиль во Франции — что должна существовать некоторая минимальная область личной свободы, в которую нельзя вторгаться ни при каких обстоятельствах. Если эта свобода нарушается, то индивидуальная воля загоняется в рамки слишком узкие даже для минимального развития природных человеческих способностей, а без этих способностей люди не только не могли бы добиваться целей, которые они считают благими, правильными или священными, но и были бы не способны просто ставить эти цели перед собой. Отсюда следует, что необходимо провести границу между сферой частной жизни и сферой публичной власти. Где ее провести — об этом можно спорить, а, по сути, и заключать соглашения. Люди во многих отношениях зависят друг от друга, и никакая человеческая деятельность не может быть настолько частной, чтобы никак и никогда не затрагивать жизнь других людей. «Свобода щуки — это смерть пескаря»; свобода одних зависит от ограничений, накладываемых на других. «Свобода оксфордского профессора, — как кто-то может добавить, — это нечто иное по сравнению со свободой египетского крестьянина».

Эта идея черпает свою силу в чем-то одновременно истинном и важном, хотя сама фраза рассчитана на дешевый политический эффект. Несомненно, предоставлять политические права и гарантию невмешательства со стороны государства людям, которые полуголы, неграмотны, голодны и больны, значит издеваться над их положением; прежде всего этим людям нужна медицинская помощь и образование и только потом они смогут осознать свою возросшую свободу и сумеют ею воспользоваться. Чем является свобода для тех, кто не может ею пользоваться? Если условия не позволяют людям пользоваться свободой, то в чем ее ценность? Прежде следует дать людям наиболее важное; как говорил радикальный русский писатель девятнадцатого века, иногда сапоги важнее произведений Шекспира; индивидуальная свобода — не главная потребность человека. Свобода — это не просто отсутствие какого бы то ни было принуждения; подобная трактовка слишком раздувает значение этого слова, и тогда оно может означать или слишком много, или слишком мало. Египетский крестьянин прежде всего и больше всего нуждается в одежде и медицинской помощи, а не в личной свободе, но та минимальная свобода, которая нужна ему сегодня, и то расширение свободы, которое понадобится ему завтра, — это не какая-то особая для него разновидность свободы, а свобода, тождественная свободе профессоров, художников и миллионеров.

Думаю, муки совести у западных либералов вызваны не тем, что люди стремятся к разной свободе в зависимости от их социально-экономического положения, а тем, что меньшинство, обладающее свободой, обрело ее, эксплуатируя большинство или, по крайней мере, стараясь не замечать, что огромное большинство людей лишено свободы. Либералы имеют все основания считать, что если индивидуальная свобода составляет для людей высшую цель, то недопустимо одним людям лишать свободы других, а тем более — пользоваться свободой за счет других. Равенство свободы; требование не относиться к другим так, как ты не хотел бы, чтобы они относились к тебе; исполнение долга перед теми, благодаря кому стали возможны твои свобода, процветание и воспитание; справедливость в ее наиболее простом и универсальном значении — таковы основы либеральной морали. Свобода — не единственная цель людей. Я мог бы, вместе с русским критиком Белинским, сказать, что если другие люди лишены свободы, если мои братья должны жить в нищете, грязи и неволе, то я не хочу свободы и для себя, я отвергаю ее обеими руками и безоговорочно выбираю участь моих братьев. Но мы ничего не выиграем, если будем смешивать понятия. Пусть, не желая терпеть неравенство и широко распространившуюся нищету, я готов пожертвовать частью или даже всей своей свободой; я могу пойти на эту жертву добровольно, но то, от чего я отказываюсь ради справедливости, равенства и любви к своим товарищам, — это свобода. У меня были бы все основания мучиться сознанием вины, если бы при известных обстоятельствах я оказался не готовым принести эту жертву. Однако жертва не ведет к увеличению того, чем было пожертвовано: роста свободы не происходит, как бы ни были велики моральная потребность в жертве и компенсация за нее. Все есть то, что есть: свобода есть свобода; она не может быть равенством, честностью, справедливостью, культурой, человеческим счастьем или спокойной совестью. Если моя свобода, свобода моего класса или народа связана со страданиями какого-то количества людей, то система, где возможны такие страдания, несправедлива и аморальна. Но если я урезаю свою свободу или отказываюсь от нее полностью, чтобы испытывать меньше позора из-за существующего неравенства, и при этом индивидуальная свобода других, по существу, не возрастает, то происходит потеря свободы в ее абсолютном выражении. Это может быть возмещено ростом справедливости, счастья или спокойствия, но утрата свободы налицо, и было бы простым смешением ценностей утверждать, что хотя моя «либеральная» индивидуальная свобода выброшена за борт, некоторый другой вид свободы — «социальной» или «экономической» — возрос. Впрочем, это не отменяет того, что свободу одних временами нужно ограничивать, чтобы обеспечить свободу других. Руководствуясь каким принципом следует это делать? Если свобода представляет собой священную, неприкосновенную ценность, то такого принципа просто не существует. Одна из противоположных норм должна, по крайней мере, на практике, уступить: не всегда, правда, по соображениям, которые можно четко сформулировать, а тем более — обобщить в универсальных правилах и максимах. И тем не менее на практике компромисс должен быть достигнут.

Для философов, придерживающихся оптимистического взгляда на человеческую природу и верящих в возможность гармонизации человеческих интересов (в их число входят Локк, Адам Смит и, возможно, Милль), социальная гармония и прогресс не отменяют существование довольно большой сферы частной жизни, границы которой не могут быть нарушены ни государством, ни каким-либо другим органом власти. Гоббс и его сторонники, в особенности консервативные и реакционные мыслители, полагали, что нужно помешать людям уничтожать друг друга и превращать социальную жизнь в джунгли и пустыню; они предлагали предпринять меры предосторожности для сдерживания людей, а потому считали необходимым увеличить область централизованного контроля и, соответственно, уменьшить область, контролируемую индивидом. Однако и те и другие были согласны, что некоторая сфера человеческого существования не должна подвергаться социальному контролю. Вторжение в эту область, какой бы маленькой она ни была, есть деспотизм. Самый яркий защитник свободы и сферы частной жизни Бенжамен Констан, никогда не забывавший о якобинской диктатуре, призывал оградить от деспотического посягательства, по крайней мере, свободу веры, убеждений, самовыражения и собственности. Джефферсон, Берк, Пейн и Милль составили разные списки индивидуальных свобод, но сходным образом обосновывали необходимость держать власть на расстоянии. Мы должны сохранить хотя бы минимальную область личной свободы, если не хотим «отречься от нашей природы». Мы не можем быть абсолютно свободными и должны отказаться от части нашей свободы, чтобы сохранить оставшуюся часть. Полное подчинение чужой воле означает самоуничтожение. Какой же должна быть тогда минимальная свобода? Это та свобода, от которой человек не может отказаться, не идя против существа своей человеческой природы. Какова ее сущность? Какие нормы вытекают из нее? Эти вопросы были и, видимо, всегда будут предметом непрекращающегося спора. Но какой бы принцип ни очерчивал область невмешательства, будь то естественное право или права человека, принцип полезности или постулат категорического императива, неприкосновенность общественного договора или любое другое понятие, с помощью которого люди разъясняют и обосновывают свои убеждения, предполагаемая здесь свобода является свободой от чего-либо; она означает запрет вторжения далее некоторой перемещаемой, но всегда четко осознаваемой границы. «Только такая свобода и заслуживает названия свободы, когда мы можем совершенно свободно стремиться к достижению того, что считаем для себя благом», — говорил один из самых известных поборников свободы. Если это так, то есть ли какое-либо оправдание принуждению? Милль не сомневался, что есть. Все индивиды по справедливости имеют равное право на минимальную свободу, поэтому каждого из них нужно сдерживать, используя при необходимости силу, чтобы он не отнял свободу у другого индивида. По существу, вся функция закона и состоит в предотвращении именно таких столкновений: роль государства тем самым сводится к тому, что Лассаль пренебрежительно назвал функцией ночного сторожа или регулировщика уличного движения.

Почему защита индивидуальной свободы столь священна для Милля? В своем известном трактате он заявляет, что до тех пор, пока людям не будет разрешено вести тот образ жизни, какой они хотят и какой «касается только их самих», цивилизация не сможет развиваться; если не будет свободного обмена идеями, мы не сможем найти истину; не будет возможностей для развития самобытности, оригинальности, гениальности, умственной энергии и нравственного мужества. Общество будет задавлено тяжестью «массовой заурядности». Все разнообразное и богатое содержанием исчезнет под гнетом обычая и постоянной склонности людей к послушанию, которое рождает только «истощенных и бесплодных», «ограниченных и изуродованных» индивидов с «зачахшими способностями». «Языческое превознесение человека столь же достойно уважения, как и христианское самоотвержение». «Вред от ошибок, совершаемых человеком вопреки совету или предупреждению, значительно перевешивается злом, которое возникает, когда другим позволено принуждать человека делать то, что они считают для него благом». Защита свободы имеет «негативную» цель — предотвратить вмешательство. Угрожать человеку гонениями, если он не согласится жить так, чтобы другие выбирали за него цели; закрыть перед ним все двери, кроме одной, значит противоречить той истине, что человек — это существо, самостоятельно проживающее свою жизнь. И здесь не важно, насколько хороша перспектива, открываемая той единственной дверью, и насколько благородны мотивы тех, кто устанавливает ограничения. Именно так со времени Эразма (возможно, кто-то сказал бы — со времени Оккама) и по сей день понимают свободу либералы. Все требования гражданских свобод и индивидуальных прав, все протесты против эксплуатации и унижения, против посягательств со стороны государственной власти и массового гипноза, рождаемого обычаем или организованной пропагандой, проистекают из этой индивидуалистичной и вызывающей немало споров концепции человека.

Три момента следует отметить в связи с этой позицией. Во-первых, Милль смешивает два разных представления. Согласно первому из них, любое принуждение само по себе есть зло, ибо оно препятствует осуществлению человеческих желаний, но его можно использовать для предотвращения других, еще больших, зол. Невмешательство же, как нечто противоположное принуждению, само по себе есть благо, хотя и не единственное. Это представление выражает «негативную» концепцию свободы в ее классическом варианте. Согласно другому представлению, людям следует стремиться открывать истину и воспитывать в себе определенный, одобряемый Миллем, тип характера, сочетающий такие черты, как критичность, самобытность, богатое воображение, независимость, нежелание подчиняться, достигающее самых эксцентричных проявлений, и т. д. Открыть истину и воспитать такой характер можно только в условиях свободы. Оба эти представления являются либеральными, но они не тождественны, и связь между ними в лучшем случае эмпирическая. Никто не стал бы утверждать, что истина и свобода самовыражения могут процветать там, где мысль задавлена догмой. Но исторические факты свидетельствуют скорее о том (именно это и доказывал Джеймс Стефан, предпринявший впечатляющую атаку на Милля в своей книге «Свобода, Равенство, Братство» (’Liberty, Equality, Fraternity’), что честность, любовь к истине и пламенный индивидуализм процветают в сообществах со строгой и военной дисциплиной, как например, в общинах пуритан-кальвинистов в Шотландии и Новой Англии, уж во всяком случае не менее часто, чем в более терпимых и нейтральных обществах. Это разрушает аргумент Милля в пользу свободы как необходимого условия развития человеческой одаренности. Если эти две цели несовместимы друг с другом, то Милль оказывается перед лицом мучительной дилеммы еще до того, как возникнут трудности, вызванные несовместимостью его доктрины с последовательным утилитаризмом, даже гуманистически истолкованным самим Миллем.

Во-вторых, эта доктрина возникла сравнительно недавно. Античный мир едва ли знал индивидуальную свободу как осознанный политический идеал (в отличие от его действительного осуществления). Уже Кондорсе отмечал, что понятие индивидуальных прав отсутствовало в правовых представлениях римлян и греков; в равной мере это верно и в отношении иудейской, китайской и всех последующих древних цивилизаций. Торжество этого идеала было скорее исключением, а не правилом даже в недавней истории Запада. Свобода в таком ее истолковании нечасто становилась лозунгом, сплачивающим большие массы людей. Желание не подвергаться посягательствам и быть предоставленным самому себе свидетельствует скорее о том, что цивилизация достигла высокой ступени развития как в лице отдельных индивидов, так и общества в целом. Трактовка сферы частной жизни и личных отношений как чего-то священного в самом себе проистекает из концепции свободы, которая, если учесть ее религиозные корни, получила законченное выражение лишь с наступлением эпохи Возрождения или Реформации. Однако упадок этой свободы означал бы смерть цивилизации и всего нравственного мировоззрения.

Третья особенность этого понятия свободы наиболее важна. Она состоит в том, что свобода в таком ее понимании совместима с некоторыми формами самодержавия или, во всяком случае, совместима с отсутствием самоуправления. Свобода в этом смысле имеет принципиальную связь со сферой управления, а не с его источником. На деле, демократия может лишить гражданина огромного числа свобод, которыми он пользуется при других формах правления, и, кроме того, можно легко представить себе либерально настроенного деспота, который предоставляет своим подданным широкую личную свободу. Оставляя своим гражданам большую область свободы, деспот, вместе с тем, может быть несправедливым, поощрять крайние формы неравенства, мало заботиться о порядке, добродетели и развитии знания, но если учесть, что он не ограничивает свободу граждан или, во всяком случае, делает это в меньшей степени, чем правители при многих других режимах, он удовлетворяет определению Милля. Свобода в этом смысле не связана, по крайней мере логически, с демократией и самоуправлением. В общем, самоуправление может обеспечивать лучшие гарантии соблюдения гражданских свобод, чем другие режимы, и поэтому в его поддержку выступали многие либертарианцы. Но между индивидуальной свободой и демократическим правлением нет необходимой связи. Ответ на вопрос «Кто управляет мной?» логически не связан с вопросом «Как сильно правительство ограничивает меня?». Именно это, в конечном счете, и обнаруживает глубокое различие между понятиями негативной и позитивной свободы. Позитивная трактовка свободы вступает в свои права, когда мы пытаемся ответить на вопросы «Кто управляет мною?» и «Кто должен сказать, что мне следует или не следует делать и кем мне следует или не следует быть?», а не когда мы задаемся вопросом «Что я свободен делать и кем я свободен быть?», поэтому связь между демократией и индивидуальной свободой значительно более слабая, чем это полагают многие защитники той и другой. Желание управлять собой или, по крайней мере, участвовать в процессе управления своей жизнью может быть столь же глубоким, как и желание иметь свободную область действия, а исторически, возможно, и более древним. Но в этих случаях мы желаем не одного и того же. На деле, предметы желания здесь совершенно разные, и именно это обстоятельство привело к великому столкновению идеологий, подчинивших своей власти наш мир. «Позитивная» концепция свободы предполагает не свободу «от», а свободу «для» — свободу вести какой-то предписанный образ жизни, поэтому для сторонников «негативной» свободы она порой оказывается лишь лицемерной маской жестокой тирании.

II

Понятие позитивной свободы

«Позитивное» значение слова «свобода» проистекает из желания индивида быть хозяином своей собственной жизни. Я хочу, чтобы моя жизнь и принимаемые мной решения зависели от меня, а не от действия каких-либо внешних сил. Я хочу быть орудием своего собственного волеизъявления, а не волеизъявления других людей. Я хочу быть субъектом, а не объектом; хочу, чтобы мной двигали мои собственные мотивы и осознанно поставленные цели, а не причины, воздействующие на меня извне. Я хочу быть кем-то: хочу быть деятелем, принимающим решения, и не хочу быть тем, за кого решают другие; я хочу сам собой руководить и не хочу подчиняться воздействию внешней природы или других людей, как если бы я был вещью, животным или рабом, не способным к человеческой деятельности: не способным ставить перед собой цели, намечать линии поведения и осуществлять их. Именно это я имею в виду, по крайней мере отчасти, когда говорю, что я рациональное существо и мой разум отличает меня как человека от всего остального мира. Прежде всего я хочу воспринимать себя мыслящим, волевым, активным существом, несущим ответственность за сделанный выбор и способным оправдать его ссылкой на свои собственные убеждения и цели. Я чувствую себя свободным в той мере, в какой осознаю, что я таков, и порабощенным — в той мере, в какой я вынужден признать, что я не таков.

Свобода быть хозяином своей собственной жизни, и свобода от препятствий, чинимых другими людьми моему выбору, на первый взгляд, могут показаться не столь уж логически оторванными друг от друга — не более, чем утвердительный и отрицательный способ выражения одной и той же мысли. Однако «позитивное» и «негативное» понятия свободы исторически развивались в расходящихся направлениях и не всегда логически правильными шагами, пока в конце концов не пришли в прямое столкновение друг с другом.

При объяснении этой ситуации порой ссылаются на ту силу, которую приобрела совершенно безобидная вначале метафора владения собой. «Я свой собственный хозяин», «я никому не раб», но разве я не могу быть (как склонны рассуждать платоники и гегельянцы) рабом природы? Или рабом своих собственных неукротимых страстей? Разве это не разные виды одного и того же родового понятия «раб» — одни политические и правовые, другие — нравственные и духовные? Разве у людей нет опыта освобождения себя от духовного рабства и от рабской покорности природе, и разве в ходе такого освобождения люди не открывали в себе, с одной стороны, некоторое главенствующее Я, а с другой стороны, нечто такое, что подчиняется этому Я. Это главенствующее Я затем различными способами отождествляют с разумом, с «высшей природой» человека, с его «реальным», «идеальным» или «автономным» Я, с тем Я, которое стремится к вещам, дающим длительное удовлетворение, с «наилучшим» Я, а затем это Я противопоставляют иррациональным влечениям, неконтролируемым желаниям, «низкой» природе человека, его погоне за сиюминутными удовольствиями, его «эмпирическому» или «гетерономному» Я, которое поддается каждому порыву желания и страсти и нуждается в строгой дисциплине, чтобы встать в полный рост своей «реальной» природы. В настоящее время эти два Я разделены, так сказать, еще большей пропастью: реальное Я воспринимается как нечто более широкое, чем сам индивид (в обычном понимании этого слова), как некое социальное «целое» — будь то племя, раса, церковь, государство или великое сообщество всех живущих, умерших и еще не рожденных, в которое индивид включается в качестве элемента или аспекта. Затем это существо отождествляют с «истинным» Я, и оно, навязывая единую коллективную или «органическую» волю своим непокорным членам, достигает собственной свободы, которая, таким образом, оказывается и «высшей» свободой его членов. Опасность использования различных органических метафор, оправдывающих принуждение тем, что оно поднимает людей на «более высокий» уровень свободы, отмечалась неоднократно. Таким оборотам речи придает убедительность то, что мы считаем возможным, а иногда и оправданным, принуждать людей ради достижения некоторой цели (скажем, ради справедливости и общественного процветания), к которой они стремились бы, будь более просвещенными, но не делают этого в силу своей слепоты, невежественности и порочности. Благодаря этому мне легче считать, что я принуждаю других людей ради них самих, ради их собственных, а не моих интересов. Затем я заявляю, что лучше их самих знаю их действительные нужды. В лучшем случае отсюда следует, что они не стали бы сопротивляться моему принуждению, будь они столь же рациональны и мудры, как я, и понимай они столь же хорошо свои интересы, как понимаю их я. Но я могу утверждать и значительно большее. Я могу заявить, что в действительности они стремятся к тому, чему оказывают сознательное сопротивление из-за своего невежества, ибо внутри их заключена некая скрытая сущность — их непроявленная рациональная воля или «истинная» цель, и эта сущность, хотя ее опровергает все, что они чувствуют, делают и о чем открыто говорят, является их «настоящим» Я, о котором их бедное эмпирическое Я, существующее в пространстве и времени, может ничего не знать или знать очень мало. Именно этот внутренний дух и есть то единственное Я, которое заслуживает, чтобы его желания были приняты во внимание. Заняв такую позицию, я могу игнорировать реальные желания людей и сообществ, могу запугивать, притеснять, истязать их во имя и от лица их «подлинных» Я в непоколебимой уверенности, что какова бы ни была истинная цель человека (счастье, исполнение долга, мудрость, справедливое общество, самореализация), она тождественна его свободе — свободному выбору его «истинного», хотя и часто отодвигаемого на второй план и не проявляющегося, Я.

Этот парадокс разоблачали не раз. Одно дело говорить, что я знаю, в чем состоит благо для Х (хотя сам он может этого и не знать), и можно даже игнорировать желания Х ради этого блага и ради него самого, но совсем другое дело говорить, что ео ipso он выбрал это благо, по существу неосознанно, — выбрал не как человек из повседневной жизни, а как некое рациональное Я, о котором его эмпирическое Я может и не знать, выбрал как некое «подлинное» Я, которое способно осознать свое благо и не может не выбрать его, когда оно установлено. Эта чудовищная персонификация, когда то, что Х выбрал бы, будь он тем, кем он не является, или, по крайней мере, еще не стал, приравнивается к тому, чего Х действительно добивается и что действительно выбирает, образует сердцевину всех политических теорий самореализации. Одно дело говорить, что меня можно заставить ради моего же собственного блага, которого я не понимаю из-за своей слепоты; иногда это оказывается полезным для меня и действительно увеличивает мою свободу. Но совсем другое дело говорить, что если это мое благо, то меня, по существу, и не принуждают, поскольку мне — знаю я это или нет — следует желать его. Я свободен (или «подлинно» свободен), даже если мое бедное земное тело и мое глупое сознание решительно отвергают это благо и безрассудно сопротивляются тем, кто старается, пусть из добрых побуждений, навязать его мне.

Это магическое превращение (или ловкость рук, за которую Уильям Джеймс совершенно справедливо высмеивал гегельянцев), безусловно, можно с такой же легкостью проделать и с «негативным» понятием свободы. В этом случае Я, которому не должно строить препятствия, из индивида с его реальными желаниями и нуждами в их обычном понимании сразу вырастает в некоего «подлинного» человека, отождествляемого со стремлением к идеальной цели, о которой его эмпирическое Я даже и не мечтало. По аналогии с Я, свободным в позитивном смысле, этот «подлинный» человек мгновенно раздувается в некую сверхличностную сущность: государство, класс, нацию или даже ход истории, — которые воспринимаются как более «реальные» носители человеческих качеств, чем эмпирическое Я. Однако, с точки зрения истории, теории и практики «позитивная» концепция свободы как самовладения, с ее предпосылкой о внутренней раздвоенности человека, легче осуществляет расщепление личности на две части: на трансцендентного господина и эмпирический пучок желаний и страстей, который нужно держать в строгой узде. Именно это обстоятельство и сыграло главную роль. Это доказывает (если, конечно, требуется доказательство столь очевидной истины), что концепция свободы непосредственно вытекает из представлений о том, что определяет личность человека, его Я. С определением человека и свободы можно проделать множество манипуляций, чтобы получить то значение, которое желательно манипулятору. Недавняя история со всей очевидностью показала, что этот вопрос отнюдь не является чисто академическим.

Последствия различения двух Я станут еще более очевидными, если рассмотреть, в каких двух основных исторических формах проявлялось желание быть управляемым своим «подлинным» Я. Первая форма — это самоотречение ради достижения независимости, а вторая — самореализация или полное отождествление себя с некоторым конкретным принципом или идеалом ради достижения той же цели.

<...>

VII

Свобода и суверенность Французская революция, во всяком случае в ее якобинской форме, подобно всем великим революциям, была именно таким всплеском жажды позитивной свободы, охватившей большое число французов, которые ощутили себя освобожденной нацией, хотя для многих из них она означала жесткое ограничение индивидуальных свобод. Руссо торжествующе заявлял, что законы свободы могут оказаться более жестокими, чем ярмо тирании. Тирания — служанка господ. Закон не может быть тираном. Когда Руссо говорит о свободе, он имеет в виду не «негативную» свободу индивида не подвергаться вмешательству в рамках определенной области; он имеет в виду то, что все без исключения полноправные члены общества участвуют в осуществлении государственной власти, которая может вмешиваться в любой аспект жизни каждого гражданина. Либералы первой половины девятнадцатого века правильно предвидели, что свобода в «позитивном» смысле может легко подорвать многие из «негативных» свобод, которые они считали неприкосновенными. Они говорили, что суверенность народа способна легко уничтожить суверенность индивида. Милль терпеливо и неопровержимо доказывал, что правление народа — это не обязательно свобода. Ибо те кто правит, необязательно те же люди, которыми правят, поэтому демократическое самоуправление — это режим, при котором не каждый управляет собой, а в лучшем случае каждым управляют остальные. Милль и его ученики говорили о тирании большинства и тирании «преобладающего настроения или мнения» и не видели большой разницы между этими видами тирании и любым другим, посягающим на свободу человеческой деятельности внутри неприкосновенных границ частной жизни.

Никто не осознавал конфликта между двумя видами свободы так хорошо и не выразил его так четко, как Бенжамен Констан. Он отмечал, что когда неограниченная власть, обычно называемая суверенитетом, в результате успешного восстания переходит из одних рук в другие, это не увеличивает свободы, а лишь перекладывает бремя рабства на другие плечи. Он вполне резонно задавал вопрос, почему человека должно заботить, что именно подавляет его — народное правительство, монарх или деспотические законы. Констан прекрасно осознавал, что для сторонников «негативной» индивидуальной свободы основная проблема заключается не в том, у кого находится власть, а в том, как много этой власти сосредоточено в одних руках. По его мнению, неограниченная власть в каких угодно руках рано или поздно приведет к уничтожению кого-либо. Обычно люди протестуют против деспотизма тех или иных правителей, но реальная причина тирании, согласно Констану, заключена в простой концентрации власти, при каких бы обстоятельствах она ни происходила, поскольку свободе угрожает само существование абсолютной власти как таковой. «Это не рука является несправедливой, — писал он, -а орудие слишком тяжело — некоторые ноши слишком тяжелы для человеческой руки». Демократия, сумевшая одержать верх над олигархией, привилегированным индивидом или группой индивидов, может в дальнейшем подавлять людей столь же нещадно, как и предшествовавшие ей правители. В работе, посвященной сравнению современной свободы и свободы древних, Констан отмечал, что равное для всех право угнетать — или вмешиваться — не эквивалентно свободе. Даже единодушный отказ от свободы не сохраняет ее каким-то чудесным образом — на том только основании, что было дано согласие и согласие было общим. Если я согласен терпеть гнет и с полным безразличием или иронией смотрю на свое положение, то разве я менее угнетен? Если я сам продаю себя в рабство, то разве я в меньшей степени раб? Если я совершаю самоубийство, то разве я в меньшей степени мертв — на том только основании, что я покончил с жизнью добровольно? «Правление народа — это неупорядоченная тирания; монархия же — более эффективный централизованный деспотизм». Констан видел в Руссо самого опасного врага индивидуальной свободы, ибо тот объявил, что «отдавая себя всем, я не отдаю себя никому». Даже если суверен — это «каждый» из нас, для Констана было не понятно, почему этот суверен не может при желании угнетать одного из «тех», кто составляет его неделимое Я. Конечно, для меня может быть предпочтительней, чтобы свободы были отняты у меня собранием, семьей или классом, в которых я составляю меньшинство. Быть может, в этом случае мне удастся убедить других сделать для меня то, на что я, с моей точки зрения, имею право. Однако, лишаясь свободы от руки членов своей семьи, друзей или сограждан, я все равно в полной мере лишаюсь ее. Гоббс, по крайней мере, был более откровенным; он не пытался представить дело так, будто суверен не порабощает. Он оправдывал это рабство, но во всяком случае не имел бесстыдства называть его свободой.

На протяжении всего девятнадцатого столетия либеральные мыслители не уставали доказывать, что если свобода означает ограничение возможностей, которыми располагают другие люди, чтобы заставить меня делать то, чего я не хочу или могу не хотеть, то каким бы ни был идеал, ради которого меня принуждают, я являюсь несвободным, и поэтому доктрина абсолютного суверенитета по своей сути носит тиранический характер. Для сохранения нашей свободы недостаточно провозгласить, что ее нельзя нарушить, если только это нарушение не будет санкционировано тем или иным самодержавным правителем, народным собранием, королем в парламенте, судьями, некоторым союзом властей или законами, поскольку и законы могут быть деспотичными. Для этого нам необходимо создать общество, признающее область свободы, границы которой никому не дано нарушать. Нормы, устанавливающие эти границы, могут иметь разные названия и характер: их можно называть правами человека, Словом Господним, естественным правом, соображениями полезности или «неизменными интересами человека». Я могу считать их истинными априорно или могу провозглашать их своей высшей целью или высшей целью моего общества и культуры. Общим для этих норм и заповедей является то, что они получили столь широкое признание и столь глубоко укоренились в действительной природе людей в ходе исторического развития общества, что к настоящему моменту они составляют существенную часть нашего представления о человеке. Искренняя вера в незыблемость некоторого минимума индивидуальной свободы требует бескомпромиссной позиции в этом вопросе. Сейчас уже ясно, как мало надежд оставляет правление большинства; демократия, как таковая, не имеет логической связи с признанием свободы, и порой, стремясь сохранить верность собственным принципам, она оказывалась неспособной защитить свободу. Как известно, многим правительствам не составило большого труда заставить своих подданных выражать волю, желательную для данного правительства. «Триумф деспотизма состоит в том, чтобы заставить рабов объявить себя свободными». Сила здесь может и не понадобиться; рабы совершенно искренне могут заявлять о своей свободе, оставаясь при этом рабами. Возможно, для либералов главное значение политических — или «позитивных» прав, как, например, права участвовать в государственном управлении, — состоит в том, что эти права позволяют защитить высшую для либералов ценность — индивидуальную «негативную» свободу.

Но если демократии могут, не переставая быть демократиями, подавлять свободу, по крайней мере, в либеральном значении этого слова, то что сделает общество по-настоящему свободным? Для Констана, Милля, Токвиля и всей либеральной традиции, к которой они принадлежали, общество не свободно, пока управление в нем не осуществляется на основе, как минимум, следующих двух взаимосвязанных принципов. Во-первых, абсолютными следует считать только права людей, власть же таковой не является, а потому, какая бы власть ни стояла над людьми, они имеют полное право отказаться вести себя не достойным человека образом. Во-вторых, должна существовать область, в границах которой люди неприкосновенны, причем эти границы устанавливаются не произвольным образом, а в соответствии с нормами, получившими столь широкое и проверенное временем признание, что их соблюдения требуют наши представления о нормальном человеке и о том, что значит действовать неразумным или недостойным человека образом. Например, нелепо считать, что суд или верховный орган власти мог бы отменить эти нормы, прибегнув к некоторой формальной процедуре. Определяя человека как нормального, я отчасти имею в виду и то, что он не мог бы с легкостью нарушить эти нормы, не испытывая при этом чувства отвращения. Именно такие нормы нарушаются, когда человека без суда объявляют виновным или наказывают по закону, не имеющему обратной силы; когда детям приказывают доносить на своих родителей, друзьям — предавать друг друга, а солдатам — прибегать к варварским методам ведения войны; когда людей пытают и убивают, а меньшинства уничтожают только потому, что они вызывают раздражение у большинства или у тирана. Подобные действия, объявляемые сувереном законными, вызывают ужас даже в наши дни, и это объясняется тем, что независимо от существующих законов для нас имеют абсолютную моральную силу барьеры, не позволяющие навязывать свою волю другому человеку. Свобода общества, класса или группы, истолкованная в негативном смысле, измеряется прочностью этих барьеров, а также количеством и важностью путей, которые они оставляют открытыми для своих членов, если не для всех, то во всяком случае для огромного их большинства.

Это прямо противостоит целям тех, кто верит в свободу в «позитивном» смысле самоуправления. Первые хотят обуздать власть, вторые — получить ее в собственные руки. Это кардинальный вопрос. Здесь не просто две разные интерпретации одного понятия, а два в корне различных и непримиримых представления о целях жизни. Это нужно хорошо осознавать, даже если на практике часто приходится искать для них компромисс. Каждая из этих позиций выдвигает абсолютные требования, которые нельзя удовлетворить полностью. Но в социальном и моральном плане было бы полным непониманием не признавать, что каждая их этих позиций стремится претворить в жизнь высшую ценность, которая и с исторической, и с моральной точки зрения достойна быть причисленной к важнейшим интересам человечества.

VIII

Один и многие

Есть одно убеждение, которое более всех остальных ответственно за массовые человеческие жертвы, принесенные на алтарь великих исторических идеалов: справедливости, прогресса, счастья будущих поколений, священной миссии освобождения народа, расы или класса и даже самой свободы, когда она требует пожертвовать отдельными людьми ради свободы общества. Согласно этому убеждению, где-то — в прошлом или будущем, в Божественном Откровении или в голове отдельного мыслителя, в достижениях науки и истории или в бесхитростном сердце неиспорченного доброго человека — существует окончательное решение. Эту древнюю веру питает убеждение в том, что все позитивные ценности людей в конечном счете обязательно совместимы друг с другом и, возможно, даже следуют друг из друга. «Природа словно связывает истину, счастье и добродетель неразрывной цепью», — говорил один из лучших людей, когда-либо живших на земле, и в сходных выражениях он высказывался о свободе, равенстве и справедливости. Но верно ли это? Уже стало банальным считать, что политическое равенство, эффективная общественная организация и социальная справедливость, если и совместимы, то лишь с небольшой крупицей индивидуальной свободы, но никак не с неограниченным laissez-faire; справедливость, благородство, верность в публичных и частных делах, запросы человеческого гения и нужды общества могут резко противоречить друг другу. Отсюда недалеко и до обобщения, что отнюдь не все блага совместимы друг с другом, а менее всего совместимы идеалы человечества. Нам могут возразить, что где-то и как-то эти ценности должны существовать вместе, ибо в противном случае Вселенная не может быть Космосом, не может быть гармонией; в противном случае конфликт ценностей составляет внутренний, неустранимый элемент человеческой жизни. Если осуществление одних наших идеалов может, в принципе, сделать невозможным осуществление других, то это означает, что понятие полной самореализации человека есть формальное противоречие, метафизическая химера. Для всех рационалистов-метафизиков от Платона до последних учеников Гегеля и Маркса отказ от понятия окончательной гармонии, дающей разгадку всем тайнам и примиряющей все противоречия, означал грубый эмпиризм, отступление перед жесткостью фактов, недопустимое поражение разума перед реальностью вещей, неспособность объяснить, оправдать, свести все к системе, что «разум» с возмущением отвергает. Но поскольку нам не дана априорная гарантия того, что возможна полная гармония истинных ценностей, достижимая, видимо, в некоторой идеальной сфере и недоступная нам в нашем конечном состоянии, мы должны полагаться на обычные средства эмпирического наблюдения и обычное человеческое познание. А они, разумеется, не дают нам оснований утверждать (или даже понимать смысл утверждения), что все блага совместимы друг с другом, как совместимы в силу тех же причин и все дурные вещи. В мире, с которым мы сталкиваемся в нашем повседневном опыте, мы должны выбирать между одинаково важными целями и одинаково настоятельными требованиями, и, достигая одних целей, мы неизбежно жертвуем другими. Именно поэтому люди придают столь огромную ценность свободе выбора: будь они уверены, что на земле достижимо некоторое совершенное состояние, когда цели людей не будут противоречить друг другу, то для них исчезла бы необходимость мучительного выбора, а вместе с ней и кардинальная важность свободы выбора. Любой способ приблизить это совершенное состояние был бы тогда полностью оправдан, и не важно, сколько свободы пришлось бы принести в жертву ради приближения этого состояния. Не сомневаюсь, что именно такая догматичная вера ответственна за глубокую, безмятежную, непоколебимую убежденность самых безжалостных тиранов и гонителей в истории человечества в том, что совершаемое ими полностью оправдывается их целью. Я не призываю осудить идеал самосовершенствования, как таковой, — не важно, говорим мы об отдельных людях, или о народах, религиях и классах, — и не утверждаю, что риторика, к которой прибегали в его защиту, всегда была мошенническим способом ввести в заблуждение и неизменно свидетельствовала о нравственной и интеллектуальной порочности. На самом деле, я старался показать, что понятие свободы в ее «позитивном» значении образует сердцевину всех лозунгов национального и общественного самоуправления, вдохновлявших наиболее мощные движения современности в их борьбе за справедливость; не признавать этого — значит не понимать самые важные факты и идеи нашего времени. Однако в равной мере я считаю безусловно ошибочной веру в принципиальную возможность единой формулы, позволяющей привести в гармонию все разнообразные цепи людей. Эти цели очень различны и не все из них можно, в принципе, примирить друг с другом, поэтому возможность конфликта, а, стало быть, и трагедии, никогда полностью не устранима из человеческой жизни, как личной, так и общественной. Необходимость выбирать между абсолютными требованиями служит, таким образом, неизбежным признаком человеческих условий существования. Это придает ценность свободе, которая, как считал Актон, есть цель-в-себе, а не временная потребность, вырастающая из наших нечетких представлений и неразумной, неупорядоченной жизни; свобода — это не затруднение, преодолеваемое в будущем с помощью какой-либо панацеи.

Я не хочу сказать, что индивидуальная свобода в наиболее либеральных обществах служит единственным или главным критерием выбора. Мы заставляем детей получать образование и запрещаем публичные казни. Это, конечно, ограничивает свободу. Мы оправдывает это ограничение, ибо неграмотность, варварское воспитание, жестокие удовольствия и чувства хуже для нас, чем ограничение, необходимое для их исправления и подавления. Эта позиция опирается на наше понимание добра и зла, на наши, так сказать, моральные, религиозные, интеллектуальные, экономические и эстетические ценности, которые в свою очередь связаны с нашими представлениями о человеке и основных потребностях его природы, Другими словами, в решении таких проблем мы осознанно или неосознанно руководствуемся своим пониманием того, из чего складывается жизнь нормального человека в противоположность существованию миллевских «ограниченных и изуродованных», «истощенных и бесплодных» натур. Протестуя против цензуры и законов, устанавливающих контроль над личным поведением, видя в них недопустимые нарушения свободы личности, мы исходим из того, что запрещаемые этими законами действия отражают фундаментальные потребности людей в хорошем (а фактически, в любом) обществе. Защищать подобные законы — значит считать, что данные потребности несущественны или что не существует иного способа их удовлетворения, как путем отказа от других, высших ценностей, выражающих более глубокие потребности, чем индивидуальная свобода. Считается, что используемый здесь критерий оценки ценностей имеет не субъективный, а, якобы, объективный — эмпирический или априорный — статус.

Определяя, в какой мере человек или народ может пользоваться свободой при выборе образа жизни, следует учитывать многие другие ценности, из которых наиболее известные, видимо, — равенство, справедливость, счастье, безопасность и общественный порядок. Стало быть, свобода не может быть неограниченной. Как справедливо напоминает нам Р. X. Тони, свобода сильных, какой бы ни была их сила — физической или экономической, должна быть ограничена. Содержащееся в этой максиме требование уважения — это не следствие, вытекающее из некоторого априорного правила, гласящего, например, что уважение к свободе одного человека логически влечет за собой уважение к свободе других людей; это требование обусловлено тем, что уважение к принципам справедливости и чувство стыда за вопиющее неравенство среди людей столь же существенны для человека, как и желание свободы. Тот факт, что мы не можем иметь все, — это не случайная, а необходимая истина. Когда Берк напоминает о постоянной необходимости возмещать, примирять и уравновешивать; когда Милль ссылается на «новые эксперименты в жизни» с их неизбежными ошибками; когда мы осознаем принципиальную невозможность получить четкие и определенные ответы не только на практике, но и в теории с ее идеальным миром совершенно добрых и рациональных людей и абсолютно ясных идей, это может вызвать раздражение у тех, кто ищет окончательных решений и единых, всеобъемлющих и вечных систем. Но именно этот вывод неизбежен для тех, кто вместе с Кантом хорошо усвоил ту истину, что из искривленного ствола человечества никогда не было изготовлено ни одной прямой вещи.

Излишне напоминать, что монизм и вера в единый критерий всегда были источником глубокого интеллектуального и эмоционального удовлетворения. Неважно, выводится ли критерий оценки из того, как видится будущее совершенное состояние философам восемнадцатого столетия и их технократическим последователям в наши дни, или он коренится в прошлом — /a terre et les morts, — как полагают немецкие историцисты, французские теократы и неоконсерваторы в англоязычных странах, но он обязательно, в силу своей негибкости, натолкнется на некоторый непредвиденный ход человеческой истории, который не будет с ним согласовываться. И тогда этот критерий можно будет использовать для оправдания прокрустовых жестокостей — вивисекции реально существующих человеческих обществ в соответствии с установленным образцом, который диктуется нашими, подверженными ошибкам представлениями о прошлом или будущем, а они, как известно, во многом, если не полностью, — плод нашего воображения. Стремясь сохранять абсолютные категории и идеалы ценой человеческих жизней, мы в равной мере подрываем принципы, выработанные наукой и выкованные историей; в наши дни приверженцев такой позиции можно встретить и среди левых, и среди правых, но она неприемлема для тех, кто уважает факты.

Для меня плюрализм с его требованием определенной доли «негативной» свободы — более истинный и более человечный идеал, чем цепи тех, кто пытается найти в великих авторитарных и подчиненных строгой дисциплине обществах идеал «позитивного» самоосуществления для классов, народов и всего человечества. Он более истинен хотя бы потому, что признает разнообразие человеческих цепей, многие из которых несоизмеримы друг с другом и находятся в вечном соперничестве. Допуская, что все ценности можно ранжировать по одной шкале, мы опровергаем, на мой взгляд, наше представление о людях как свободных агентах действия и видим в моральном решении действие, которое, в принципе, можно выполнить с помощью логарифмической линейки. Утверждать, что в высшем, всеохватывающем и тем не менее достижимом синтезе долг есть интерес, а индивидуальная свобода есть чистая демократия или авторитарное государство, — значит скрывать под метафизическим покровом самообман или сознательное лицемерие. Плюрализм более человечен, ибо не отнимает у людей (как это делают создатели систем) ради далекого и внутренне противоречивого идеала многое из того, что они считают абсолютно необходимым для своей жизни, будучи существами, способными изменяться самым непредсказуемым образом. В конечном счете люди делают свой выбор между высшими ценностями так, как они могут, ибо фундаментальные категории и принципы морали определяют их жизнь и мышление и составляют — по крайней мере, в долгой пространственно-временной перспективе — часть их бытия, мышления и личностной индивидуальности — всего того, что делает их людьми.

Быть может, идеал свободного выбора целей, не претендующих на вечность, и связанный с ним плюрализм ценностей — это лишь поздние плоды нашей угасающей капиталистической цивилизации: этот идеал не признавали примитивные общества древности, а у последующих поколений он, возможно, встретит любопытство и симпатию, но не найдет понимания. Быть может, это так, но отсюда, мне кажется, не следует никаких скептических выводов. Принципы не становятся менее священными, если нельзя гарантировать их вечного существования. В действительности, желание подкрепить свою веру в то, что в некотором объективном царстве наши ценности вечны и непоколебимы, говорит лишь о тоске по детству с его определенностью и по абсолютным ценностям нашего первобытного прошлого. «Осознавать относительную истинность своих убеждений, — говорил замечательный писатель нашего времени, — и все же непоколебимо их держаться — вот что отличает цивилизованного человека от дикаря». Возможно, требовать большего — глубокая и неустранимая метафизическая потребность, но позволять ей направлять наши действия, — симптом не менее глубокой, но куда более опасной нравственной и политической незрелости.

 И. Берлин. Две концепции свободы // Современный либерализм. М., 1998. С. 19-43.

Источник: Библиотека Якова Кротова

Почему у человека некоторые органы — парные (например, легкие, почки), а другие — в одном экземпляре?

Вначале попробуем ответить на вспомогательный вопрос: почему у человека некоторые части тела симметричны, а другие — нет?

Симметрия — базовое свойство большинства живых существ. Быть симметричным очень удобно. Подумайте сами: если у вас со всех сторон есть глаза, уши, носы, рты и конечности, то вы успеете вовремя почувствовать что-то подозрительное, с какой бы стороны оно ни подкрадывалось, и, в зависимости от того, какое оно, это подозрительное, — съесть его или, наоборот, от него удрать.

Самая безупречная, «самая симметричная» из всех симметрий — сферическая, когда у тела не отличаются верхняя, нижняя, правая, левая, передняя и задняя части, и оно совпадает само с собой при повороте вокруг центра симметрии на любой угол. Однако это возможно только в такой среде, которая сама идеально симметрична во всех направлениях и в которой со всех сторон на тело действуют одни и те же силы. Но на нашей земле подобной среды нет. Существует по крайней мере одна сила — сила тяжести, — которая действует только по одной оси (верх-низ) и не влияет на остальные (вперед-назад, вправо-влево). Она всё тянет вниз. И живым существам приходится к этому приспосабливаться.

Так возникает следующий тип симметрии — радиальная. У радиально-симметричных существ есть верхняя и нижняя части, но правой и левой, передней и задней нет. Они совпадают сами с собой при вращении только вокруг одной оси. К ним относятся, например, морские звезды и гидры. Эти создания малоподвижны и занимаются «тихой охотой» за проплывающей мимо живностью.

Но если какое-то существо собирается вести активный образ жизни, гоняясь за жертвами и удирая от хищников, для него приобретает важность еще одно направление — передне-заднее. Та часть тела, которая находится впереди, когда животное двигается, становится более значимой. Сюда «переползают» все органы чувств, а заодно и нервные узлы, которые анализируют полученную от органов чувств информацию (у некоторых счастливчиков эти узлы потом превратятся в головной мозг). К тому же, спереди должен находиться рот, чтобы успеть ухватить настигнутую добычу. Всё это обычно располагается на отдельном участке тела — голове (у радиально-симметричных животных головы нет в принципе). Так возникает билатеральная (или двусторонняя) симметрия. У билатерально-симметричного существа отличаются верхняя и нижняя, передняя и задняя части, и только правая и левая идентичны и являются зеркальным отображением друг друга. Этот тип симметрии характерен для большинства животных, включая и человека.

У некоторых животных, например у кольчатых червей, помимо билатеральной есть и еще одна симметрия — метамерная. Их тело (за исключением самой передней части) состоит из одинаковых члеников-метамеров, и если сдвигаться вдоль тела, червь сам с собой «совпадает». У более развитых животных, включая человека, сохраняется слабое «эхо» такой симметрии: в каком-то смысле, наши позвонки и рёбра тоже можно назвать метамерами.

Итак, почему у человека есть парные органы, мы разобрались. Теперь обсудим, откуда взялись непарные.

Для начала попробуем понять: что же является осью симметрии для самых простых, радиально симметричных, примитивных многоклеточных? Ответ простой: это пищеварительная система. Вокруг нее и выстраивается весь организм, и организован он так, чтобы каждая клеточка тела находилась близко к «кормушке» и получала достаточное количество питательных веществ. Представим себе гидру: ее рот симметрично окружен щупальцами, которые загоняют туда добычу, а кишечная полость находится в самой середине организма и является осью, вокруг которой формируется всё остальное тело. Пищеварительная система у таких существ одна по определению, потому что «под нее» и выстраивается весь организм.

Постепенно животные усложнялись, и их пищеварительная система тоже становилась всё более совершенной. Кишечник удлинился, чтобы более эффективно переваривать пищу, и поэтому ему пришлось сложиться в несколько раз, чтобы поместиться в брюшной полости. Появились дополнительные органы — печень, желчный пузырь, поджелудочная железа, — которые расположились в организме асимметрично и «подвинули» некоторые другие органы (например, из-за того, что печень расположена справа, правая почка и правый яичник/яичко сдвинуты вниз относительно левого). У человека изо всей пищеварительной системы только рот, глотка, пищевод и анальное отверстие сохранили свое положение на плоскости симметрии организма. Но пищеварительная система и все ее органы так и остались у нас в единственном экземпляре.

Теперь посмотрим на кровеносную систему.

Если животное маленькое, у него нет проблемы с тем, чтобы питательные вещества дошли до каждой клеточки, — ведь все клетки находятся достаточно близко к пищеварительной системе. Но чем больше живое существо, тем острее для него возникает проблема доставки питания до «отдаленных провинций», находящихся на большом расстоянии от кишечника, на периферии тела. Появляется потребность в чём-то, что «кормило» бы эти участки, а кроме этого, соединяло всё тело воедино и позволяло далеко расположенным регионам «общаться» между собой (а у некоторых животных также разносило бы кислород от органов дыхания по всему телу). Так появляется кровеносная система.

Кровеносная система выстраивается вдоль пищеварительной, и поэтому состоит она, в самых примитивных случаях, всего лишь из двух главных сосудов — брюшного и спинного — и нескольких соединяющих их дополнительных. Если существо маленькое и слабоподвижное (как, например, ланцетник), то для того, чтобы кровь двигалась по сосудам, достаточно сокращения самих этих сосудов. Но относительно крупным существам, ведущим более активный образ жизни (например, рыбам), этого мало. Поэтому у них часть брюшного сосуда превращается в специальный мышечный орган, с силой толкающий кровь вперед, — сердце. Поскольку оно возникло на непарном сосуде, то и само оно «одинокое» и непарное. У рыб сердце симметрично само по себе и в теле располагается на плоскости симметрии. Но у наземных животных, в связи с появлением второго круга кровообращения, левая часть сердечной мышцы становится больше правой, и сердце сдвигается в левую сторону, теряя и симметричность своего положения, и свою собственную симметрию.

Ответила: Вера Башмакова

Часто задаваемые вопросы | ОТКРЫТОСТЬ. КОМПЕТЕНТНОСТЬ. РЕЗУЛЬТАТ.

В случае если действующий трудовой договор руководителя Организации не предполагает выполнения работ по реализации научных, научно-технических проектов, финансируемых за счет грантов, полученных Организацией, с целью реализации пунктов 1.6, 2.3.4 грантового соглашения (в части дополнения действующего трудового договора в соответствии с грантовым соглашением) руководителю Организации необходимо обратиться к учредителю Организации с предложением о внесении соответствующих изменений в действующий трудовой договор руководителя Организации или об ином, предусмотренном трудовым договором и/или Трудовым кодексом Российской Федерации, поручении со стороны учредителя выполнять работы по соответствующему проекту.

Например, для руководителей учреждений ФАНО России форма такого заявления установлена письмом ФАНО России от 11 декабря 2015 г. № 007-18.1-14/СК-317.

По мнению Минтруда России (письмо Минтруда России от 15 октября 2015 г. № 14-3/10/В-7506) возможность заключения с руководителем учреждения трудового договора по внутреннему совместительству трудовым законодательством не предусмотрена.

Всегда ли хороша идея открыть свой бизнес

Иногда стремление к открытию своего бизнеса вызвано желанием взять на себя больше ответственности. Если вам кажется, что на текущем месте работы вы бы всё сделали по-другому и организовали процессы иначе, подумайте, готовы ли вы браться и отвечать за исполнение этих решений. В своем деле придется отвечать за всё, что происходит: от юридических и финансовых вопросов до бытовых аспектов. И если сейчас, работая в офисе, вы не задумываетесь о том, кто заплатил за кофе на кухне и туалетную бумагу, то, став предпринимателем, узнаете, во сколько обходится содержание работников.

По мнению психологов, ответственность — это способность ответить не только за сделанное, но и за не сделанное. Поэтому, управляя собственным бизнесом, придется отвечать и на вопрос, почему он еще не пришел к успеху.

Безусловно, начиная бизнес с нуля, вы рискуете столкнуться со множеством ошибок, прежде чем дела уверенно наладятся.

Свести риски к минимуму поможет управленческий опыт. Если сейчас вы трудитесь не на руководящей должности, то имеет смысл попытаться продвинуться до этой ступени внутри компании или найти вакансию с функциями управления в другом месте. Так вы получите больше ответственности и ощутите, каково это — принимать весомые решения. На высокой должности можно не только обучиться, но и неожиданно решить, что это не для вас. Или же, наоборот, вы окажетесь на своем месте, и тревожные мысли о переменах вас покинут.

Когда на работе становится скучно, желание открыть свое дело может означать лишь готовность к новым, более сложным задачам. Несомненно, собственный бизнес — дело не из легких, и это будет хорошей головоломкой. Но подумайте, стоит ли рисковать прямо сейчас, если еще есть куда расти внутри нынешней компании?

Если от скуки на работе копится недовольство, работать надо с недовольством. А не бросать всё и начинать свое — недовольство перекочует и туда.

Доктор психологических наук Евгений Ильин пишет, что скука является состоянием, противоположным напряжению, в котором человек не способен быть в таких отношениях с окружающим миром, при которых у него есть эмоциональный отклик и интерес от созидательной деятельности. Исследователи состояния скуки склонны считать, что наступает она от однообразных действий. Поэтому узнайте, можете ли вы расширить спектр ваших задач на работе, чтобы вернуть мотивацию и драйв. Если после этого желание создать свой бизнес только усилится, то вы сделаете это в правильном и нужном настрое.

Немало людей убеждены в том, что если свое дело не открыл, то не состоялся как человек. Но собственное дело вряд ли принесет счастье, если оно не является истинной целью. Важно точно понимать собственный уровень притязаний — те цели, которые вы реально можете достичь, при этом не превратив жизнь в работу ради работы, в достижения ради достижений. Вредная мысль может выглядеть так: «Надо зарабатывать больше денег! Надо много работать!» Кому надо? Зачем надо? Ради чего? Ответьте себе честно на эти вопросы и, возможно, вы отложите на какое-то время мысль о собственном бизнесе.

Доктор социальной психологии Поль Вайнцвайг считает, что путь к успеху нужно начинать со своей жизненной философии. По его мнению, ключ к успеху лежит в стремлении к уверенности в себе, постоянной работе над собой. Иными словами, ставя какие-либо цели перед собой, важно опираться на собственные желания и понимать, что вам даст этот опыт, что вы сами от него получите и действительно ли вам это нужно. Если же открытие своего бизнеса — мысль, навязанная извне, то и собственному развитию это не поспособствует, только привнесет в жизнь больше напряжения.

Начиная свое дело, вы притормаживаете свое развитие в качестве специалиста и начинаете путь управленца. Это входит в ваши планы? Имеет смысл разобраться с мотивами вашей профессиональной деятельности.

Родилась гениальная идея, и вы хотите изменить мир с помощью нового продукта или услуги? Что ж, на идейных и деятельных держится этот мир. Но не спешите — короткий и успешный путь к осуществлению мечты не обязательно лежит через собственный бизнес.

Для начала опишите вашу идею максимально подробно, представьте ее как проект — прежде всего для самого себя. Чем подробнее вы это сделаете, тем больше будет понимания, какие шаги следует предпринять в дальнейшем для реализации.

Знаете ли вы, что многие хорошие идеи, воплощенные малым бизнесом, часто скупают крупные компании? Дело в том, что масштабные корпорации не могут столь оперативно реагировать на изменения рынка и быстро выпускать инновационные продукты и услуги. Поэтому покупка предприимчивых новичков — это способ выжить в суровом мире бизнеса.

Когда вы опишете вашу идею, подумайте: не хотите ли вы реализовать ее «под крылом» какой-либо крупной компании? Это хорошая возможность сразу же получить финансовую и юридическую поддержку, что снимет с вас большой пласт ответственности на начальных этапах. При самостоятельном старте вы вынуждены будете искать инвесторов, и это дело не из легких.

Пока вы работаете на корпорацию, может показаться, что свой бизнес — это свобода: можно делать что хочется, жить по собственному графику и ни от кого не зависеть. По правде говоря, свобода предпринимателя выглядит иначе. Работы, особенно на первых этапах, бывает очень и очень много, а что касается графика, то приходится в любом случае подстраиваться под график тех, от кого зависит ваш бизнес. Поэтому свобода предпринимателя — это свобода непосредственно в принятии решений: вы сами двигаете бизнес так, как считаете нужным. При этом на вас лежит много обязательств, от которых вы никуда не уйдете.

Хотите попробовать более самостоятельной и ответственной жизни в профессиональном плане? Отправляйтесь на фриланс — это может стать промежуточным шагом к своему делу. Работая удаленно в свободном граифке, можно почувствовать все плюсы и минусы работы на себя, а после решить, хочется ли двигаться дальше в этом направлении.

Тамара Куталёва, предприниматель: «Я в свое время была вынуждена заниматься своим бизнесом, так как моя профессия учителя (к слову, любимая от души) не приносила нормальных доходов. У меня был опыт подработки в бухгалтерии, через которую я и соприкоснулась с миром бизнеса, поэтому решиться на шаг к открытию своего дела оказалось не так страшно. Я предпринимала разные попытки: занималась продуктами питания, открывала магазины, продавала охранные системы. Было много ошибок, в том числе таких, которые надолго выбивали из колеи, но мне было интересно, был энтузиазм, и я находила в себе силы пробовать снова и снова.

Сейчас уже понимаю, что по своей сути я не бизнесмен. По моему мнению, бизнесмен — это человек более амбициозный, продвинутый. Мне же просто нравился процесс: что-то происходит, дела идут, какие-то деньги зарабатываются. На самом деле мне всегда трудно было доводить начатое до конца, и с таким подходом в бизнесе делать нечего.

За последние годы изменились правила бизнеса, изменилась налоговая нагрузка, и с нуля я бы уже не стала ничего начинать. После 20 лет собственной бизнес-практики я остановилась на фрилансе, теперь делаю кое-какую работу на заказ. У меня больше нет желания гнаться за деньгами, и я считаю, что для старта все-таки нужно иметь очень много сил и поддержки. Если есть возможность стать бизнесменом внутри бизнеса — например, топ-менеджером или руководителем проекта внутри какой-то компании, то можно достичь и удовлетворения, и хороших финансовых показателей».

Екатерина Гусева, предприниматель: «Собственный бизнес — это не для всех, потому что это большие трудозатраты и временные ресурсы. Перед стартом нужно четко понимать, что есть какая-то подушка безопасности, есть возможность заниматься своим любимым делом некоторое время без прибыли или даже в минусе. На мой взгляд, под категорию людей, для которых свой бизнес — слишком рискованное дело, попадают люди, у которых трое детей, кредит на машину, ипотека. В этом случае лучше расплатиться по всем долгам и кредитам, поставить детей на ноги и только после этого думать о своем деле.

Еще опасно начинать бизнес тем, кто не знает, в чем они круты, чего бы они хотели; не понимают, чем заниматься. Они берутся за все подряд и хотят быть предпринимателями только потому, что это прикольно и на дядю работать не хочется. Все-таки для бизнеса нужно хорошо понимать, в какой сфере вы сильны, какие у вас есть сильные стороны, и для этого придется набраться опыта и навыков, работая на дядю, — обходных путей нет. После этого уже можно собрать команду единомышленников и начать.

Мне кажется, что, если вам еще нет 30 лет, со своим бизнесом будет сложновато, хотя историй успеха очень молодых предпринимателей немало: это пробивные и талантливые ребята. А когда просто хочется быстрых денег в юном возрасте, то бизнес не лучшая идея.

Готовность к бизнесу выглядит примерно так: есть хороший накопленный опыт, есть финансовые накопления, поддержка со стороны инвесторов или партнеров. Иногда первые начинания материально готовы поддержать супруг или супруга — почему бы и нет? Немаловажный фактор — от дела должны бешено гореть глаза. И должна быть вера в то, что оно изменит мир. Тогда стоит рискнуть. Если глаза горят, но вы не очень-то соображаете, что и как нужно делать, то мотивация вполне может скомпенсировать недостаток навыков, потому что все нужно делать с душой.

Есть и другой вариант: дела для души нет, а предпринимательская жилка есть. Тогда можно посмотреть в сторону франшизы, искать интересное для себя, читать бизнес-литературу.

Наемным работникам, которые понимают, что на управляющей должности добились бы больших успехов, подойдет открыть свое дело в той же сфере. Получив весь необходимый опыт, можно смело «отпочковаться». Готовьтесь к тому, что суперкрупных проектов не будет. Например, я занималась PR и меня привлекала кулинарная тема. Когда я стала работать сама на себя, не стоило ждать таких крупных клиентов, как Coca-Cola. Среди тех продуктовых брендов, которые я веду, нет громких имен, но зато я это делаю сама и с огромным удовольствием. Для меня это гораздо интереснее, чем сидеть в агентстве и вести популярные бренды».

Если сложности не останавливают вас, вы уверены в себе, то смело можете двигаться в сторону своего бизнеса. А если нет, не отчаивайтесь — возможно, это и не ваш путь, и в этом нет ничего плохого. Проверить способности и стремление к предпринимательству можно с помощью нашего теста на профориентацию: он покажет, насколько ваши сильные стороны совпадают с теми компетенциями, которые нужны предпринимателю.

Больше советов по построению карьеры

Как можно ответить на вопрос зачем человеку слово дано

Готов, готовность. Нашла только два, а хотя есть еще одно неготов

Тайна "священных слов", сказанных А.Рубинштейном юному музыканту Юрию Азагарову в том, что великий композитор открыл ему истину о том, что юноша безусловно талантлив. Еще он ему сказал, что потребуются  годы усердного труда для того, чтобы получить мировое признание.

Рассказ заканчивается так, потому что он, по замыслу автора, должен вселять надежду на счастливый случай в жизни каждого человека.  

Главная мысль рассказа - в жизни иногда случается  чудесное стечение обстоятельств, которые позволяют сделать жизнь содержательной и полной, раскрыть природные таланты.

Захар Беркут — тухольський старійшина, знахар. Все життя віддав служінню громаді. Замолоду три роки вчився лікарської справи у монаха Акинтія та подорожував по Русі.
Максим Беркут — наймолодший син Захара, перейняв ідеали батька, хоробро б’ється у першій сутичці з монголами. Закоханий у боярську дочку — Мирославу.
 Тугар Вовк — боярин, якому князь пожалував землі Тухольчини. Вважає себе вищим за громаду і хоче насаджувати нові порядки. Відмовляється віддавати Мирославу за Максима бо вважає простого смерда недостойним боярської дочки. Видав монголам плани руської дружини напередодні битви на Калці, та знову стає зрадником, приводячи монголів до Тухлі.
 Мирослава — дочка Тугара Вовка. Не поділяє батькових упереджень і відповідає Максиму взаємністю. Невдало відмовляє батька від зради, і сама переходить на бік тухольців.
Бурунда — монгольський командир, що вирізняється силою та жорстокістю, а не воєнною мудрістю. Веде десятитисячне військо на тухольський перевал!

Дубровский Владимир Андреевич – главный герой незавершенного романа, «благородный разбойник» . 
Он воспитывался в кадетском корпусе Петербурга. Позже, став офицером, Д. влезает в долги. В связи с этим герой мечтает о богатой невесте. 
Будучи в Петербурге, 23-летний Д. получает печальные известия из дома: о болезни отца и о беззаконном отнятии их имения Кистеневки в пользу богатого соседа Кириллы Троекурова. Герой отправляется домой. Проезжая мимо имения Троекурова, Д. с нежностью вспоминает о детской дружбе с его дочерью, Марьей Кирилловной. 
Дома Д. застает отца при смерти. Он берет ведение дел в свои руки. Разрывает все отношения с Троекуровым, после смерти отца приказывает сжечь свой дом, который по суду отошел врагу. Герой вместе с верными ему крестьянами делаются разбойниками, грабящими неправедных помещиков. 
Но Д. не может забыть Машу Троекурову – он по-прежнему влюблен в нее. Ради Маши герой даже простил своего врага – Троекурова. 
Но Троекуров сосватал дочь за богатого старика-князя Верейского. Маша просит Д. похитить ее. Д. очень переживает, ведь его любимая будет женой разбойника, хотя достойна намного большего. При всем этом в душе Д. нет чувства мести к Троекурову. Он давно простил его как дворянин и благородный человек. Вот только социальные условия, судьба по отношению к Д. бесчестна. Истинная трагедия Д. состоит в том, что честный русский дворянин, привязанный к родному дому, к мысли о семье, поставлен в безвыходное положение. Для него нет пути, где бы он мог быть счастлив. В финале Д. теряет Машу – разбойники опоздали, и девушку обвенчали с Верейским. В схватке с правительственными войсками, которые давно разыскивали Д. и его шайку, героя ранят. Он распускает своих крестьян, сам же «скрывается за границу» . Его отъезд – знак не только его личного поражения, но и поражения всей России. Все лучшее исчезает из страны, виновники их гонений остаются.
Маша Троекурова - 17-летняя красавица, возлюбленная Дубровского. Живя в семье самодура Троекурова, М. внутренне одинока, скрытна, имеет твердый характер. Единственная ее отрада – огромная библиотека, составленная из французских романов 18 века. 
В детстве лучшим другом М. был Д. Но того оправили в Петербург учиться. Маша осталась одна. Конечно, много лет спустя она не могла заподозрить в выписанном учителе-французе Дефорже своего старого друга. Она вообще не замечала «слугу» до тех пор, пока тот хладнокровно не справился с медведем (одной из забав Троекурова) . Затем Дефорж начал давать М. уроки музыки, чтобы найти путь к ее сердцу. На первом же свидании Дубровский открылся девушке. Но его вот-вот разоблачат, он должен бежать из дома Троекурова. М. становится возлюбленной благородного разбойника. Дубровский дает М. кольцо, которое она должна положить в дупло в случае опасности. Тогда Дубровский увезет М. из дома. Сосватанная за старика Верейского, девушка подает знак Дубровскому, но тот опаздывает. М. венчают с князем. Она дает клятву перед Богом о верности своему мужу и не отказывается изменить ему, хотя всем сердцем и душой любит Дубровского. М. жертвует своим счастьем ради спокойствия своей души и совести, ради чистоты пред Богом и перед собой.
Троекуров Кирила Петрович – богатый дворянин-самодур, отец Маши. 
Т. – человек избалованный и распущенный, опьяненный сознанием своей силы. Богатство, род, связи – все обеспечивает ему вольготную жизнь. Т. проводит время в обжорстве, пьянстве, сластолюбии. Унижение слабых, вроде травли зазевавшегося гостя медведем, – вот его удовольствия. 
При всем этом Т. – не прирожденный злодей. Он очень долго дружил с отцом Дубровского. Поссорившись с ним на псарне, Т. мстит другу со всей силой своего самодурства. Он с помощью взяток отсудил у Дубровских имение, довел бывшего друга до умопомешательства и смерти. Но самодур Т. чувствует, что зашел слишком далеко. Сразу после суда он едет мириться с другом. Но опаздывает: отец Дубровский при смерти

Светлая, добрая сказка, от которой становится тепло на душе. Что такое красота? Всего лишь навязанный стереотип, гораздо важнее такие вечные ценности как доброта, чуткость, терпение, способность помогать ближним. В стране очень красивых людей родилась уродливая принцесса, во всяком случае она им такой казалось, потому что не была похожа на них. Никто из них не смог полюбить ее по настоящему...Но в один прекрасный день принцесса спасает принца из другого королевства, которому она кажется прелестным ангелом, ведь сам принц оказался из королевства некрасивых людей. Вот такие проделки судьбы. Все познается в сравнении, в вопросах красоты, в прочем как и в остальном тоже, нет однозначного ответа, что есть истина, у каждого из нас свой ответ. И как эпилог хочется сказать, не красота спасет мир, но любовь!

Как лучше ответить на любой профессиональный вопрос

Вы знаете, чего хотите: новую работу, повышение по службе, инвестиции в вашу идею или новые сетевые контакты. И хотите верьте, хотите нет: разница между получением того, чего вы хотите, и игнорированием часто просто вопрос того, как вы рассказываете свою историю.

Слишком часто кто-то рассказывает истории со своей личной точки зрения. В этом есть смысл - это ваша история, так почему бы не быть личным?

Что ж, проблема с этим мышлением в том, что вы забываете, что человек, от которого вы хотите чего-то (будь то работа, повышение или рекомендация), будет думать только о своей истории - как то, что вы говорите, поможет? ему?

Я вижу, как вы пожимаете плечами и говорите: «Я вообще не знаю, как мое повышение поможет ему.
Что ж, хорошие новости для вас. Продать кого-то из вашей истории - это довольно простой переход, включающий одно трехбуквенное слово: , почему .

Слишком часто люди отвечают на вопросы с помощью , что , , когда , и , как . Вот как начать использовать , почему , чтобы получить то, что вы хотите.

1. Когда вы собираетесь на собеседование при приеме на работу

Интервьюер начинает со слов: «Расскажите мне о себе». Итак, вы говорите: «Я проработал в Microsoft последние два года.Или, может быть, «Я окончил Йельский университет в 2010 году по специальности« Экономика »».

Эти ответы могут быть правдивыми, но они не отвечают тому, что на самом деле говорит менеджер по найму - дайте мне повод нанять вас на эту должность.

Итак, вместо того, чтобы сосредотачиваться на what , сосредоточьтесь на том, почему вы приняли решения, которые вы приняли, между всеми строками вашего резюме. Почему вы выбрали для работы менее очевидный продукт? Почему вы захотели перейти из журналистики в PR? Лучший ответ будет выглядеть так:

«Я обратился в Microsoft, потому что мне было интересно работать над крупномасштабным программным проектом, а Windows была одной из крупнейших команд разработчиков программного обеспечения в мире в то время.Теперь я хочу присоединиться к небольшой стартап-компании, потому что мне хотелось бы работать над множеством разных проектов и развивать свои навыки ».

Этот ответ не просто говорит менеджеру по найму, кто вы, он объясняет, почему вам следует получить эту работу. Внезапно вы становитесь гораздо более интересным кандидатом.

2. Когда вы хотите поменять поля

Первый вопрос, который задаст большинство интервьюеров в этой ситуации, - это то, что вас интересовало в позиции A, когда вся ваша карьера была сосредоточена на позиции B.И большинство людей совершают ошибку, отвечая на это с помощью стандартного , чего воздерживается («Я хочу внести изменения»). Ответ , почему во многом объясняет ваши рассуждения гораздо более убедительно:

«Насколько я знаю, работая в сфере PR, часть меня всегда хотела изменить ситуацию с помощью политики. Я провожу все свое свободное время, размышляя (и читаю, и пишу в Твиттере) о предстоящих выборах, и именно поэтому я хочу работать над президентской кампанией ».

Я знаю, что я был бы гораздо более взволнован, если бы нанял кого-то, кто мог бы сформулировать, почему она хотела внести изменения, чем кого-то, кто изучал новую область, очевидно, просто так.

3. Когда вам нужно повышение или повышение

Да, вам следует прийти на оценку со списком хвастовства. Но избегайте соблазна сесть перед своим менеджером и рассказать обо всем, чего вы достигли за последний квартал. (Вы - и ваш босс - знаете, как это звучит, поэтому, вероятно, это не повлияет на ее решение.)

Вместо этого расскажите о , почему повышение по службе имеет смысл не только для вас, но и для всей команды. Другими словами, вместо того, чтобы просто заявлять, что вы активизировались и успешно руководили многочисленными командными проектами, обсудите способы, которыми руководящая роль позволит вам стать еще более эффективным руководителем группы.

Это выглядит так:

«Как вы, наверное, заметили, я работал над несколькими проектами, выходящими за рамки моей должностной инструкции. Мне это очень понравилось, и я хочу сделать больше. Однако я думаю, что мои коллеги из других отделов могли бы отнестись к моему вкладу более серьезно, если бы мое звание отражало мою меняющуюся роль. Мы можем это обсудить? »

Ваш босс будет более восприимчив к этому построению, чем к списку достижений.

4. Когда вам нужна поддержка смелой новой идеи

Допустим, вы проводите мозговой штурм со своей командой, чтобы исправить застопорившийся проект, и вы решили обратиться к более широкому кругу участников.Вы можете просто выпалить это, но если вы ведете с то, что , вам придется их убедить. Если вы начнете с почему , вы можете подвести их к ответу, сделав его очевидным. Например:

«Я заметил, что только небольшая часть нашей целевой демонстрации действительно взаимодействует с нашим продуктом, что объясняет, почему мы не получили достаточно данных, чтобы принимать четкие решения о том, как двигаться дальше. Давайте рассмотрим стратегии привлечения новых пользователей.

Излагая свои аргументы таким образом, ваш план кажется не идеей из левого поля зрения, а чем-то, что имеет только смысл.

5. Вы хотите с кем-то познакомиться. Новинка.

Представьте, что ваши главные жизненные события происходят на извилистой тропе вверх по горной дороге. Не делайте ошибки, говоря о прямых участках пути, что вы и делали в течение определенного отрезка времени. Вместо этого поговорите о поворотах, поворотах и ​​поворотах - потому что это намного интереснее.

Рассказ о том, почему вы вернулись в школу, почему вы переехали через страну, или почему вы работали над этим конкретным проектом или в определенной отрасли, намного увлекательнее, чем стандарт: «Вот моя степень и должность. ”

Например:

«Я родом со Среднего Запада и никогда не думал, что буду жить в Нью-Йорке. Но я увидел вакансию в компании моей мечты и подумал, что просто выложу свое приложение и посмотрю, что из этого получится. Что ж, к тому времени, когда я добрался до последних раундов собеседования, я был на крючке, и теперь я даже могу перемещаться по системе метро, ​​как местный житель.

Совет эксперта: вот еще лучший совет для начала разговора с новым человеком: спросите его или ее извилистой дороге, почему вопросы. В девяти случаях из 10: «Почему вы переключились с некоммерческой на коммерческую?» приведет к более интересному (и более запоминающемуся!) разговору, чем «Чем вы занимаетесь на своей нынешней работе?»

Помните, что если что, когда, где и как важно, почему интересно . И в сценариях карьеры, когда вы хотите произвести неизгладимое впечатление, рассказывая свою историю с помощью , почему подойдет.

Фотография трех пальцев любезно предоставлена ​​Shutterstock.

Определение ответа на Dictionary.com

Источник ответа

Впервые записано до 900; Среднеанглийский язык andswerien, древнеанглийский andswerian, andswarian, производное от andswaru «ответ», эквивалентно и- «противоположный, обращенный» (см. И далее) + неподтвержденный германский swarō, производный от swear

изучение синонимов для ответа

1 . Ответить, возразить, ответить, ответить, возразить - все грубые слова, используемые для ответа на вопрос, замечание, обвинение и т.Ответ - ответное замечание: ответ, дающий желаемую информацию. Реплика - это быстрый, обычно умный ответ или замечание, сделанное в ответ на чужой комментарий, а не на вопрос. Ответ обычно относится к прямому или поэтапному ответу на предложение, предложение, вопрос или тому подобное: ответ на письмо. Ответ часто предполагает ответ на призыв, увещевание и т. Д. Или ожидаемый или фиксированный ответ: ответ на запрос; ответ на церковной службе. Реплика подразумевает острый, быстрый ответ, особенно тот, который обращает замечание в адрес человека, сделавшего его: резкий ответ.

историческое использование ответа

В английском языке глагол answer происходит от существительного, хотя оба они одинаково древние и встречаются в древнеанглийских переводах Евангелий. Древнеанглийское существительное - andswaru «ответ на вопрос», составленное из древнеанглийского префикса и- «против, против» и -ответить с двумя значениями: юридическое значение «принесения присяги, как при даче показаний» и нейтральный, нелегальный смысл «ответа, ответа на вопрос». Как в юридическом, так и в общем смысле древнеанглийский язык andswaru параллелен латинскому глаголу responseēre, первоначально юридическому термину, означающему «делать формальный ответ», а затем использовавшемуся в общем смысле «отвечать, отвечать».

ДРУГИЕ СЛОВА ИЗ ответа

an · swer · er, существительное · swer · меньше, прилагательное · an · swered, прилагательное · an · swer · ing, прилагательное

well-answer, прилагательное

СМОТРЕТЬ БОЛЬШЕ СВЯЗАННЫХ ФОРМ СМОТРЕТЬ МЕНЬШЕ СВЯЗАННЫХ ФОРМ



Как ответить "Как бы вы описали себя?"

Некоторые из наиболее часто задаваемых вопросов на собеседовании требуют, чтобы вы описали себя менеджеру по найму. Популярные варианты на эту тему включают: «Расскажите мне о себе» или «Как бы вы описали себя?» или "Как бы вас описали другие?"

Но хотя эти вопросы типичны, ответы не всегда так просты, как кажется.Как лучше всего описать себя? Какие слова вам следует использовать, когда вы отвечаете?

Ответьте правильно, и вы покажете менеджеру по найму не только, что вы компетентны и осведомлены о своих навыках, но и что вы хорошо подходите для команды.

Ответьте неправильно, и вы можете сойтись за неподготовленного, высокомерного или менее уверенного.

Что на самом деле хочет знать интервьюер

Работодатели просят вас описать себя по нескольким причинам.Во-первых, они хотят увидеть, подходите ли вы для должности и корпоративной культуры. Затем они надеются, что ваши ответы дадут представление о том, как вы воспринимаете себя, что может быть полезно для оценки вашего самосознания, уверенности и манеры поведения.

Как ответить «Как бы вы описали себя?»

Совершенно очевидно, что при ответе важно подчеркнуть свои сильные стороны. Однако, помимо позитивного настроя, вы также должны быть честными и прямолинейными в отношении того, почему вы подходите для компании.Это возможность продать себя интервьюеру и показать, почему вы являетесь сильным кандидатом на ту роль, на которую вас рассматривают.

Чтобы быть готовым ответить на этот вопрос, составьте список прилагательных и фраз, которые, по вашему мнению, лучше всего вас описывают. (Вы можете даже попросить совета у семьи и друзей.) Затем вернитесь к описанию должности и обведите все прилагательные и фразы в своем списке, которые лучше всего относятся к должности.

Имея в виду список терминов и примеров, вы будете готовы ответить на любой вопрос.Сопоставив свою квалификацию с работой, вы сможете показать, что обладаете необходимыми навыками и личностью для этой должности.

Например, мы предоставили список прилагательных, которые описывают кандидата, объявление о вакансии и образец ответа, описывающий, насколько человек подходит для этой работы.

Список прилагательных:

  • Аналитический
  • Спокойствие
  • Уверенно
  • Совместная
  • Надежный
  • Детальный
  • Высокие достижения
  • Мотивирован
  • Организовано
  • Самозапуск
  • Командный игрок
  • Технически подкованный

Объявление о вакансии: Ищу технически подкованного, уверенного в себе новичка, который хорошо работает как независимо, так и в команде.Требуется предыдущий опыт продаж. Должен иметь продемонстрированную способность достигать целей продаж за счет поиска и привлечения потенциальных клиентов, сильную трудовую этику и отличные коммуникативные навыки. Идеальный кандидат будет обладать лицензией на имущество и несчастным случаем, хотя для сильных кандидатов будет рассматриваться готовность получить лицензию.

Пример ответа: Я думаю, что мой опыт работы в страховой отрасли и моя способность достигать постоянно растущих планов продаж делают меня подходящим кандидатом на эту должность.На моей недавней должности я использовал свою сильную трудовую этику, аналитические и технические навыки, чтобы помочь моей команде превзойти наши цели на три четверти подряд.

Смотрите сейчас: простые способы ответить "Как бы вы себя описали?"

Примеры лучших ответов

Отвечая на этот вопрос, убедитесь, что ваш ответ соответствует вашему опыту работы и должности, на которую вы претендуете. (Другими словами, не используйте один из наших образцов в том виде, в каком он написан, а настройте его так, чтобы продемонстрировать свою квалификацию.)

Я человек людей. Мне очень нравится встречаться и работать с множеством разных людей, и я известен как отличный слушатель и ясный коммуникатор, общаюсь ли я с коллегами или общаюсь с клиентами.

Расширять

Почему это работает: Этот ответ не только подчеркивает квалификацию, которая важна для работы, но и показывает, что с кандидатом приятно работать.

Я из тех, кто умеет точно выполнять сложные задачи.Обращаю внимание на все детали проекта. Я слежу за тем, чтобы каждая задача была правильной и выполнялась своевременно.

Расширять

Почему это работает: В среде, ориентированной на соблюдение сроков, способность завершить работу в срок необходима, но недостаточна для успеха. Лучший кандидат также сможет продемонстрировать, что он может удовлетворительно выполнить работу.

Я творческий мыслитель. Мне нравится исследовать альтернативные решения проблем, и я непредвзято отношусь к тому, что будет работать лучше всего.Мои творческие способности сделали меня эффективным руководителем группы, потому что я могу предвидеть проблемы и находить новые решения.

Расширять

Почему это работает: Этот ответ показывает, что респондент понимает важность творчества как на практике, так и в теории. Спикер демонстрирует, что они могут использовать свои творческие способности для достижения результатов.

Я чрезвычайно организованный человек, нацеленный на достижение результатов. Хотя я всегда реалистичен при постановке целей, я постоянно разрабатываю способы их эффективного достижения, а зачастую и превышения.

Расширять

Почему это работает: Хорошие границы и самосознание являются ключом к эффективному целеполаганию, но этот кандидат также подчеркивает, что они часто превышают свои цели - это означает, что они не устанавливают низкую планку для ее достижения.

Мне нравится решать проблемы, устранять неполадки и своевременно находить решения. Я преуспеваю в командных условиях, и я думаю, что мои навыки эффективного общения с другими - вот что движет моей способностью решать самые разные проблемы.

Расширять

Почему это работает: Большинство рабочих мест - это командная среда. Этот ответ отражает понимание этого и способность добиваться результатов, хорошо работая с другими.

Советы для лучшего ответа

Помните о должностной инструкции. Сопоставьте свою квалификацию со списком вакансий, чтобы показать, что вы подходите для этой конкретной работы, а не просто для любой аналогичной работы в этой области.

Расскажите историю. Выберите два или три термина, которые лучше всего соответствуют позиции, и подумайте о конкретных случаях, когда вы продемонстрировали каждую из этих характеристик.

Сосредоточьтесь на качествах, которые делают вас идеальным партнером для работы и компании. Когда вы отвечаете, помните о типе должности, на которую вы собираетесь пройти собеседование, о корпоративной культуре и рабочей среде. Тем не менее, не рекомендуется просто выдавать список причин, по которым вы подходите на эту должность.

Вместо этого ответьте несколькими положительными прилагательными или фразами, описывающими ваши личные качества или ваше отношение. (Иногда работодатели задают аналогичный вопрос: «Какие три прилагательных вы бы использовали, чтобы описать себя?»)

Чего не говорить

Не увязайте сразу в нескольких примерах. Обычно нет необходимости дополнять свой ответ конкретными примерами того, когда вы отображали каждую характеристику. Часто работодатель хочет получить относительно краткий ответ на этот вопрос.

Однако, если вы даете свой ответ, и интервьюер выглядит так, как будто он или она ждет большего, вы можете продолжить с примерами из прошлого опыта работы. Интервьюер может даже прямо попросить вас дополнить свой ответ примерами.

Не растягивайте правду. Хотя вы должны сформулировать свой ответ в соответствии с конкретной работой, подлинность все же важна. Ваш ответ должен быть положительным, но искренним.

Возможные дополнительные вопросы

  • В чем ваша самая большая сила? - Лучшие ответы
  • Какая ваша самая большая слабость? - Лучшие ответы
  • Какие решения принять наиболее трудные? - Лучшие ответы

Ключевые выводы

Сопоставьте свою квалификацию со списком вакансий: Продайте себя интервьюеру, подчеркнув свои навыки и способности, соответствующие описанию должности.

Помните о культуре компании: Рабочая среда, ценности, даже физическая планировка офисного помещения - все они являются частью культуры и важны. Покажите, что вы будете сиять в этой культуре.

Будьте искренними: Не преувеличивайте и не говорите о качествах, которые не являются вашей самой сильной стороной.

Как задавать вопросы на английском

«Кто, что, где, когда, почему? Кто этот парень? - спросила американская джазовая группа Manhattan Transfer в 1970-х годах.К сожалению, вскоре они вошли в мир, который был грамматически бессмысленным, но, тем не менее, название их песни предлагает нам ряд вопросительных слов.

Когда мы изучаем английский онлайн , вопросительные слова - это важные термины, которые помогают нам больше узнать о предмете или теме.

Список вопросительных слов на английском языке

Вот наиболее распространенные слова, используемые для создания вопроса на английском языке. Их девять (хотя «who» довольно старомодно и редко используется в общеупотребительном английском).Вы можете видеть, что восемь из девяти слов начинаются с букв «Wh»; поэтому вопросительные слова иногда называют словами «W» или «Wh». Точнее, вопросительные слова можно назвать «вопросительными».

Кто - Что - Где - Почему - Что - Когда - Чей - Кого - Как

«Может», «должен» и «хотел бы» - это другие слова, которые используются для того, чтобы задавать вопросы на английском языке. Эти слова обычно требуют ответа «да», «нет» или утвердительного ответа. Поскольку эти вопросительные слова приводят к ожидаемому ответу, на самом деле это не вопросы.

На эти вопросы могут быть даны два типа ответов. «Открытые» ответы, основанные на мнении и открытые для обсуждения. «Закрытые» ответы, как правило, основаны на фактах, кратки и требуют информации. Все вопросительные слова выше закрыты, кроме «почему» и «как». Это означает, что это лучшие слова, которые можно использовать при формулировании вопросов, которые призваны вызвать обсуждение, а не просто ответы.

Кто, , стучится в мою дверь?
Используется для выяснения того, кто занимается конкретным делом, о котором идет речь . Ответ обычно прост и основан на фактах.
«Кто ты лучший друг?»
«Ты, конечно».

Что за это большой предмет в углу?
Вопросительное слово «что» уместно, когда есть много возможных ответов на вопрос. Эти ответы будут нечеловеческими и обычно неодушевленными. Как и в случае с вопросами «кто», ответ, скорее всего, будет закрытым.
«Что бы вы хотели на день рождения?»
«Что-нибудь от вас будет особенным.’

Куда вы, , собираетесь?
Где вопрос, связанный с местом? Еще раз, это вопрос, требующий прямого ответа.
«Где ты купил это чудесное платье?»
«Из магазина одежды, тупица!»

Почему море устремляется к берегу?
Это вопрос более высокого уровня, требующий объяснения ответа. Это вопросительное слово, чтобы вызвать неограниченный ответ.
«Почему солнце так ярко светит?»
«Потому что вы находитесь в комнате.’

Какой ваш любимый предмет в колледже?
Это во многом похоже на вопрос "что". Однако, хотя на вопрос «какой» существует бесконечное количество возможных ответов, на вопрос «какой» ответы ограничены. Ответ, скорее всего, будет фактическим, хотя в ответе часто требуются суждения.
«Какие серьги лучше всего смотрятся на мне?»
«Все, что ты носишь, выглядит великолепно».

Когда сбываются твои мечты?
Принимая во внимание, что «кто» относится к людям и «где» размещать, на вопросы «когда» будут ответы, связанные со временем.Как и на большинство других вопросов, ответы, скорее всего, будут основаны на фактах, а не на мнениях.
«Когда пора обедать?»
«Восемь часов, если к тому времени вы уже закончили готовить».

Чей голос я слышу?
Вопросительные слова «кто» и «чей» похожи. Однако после «чьей» всегда будет существительное. Ответ будет закрыт.
«Чьи это туфли?»
«Думаю, они принадлежат моей сестре.’

Кому я должен сказать, что здесь?
Это старомодный термин, который сегодня нечасто используется. Многие носители английского языка не совсем уверены в его правильном использовании. Фактически, это слово служит той же цели, что и вопрос «кто», но имеет тенденцию использоваться, когда оно является объектом глагола. В современном английском языке нет необходимости использовать этот термин.
«Кого они ищут?»
«Те, у кого волосатые ноги».

Как, , я могу заставить вас улыбнуться?
Наряду с «почему» это еще одно вопросительное слово, которое иногда вызывает открытый ответ.Поэтому его идеально использовать в обсуждениях.
«Как прикоснуться к радуге?»
«Найдя, где она начинается.»
Который продвигает другой комментарий первоначального оратора, например «И как мне это сделать?»
Однако, «как» также можно использовать найти ответ на прямой вопрос. Например:
«Как мне открыть дверь?»
«Попробуйте повернуть ручку».

Практика использования подходящего вопросительного слова

Как и в большинстве случаев обучения, как только вы поймете концепцию, вам необходимо практикуйте это, чтобы помнить это! Попробуйте потренироваться с упражнением ниже (ответы в конце).

Подбирайте правильное вопросительное слово в начале каждого предложения:

  • _____ прибывает ли посылка? (Ответ: сегодня утром.)
  • _____ Изменился ли цвет моей спортивной рубашки на белый? (Я пролил на него отбеливатель.)
  • Кому _____ следует ли адресовать письмо? (Сэр Реджинальд Смит-Роджерс.)
  • _____ вы оставили ключ? (В дверь.)
  • _____ Вы себя чувствуете сегодня утром? (Немного лучше, спасибо.)
  • _____ Вы переключаете канал на телевизоре? (Нажать кнопку на пульте!)
  • _____ погода как на улице? (Дождь, как обычно.)
  • _____ из муки лучше всего готовить кексы? (Мне нравится использовать самоподъем.)
  • _____ сейчас самая теплая погода? (На кухне. Мы устроили скандал!)
  • _____ как вы думаете, вы могли бы закончить? (Намного раньше, если вы перестанете задавать мне вопросы.)
  • Я хотел бы знать _____ вы стирали мой красный топ с моей белой рубашкой?
  • Кому _____ отправить ответ?
  • Я не уверен _____, кому адресовать письмо. Вы можете сказать мне?
  • _____ имя должно быть на конверте? (Как видите, последние три вопроса - это похожие способы выражения одного и того же вопроса, но в каждом случае пропущенное слово отличается.)
  • В _____ время ты вернешься домой?

Ответы:

  • Когда - вопрос относится ко времени.
  • Почему - это открытый вопрос с множеством возможных ответов.
  • Кому - ключ к разгадке в начальном слове - «к».
  • Где - вопрос относится к месту.
  • Как - вопрос с множеством ответов.
  • Как - еще один вопрос, на который нет ключа к ответу.
  • Какой - ряд вариантов ответов.
  • Какие - существует ограниченное количество видов муки.
  • Где - вопрос относится к месту.
  • Когда - вопрос о времени.
  • Почему - вопрос открытый.
  • Кого - см. Выше.
  • Кто - первая часть примера не вопрос. Это показывает, что вопросительные слова можно использовать в других ситуациях.
  • Чей - относящийся к личности.
  • Что - на этот вопрос много ответов.

Вам нужно больше практики? Попробуйте наши бесплатные викторины для практики английского языка!

Как удивительно хорошо задавать вопросы

«Судите человека по его вопросам, а не по его ответам». - Вольтер

Вас судят по вашим вопросам? Не продвигаетесь вперед в карьере, бизнесе, браке или не заполняете поле _______? Это может быть потому, что вы задаете неправильные вопросы.Вы должны уметь задавать вопросы.

Возможно, вы не получаете отзывов, необходимых для исправления вашего поведения. Возможно, вы не получаете тех ответов, которые вам нужно услышать. Вы также можете просто получить совершенно неверную информацию.

Чего ты хочешь?

Когда вы задаете вопрос, вы должны знать, какой ответ вы хотите получить. Я довольно много лет проработал в армии. К нам поступали отчеты разведки; нам нужны были данные, а не чье-то мнение.Это означало, что нам нужна была только информация. Мы не хотели никакого толкования. Просто факты, мэм. Задавая вопросы, убедитесь, что вы задаете их в правильном контексте.

В других случаях вам может понадобиться чье-то мнение. Например: «Что вы думаете об этом одеколоне?» Иногда требуется аргументированное мнение или совет. «Какой маршрут добраться из верхней части города в центр города?» Когда вы будете готовы задать свой вопрос, убедитесь, что у вас есть правильный источник, и они знают, чего вы от них хотите.

  • Нужен ли мне фактически правильный ответ?
  • Нужно ли мне экспертное заключение?
  • Нужно ли мне обоснованное суждение?

Как удивительно хорошо задавать вопросы

Как только вы узнаете, какая информация вам нужна и к кому обратиться, вы должны задавать свои вопросы таким образом, чтобы получить максимально точную информацию в ответ. Задавать удивительно важные вопросы - это навык, как и любой другой навык, для этого нужна практика. Вот несколько приемов, которые помогут понять, что вам нужно знать.

1. Не задавайте вопросов «да» или «нет»

Когда вы задаете вопрос «да» или «нет», вы чаще всего получаете неполную информацию. Вместо этого задайте открытый вопрос. Используя открытый вопрос, вы получите понимание и дополнительную информацию, о существовании которой вы, возможно, не знали. Вопросы с «хотел бы», «должен», «есть», «есть» и «как вы думаете» все приводят к ответам «да» или «нет». Вопросы с «кто», «что», «где», «когда», «как» или «почему» побуждают людей задуматься над своими ответами и предоставить гораздо больше информации.

2. Dig Deeper

Всегда задавайте дополнительные вопросы. Если вы не ищете строго факты, в ответе, который дает вам человек, есть какое-то предположение. Задайте им следующий вопрос, например: «Что заставляет вас так говорить?» или "Почему ты так думаешь?"

Допустим, вы разговариваете с коллегой и вам нужно знать детали проекта. Ваш коллега говорит вам, что одному из поставщиков было очень сложно работать над проектом. Вы захотите следить за этим комментарием.Такой вопрос, как «Что вы имеете в виду, с ним трудно работать?» приведет вас к реальным фактам. Это может быть не потому, что с поставщиком особенно сложно работать, а скорее потому, что он недоступен для быстрой связи или по любому количеству внешних причин. Дополнительные вопросы дадут вам понимание и позволят составить собственное мнение о вещах.

3. Используйте силу тишины

Начните привыкать, задавая вопрос, ожидая ответа, выслушивая ответ, а затем подождите еще немного.Часто человек, которого вы допрашиваете, имеет больше информации и откроет ее, когда вы ее дождетесь. Вы должны привыкнуть к этому периоду тишины, прежде чем дамба прорвется. Полиция и военные следователи очень эффективно используют тишину. Люди чувствуют необходимость заполнить пробелы в разговоре, и часто они затем выявляют важную информацию, которую вы ищете.

4. Не перебивай

Не перебивай собеседника. Во-первых, это говорит человеку, что вы не цените то, что он говорит.Прерывание останавливает ход их мыслей и направляет разговор так, как вы хотите, а не обязательно так, как должно идти. Задайте свой вопрос, а затем позвольте человеку ответить на него полностью, даже если вы думаете, что не получаете желаемого ответа. Внимательно слушайте то, что они говорят, и используйте это, чтобы вернуть их к теме в следующем вопросе, когда возникает естественная пауза.

Если время имеет значение и человек давно отклонился от темы, то, конечно, вам нужно прервать разговор.Будьте при этом как можно вежливее. Это показывает человеку, что вы уважаете то, что он говорит. Скажите что-нибудь вроде: «Извините, я хочу убедиться, что понимаю вас. Я слышал, что вы сказали… », а затем верните их к сути дела.

Продолжая поиски знаний, помните, что для того, чтобы задавать важные вопросы, нужна практика. Это означает, что вам, вероятно, не удастся добиться идеального результата на каждой прогулке. Просто начните задавать вопросы. Со временем ваши навыки улучшатся.Помните, что если вы хотите получить хорошие ответы, они приходят от правильных вопросов.

вопросов | Грамматика | Английский Клуб

Утверждение - это предложение, которое сообщает вам что-то. Вопрос - это предложение, в котором задает вам что-то . Заявление не требует ответа. Вопрос требует ответа.

выписка: Мне нравится EnglishClub.
вопрос: Вам нравится EnglishClub? Есть
Почему вам нравится EnglishClub? Потому что...

Письменный вопрос на английском языке всегда заканчивается вопросительным знаком:?

Структура вопроса

Основная структура вопроса:

вспомогательный глагол + предмет + главный глагол

Посмотрите на эти примеры предложений. Во всех них перед подлежащим стоит вспомогательный глагол:

.
вспомогательный глагол предмет Главный глагол
До вам нравится Мэри?
- это они играет футбол?
Уилл Энтони идти в Токио?
Сделал он отпуск рано?
Почему сделал он отпуск рано?
Когда будет он возврат?

Исключение! Для основного глагола быть в Present Simple и Past Simple нет вспомогательного глагола.Посмотрите на эти примеры предложений. Во всех них стоит главный глагол перед подлежащим:

.
главный глагол быть предмет
Am I не так?
- это они Тайский?
Было это жарко на улице?
Почему были вам поздно?

Вопросы также известны как «вопросительные».

Типы вопросов

Есть три основных типа вопросов:

  • Да / Нет: ответ «да или нет»
  • Вопросительное слово: ответ "информация"
  • Выбор: ответ «в вопросе»

Мы рассмотрим их более подробно ниже.

Да / Нет вопросов

Иногда единственный ответ, который нам нужен, - да или нет. Взгляните на эти примеры:

вспомогательный глагол предмет не Главный глагол ответ:
да или нет
До вам хочу ужин? Да, верю.
Банка вам диск? Нет, не могу.
Имеет она не закончено ее работа? Да, есть.
Сделал они идти дома? Нет, не сделали.

Исключение! Главный глагол быть в Present Simple и Past Simple:

главный глагол быть предмет
Is Энн Французский?
Было Баран дома?

Вопросительные слова

Иногда нам нужно больше, чем «да» или «нет» для ответа.Запрашивая информацию, мы обычно ставим вопросительное слово в начале предложения. Вопросительное слово указывает на информацию, которую мы хотим, например: , где (место), , когда (время), , почему, (причина), who (человек). Взгляните на эти примеры:

вопросительное слово вспомогательный глагол не предмет Главный глагол ответ:
информация
Где до вам вживую? В Париже.
Когда будет ср имеют обед? В 13:00.
Почему имеет нет Тара выполнено это? Потому что она не может.
Кто (м) сделал она встречаетесь? Она встретила Рама.
Кто * имеет пробег ? Ати закончился.
Кто ** ран ? Ати кончился.
* Когда вопросительное слово who , оно действует как подлежащее.
** В современном простом и прошедшем простом времени нет вспомогательного глагола с who .

Исключение. Главный глагол быть в Present Simple и Past Simple:

вопросительное слово главный глагол быть предмет
Где это Бомбей?
Как было она?

Вопросы на выбор

Иногда мы предоставляем слушателю выбор.Мы просим их выбрать один из двух возможных ответов. Так что их ответ (обычно) уже в вопросе. Взгляните на эти примеры:

вспомогательный глагол предмет Главный глагол или ответ:
в вопросе
До вам хочу чай или кофе? Кофе, пожалуйста.
Уилл ср встреча Джон или Джеймс? Иоанна.

Исключение. Главный глагол быть в Present Simple и Past Simple:

главный глагол быть предмет ИЛИ
Is твоя машина белый или черный?
Были они $ 15 или 50 долларов?
На этих страницах показаны три основных типа вопросов .Есть и другие типы вопросов, например вопросы по тегам. Вопросы QuizEnglishClub: Учить английский : Грамматика: Глаголы: Вопросы

Как ответить на вопрос: Вы детально ориентированный человек?

Этот вопрос на собеседовании часто сбивает с толку во время собеседования. Ответ довольно прост, но большинство людей не знают, как развить очевидное «да» без чего-то большего, кроме того факта, что они обращают внимание на детали и следят за тем, чтобы все аспекты работы были выполнены.

Работодатели ищут, чтобы вы объяснили свои навыки, примеры и то, что квалифицирует вас как человека, ориентированного на детали на рабочем месте. К счастью, это легко, если вы знаете, что они ищут.

Человек, ориентированный на детали, - это тот, кто обращает внимание на детали и может делать сознательные усилия, чтобы понять причины, а не просто следствия, и это делает это второстепенным способом. Это не должно быть чем-то, над чем должен работать человек.

Это должно быть присуще и просто случиться. Конечно, если вы не очень разбираетесь в деталях, вам, возможно, придется приучить себя принять эту вторую натуру, прежде чем вы сможете добиться успеха на должности.

Черты характера человека, ориентированного на детали, могут включать:

-Сознание к изучению темы или проблемы, а также причин, стоящих за ними, и проблем, связанных с ними.

- Проактивное отношение, которое фокусируется на создании идей и планов для исправления проблем или решения повседневных задач.

- Терпение и решимость исследовать проблему и все ее элементы до тех пор, пока не будет найдено обоснование, позволяющее точно разрешить ее.

Это обычно что-то, что укоренилось в людях и делает их лучшим человеком для работы, чем кто-то, у кого нет этой врожденной природы. Однако это также навык, который можно развить сознательными усилиями и с учетом ситуаций, когда навык будет необходим для выполнения поставленной задачи.

Люди, ориентированные на детали, имеют множество различных возможностей трудоустройства. Например, исследовательские должности отлично подходят для людей, которые обращают внимание на детали. Кроме того, должности по развитию и решению проблем могут быть идеальными для этих типов кандидатов.

Примеры детализации

Любая финансовая работа, например бухгалтерский учет, требует кого-то, кто разбирается в деталях и умеет хорошо выполнять свою работу. Кроме того, это умение потребует любая карьера или должность, требующая количественного анализа и исследования.Косвенно быть человеком, ориентированным на детали, может помочь во многих сферах карьеры и должностях, поэтому важно не исключать ничего, пока вы не увидите, где ваши навыки лучше всего подходят.

Внимание к деталям - это еще один способ сказать ориентированный на детали . Если работодатель спрашивает вас, уделяете ли вы внимание деталям, ваш ответ обычно должен быть «да». Вы также должны иметь возможность расширить этот ответ, предложив примеры своих навыков и того, как они могут быть связаны с потребностями работы, на которую вы собираетесь пройти собеседование.

Вы, конечно, не должны заявлять, что способны делать то, на что вы не способны, но если работа требует внимания к деталям, вы должны иметь ее или уметь быстро ее освоить.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *