08.12.2021

Соматический что значит: Недопустимое название — Викисловарь

Содержание

Соматический — это… Что такое Соматический?

телесный.

(Источник: Сексологический словарь)

(от греч. soma, родит, падеж somatos — тело), телесный, физический.

(Источник: Словарь сексуальных терминов)

телесный

(Источник: Краткий словарь сексопатологических терминов)

Синонимы:
  • Сновидения Эротические
  • Соматотип

Смотреть что такое «Соматический» в других словарях:

  • СОМАТИЧЕСКИЙ — (от греч. soma тело). Телесный, касающийся тела. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. Чудинов А.Н., 1910. СОМАТИЧЕСКИЙ от греческ. soma, тело. Телесный, плотский, касающийся тела. Объяснение 25000 иностранных слов, вошедших …   Словарь иностранных слов русского языка

  • соматический — телесный Словарь русских синонимов. соматический прил., кол во синонимов: 3 • микросоматический (1) • …   Словарь синонимов

  • СОМАТИЧЕСКИЙ — СОМАТИЧЕСКИЙ, соматическая, соматическое (от греч. soma тело) (научн.). Телесный. Соматические болезни (в отличие от психических). Соматические клетки (все клетки тела, за исключением половых). Толковый словарь Ушакова. Д.Н. Ушаков. 1935 1940 …   Толковый словарь Ушакова

  • СОМАТИЧЕСКИЙ — СОМАТИЧЕСКИЙ, ая, ое (спец.). Относящийся к телу человека. Соматическая больница (многопрофильная больница, занимающаяся лечением внутренних органов). Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949 1992 …   Толковый словарь Ожегова

  • СОМАТИЧЕСКИЙ — (от греч. soma, род. падеж somatos тело), телесный, относящийся к телу. С. мускулатура мускулатура тела. В генетике С. относящийся к клеткам тела (не к гаметам), напр. С. мутация. .(Источник: «Биологический энциклопедический словарь.» Гл. ред. М …   Биологический энциклопедический словарь

  • соматический — См. О антиген (Источник: «Словарь терминов микробиологии») …   Словарь микробиологии

  • Соматический — связанный с телом или частью тела организма. напр., соматические Аг бактерий это Аг, локализующиеся в клеточной стенке, цитоплазме и мембранах. По отношению к телу человека (животного) в медицине выделяют понятия: эписоматический и… …   Словарь микробиологии

  • СОМАТИЧЕСКИЙ — относящийся к телу; соматические клетки все клетки, кроме половых. Экологический энциклопедический словарь. Кишинев: Главная редакция Молдавской советской энциклопедии. И.И. Дедю. 1989 …   Экологический словарь

  • соматический — телесный, относящийся к телу: термин, применяемый для обозначения различных явлений в организме, связанных с телом, в противоположность психике. Словарь практического психолога. М.: АСТ, Харвест. С. Ю. Головин. 1998 …   Большая психологическая энциклопедия

  • СОМАТИЧЕСКИЙ — – телесный, относящийся к телу, в противоположность психическому, относящемуся к психике человека. В работе «Толкование сновидений» (1990) З. Фрейд использовал понятие «соматический» при рассмотрении различных источников сновидений. Он обратил… …   Энциклопедический словарь по психологии и педагогике


СОМАТИЧЕСКИЙ — Что такое СОМАТИЧЕСКИЙ?

Слово состоит из 12 букв: первая с, вторая о, третья м, четвёртая а, пятая т, шестая и, седьмая ч, восьмая е, девятая с, десятая к, одиннадцатая и, последняя й,

Слово соматический английскими буквами(транслитом) — somaticheskii

Значения слова соматический. Что такое соматический?

Соматический

СОМАТИЧЕСКИЙ – телесный, относящийся к телу, в противоположность психическому, относящемуся к психике человека. В работе «Толкование сновидений» (1990) З. Фрейд использовал понятие «соматический» при рассмотрении различных источников сновидений.

Словарь-справочник по психоанализу. — 2010

СОМАТИЧЕСКИЙ (от гр.-тело): имеющий отношение к телу. Соматическое противопоставляют психическому. В действительности, в человеке трудно отделить соматическое от психического.

Евразийская мудрость от А до Я

Соматический Соматический связанный с телом или частью тела организма. напр., соматические Аг бактерий — это Аг, локализующиеся в клеточной стенке, цитоплазме и мембранах.

Словарь микробиологии

Соматическая клетка

Соматические клетки (др.-греч. σῶμα — тело) — клетки, формирующие тело организма. К соматическим клеткам относятся все клетки тела, за исключением гамет. В некотором смысле соматические клетки нужны только для того…

ru.wikipedia.org

Соматические мутации

Соматические мутации, мутации, возникающие в клетках тела и обусловливающие мозаичность организма, т. е. образование в нём отдельных участков тела, тканей или клеток с отличным от остальных набором хромосом или генов.

БСЭ. — 1969—1978

Соматический рефлекс

Соматический рефлекс — рефлекс, эффекторным аппаратом которого являются поперечнополосатые (скелетные) мышцы. Соматические рефлексы проявляются в двигательных актах.

glossary.ru

Рефлекс соматический (г. somaticus) общее название P., проявляющихся изменением тонуса скелетных мышц или их сокращением при каких-либо воздействиях на организм.

Большой медицинский словарь. — 2000

Соматический гетерозис

Соматический гетерозис — более мощное развитие вегетативных органов (соматических признаков) у гибридных организмов.

glossary.ru

Соматический гетерозис — более мощное развитие вегетативных органов (соматических признаков) у гибридных организмов. См. также: Гетерозис

Словарь финансовых терминов

Соматическая нервная система

Соматическая нервная система (от греч. soma, родительный падеж somatos — тело), часть нервной системы, иннервирующая мышцы тела; обеспечивает сенсорные и моторные функции организма.

БСЭ. — 1969—1978

СОМАТИЧЕСКАЯ НЕРВНАЯ СИСТЕМА СОМАТИЧЕСКАЯ НЕРВНАЯ СИСТЕМА (sistema nervosum somaticum), часть периферической нервной системы, состоящая из чувствит. и двигат. нервных волокон, иннервирующих опорно-двигат. аппарат и кожу.

Биологический энциклопедический словарь. — 1986

Соматическая нервная система — часть периферической нервной системы, состоящая из чувствительных и двигательных нервных волокон, инвентирующих опорно-двигательный аппарат и кожу.

glossary.ru

Клиническая картина соматических заболеваний

Клиническая картина соматических заболеваний Различные стадии болезни могут сопровождаться появлением разнообразных клинических синдромов. Однако в настоящее время в психиатрии существует определенный круг патологических состояний…

Справочник психотерапевта. — 2005

Психические факторы, с которыми связаны соматические заболевания

Психические факторы, с которыми связаны соматические заболевания (МКБ 316) — любые психические расстройства или физические факторы, как считают, играют определенную роль в этиологии соматических заболеваний…

Краткий словарик по психиатрии. — 2002

Психические факторы, с которыми связаны соматические заболевания — любые психические расстройства или физические факторы, как считают, играют определенную роль в этиологии соматических заболеваний…

Карманов А. Психологический словарь

ПСИХИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ, С КОТОРЫМИ СВЯЗАНЫ СОМАТИЧЕСКИЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ (МКБ 316) — любые психические расстройства или физические факторы, как считают, играют определенную роль в этиологии соматических заболеваний…

Словарь психиатрических терминов

Русский язык

Сом/ат/и́ческ/ий.

Морфемно-орфографический словарь. — 2002

  1. сомалийский
  2. сомали
  3. сомало
  4. соматический
  5. соматогамия
  6. соматогенный
  7. соматологический

Что такое соматические клетки и почему они вредны для молока

Соматические клетки — это микроскопически малые образования, из которых состоят все ткани и органы организма животных. Практически во всех органах и тканях идет постоянное обновление клеток. Процесс регенерации происходит и в тканях вымени. Отторгнутые клетки из молокообразующей ткани (клетки желез) и системы протоков вымени (клетки эпителия) выделяются с молоком. Кроме того, в молоке имеются защитные клетки из крови (лейкоциты — белые кровяные тельца), которые организм мобилизует для защиты от проникших в вымя возбудителей болезни. В молоке здоровых коров эти клетки также содержатся, однако их максимальное количество у большинства здоровых животных не превышает 300 тыс./см3.

Ранее на показатели соматики обращали относительно мало внимания. Но оказалось, что мертвые клетки в молоке значительно ухудшают качество продукции. Из-за них понижаются:

  • жир, казеин и лактоза;
  • биологическая полноценность;
  • термоустойчивость;
  • технологические свойства при переработке;
  • кислотность;
  • свертываемость сычужным ферментом.

Большое количество клеток замедляет развитие молочнокислых бактерий. Из-за такого числа соматики невозможно приготовить качественные молочные продукты: от сыра до кефира и ряженки, но не она снижает продуктивность коровы. Любые воспаления вызывают увеличение лейкоцитов. Из-за болезни снижается продуктивность коровы. Но увеличение соматики в молоке указывает на развитие внутреннего воспаления, которое можно диагностировать на ранней стадии. Большое количество клеток в молоке помогает выявить мастит на той стадии, когда еще нет ни хлопьев, ни снижения удоев.

Причины высокого уровня соматических клеток в молоке

Объяснение причин высокой соматики прозвучит грустно для многих производителей молока, но это нарушение условий содержания и техники доения. В редких случаях можно списать на наследственность. В западных странах коров с таким генотипом стараются выбраковать из стада.

К генетическим причинам относится также форма вымени, которая передается по наследству. Если молочная железа неправильной формы, соски повреждаются при доении. Такая корова плохо выдаивается, а оставшееся в вымени молоко и микротрещины провоцируют развитие мастита. То же самое касается и низкорасположенной железы. Низко висящее вымя часто повреждается о сухие стебли травы или камни. Через царапины в него проникает инфекция, вызывающая воспаление.

Среди других причин, провоцирующих повышение соматики в молоке, можно назвать:

  • неправильное кормление, которое ведет к нарушению обмена веществ, снижению иммунитета и развитию ацидоза и кетоза;
  • плохой уход за выменем;
  • некачественное оборудование для доения;
  • нарушение технологии машинного доения;
  • общая антисанитария не только в коровнике, но и плохой уход за доильным оборудованием;
  • наличие в коровнике острых краев решеток и гладкого пола, которые приводят к травмам вымени.

Как снизить соматику в молоке коров

Выбор способа зависит от того, действительно ли нужно снизить содержание в молоке соматических клеток или хочется просто замаскировать проблему. В последнем случае производители используют специальные фильтры, снижающие их на 30%.

Фильтрование помогает молоку пройти контроль при поставке на завод, но не улучшает его качеств. Остаются не только недостатки, но и болезнетворные бактерии. В частности, при мастите в молоке много золотистого стафилококка. Этот микроорганизм при попадании в ротовую полость вызывает у человека боль в горле, схожую с ангиной.

Но есть и честные способы снизить соматику в молоке:

  • тщательно отслеживать здоровье коров и начало мастита;
  • обеспечить скоту хорошие условия содержания;
  • использовать качественную исправную аппаратуру для доения;
  • соблюдать гигиену вымени;
  • снимать аппарат с сосков без подтягивания;
  • следить за отсутствием сухого доения в начале и конце процедуры;
  • обрабатывать соски после доения;
  • следить за соблюдением персоналом личной гигиены.

Улучшить показатели соматики в молоке реально, но для этого придется приложить серьезные усилия. В большинстве комплексов что-нибудь обязательно не соответствует правильному содержанию коров.

Профилактические мероприятия

В отношении соматики профилактика, по сути, совпадает с мерами по уменьшению этого показателя в молоке. Количество соматических клеток, особенно лейкоцитов, резко возрастает при воспалениях. А профилактика подобных болезней заключается именно в том, чтобы исключить травмирующие факторы. Соблюдение санитарных требований в коровнике уменьшит шансы на проникновение инфекции через поврежденные кожные покровы. Нужно также проводить регулярное экспресс-тестирование молока на соматику.

Заключение

Снизить соматику в молоке коров часто бывает сложно, но возможно. Вряд ли в современных российских условиях реально достичь показателей Швейцарии. Тем не менее, к этому нужно стремиться. А исправность и высокое качество доильной аппаратуры – залог не только здорового вымени, но еще и максимально высоких удоев.

Специалистами  ГБУ «Псковская облветлаборатория» проводится весь необходимый спектр исследований по    определению качества молока, включающий в себя ряд  исследоваений на различные  показатели качества и безопасности продукта. Обязательным является и такой показатель, как определение соматических клеток в молоке. В отделе пищевой микробиологии и ветеринарно-санитарной экспертизы есть необходимая нормативно-техническая  документация для проведения исследований по этому показателю. Исследования молока проводятся на  приборе  «Соматос-В» для определения концентрации соматических клеток в сыром молоке на всех этапах его производства в агрохозяйствах и до его поступления на перерабатывающие предприятия молочной промышленности. Прибор можно применять также для выполнения арбитражных и контрольных измерений (в случае возникновения разногласий), когда биологическая активность состава молока при добавлении препарата «Мастоприм» приводит к образованию пены, сгустков, слизи и последующими погрешностями.

Соматические симптомы депрессии: взгляд через призму специализированной психиатрической и общемедицинской практики

И.А. Марценковский, Украинский научно-исследовательский институт социальной и судебной психиатрии и наркологии, г. Киев

У врача-психиатра не вызывает сомнений важность правильной квалификации соматических симптомов при диагностике депрессий. С точки зрения клинической типологии, принятой в МКБ-10 и DSM-IV, соматический синдром является одним из главных критериев ее тяжести.
В то же время в общемедицинской практике о соматических симптомах нередко говорят как об эквиваленте психологических симптомов наиболее легких (амбулаторных) депрессий и тревожных расстройств.
В каком случае и в какой степени телесные нарушения у пациента общемедицинской практики можно рассматривать как атипичную презентацию психологических симптомов депрессии? Не правильнее ли говорить о депрессии как о страдании, которое в равной степени является и соматическим и психическим?
Клиническая квалификация телесных нарушений особенно сложна в тех случаях, когда состояние частично соответствует диагностическим критериям депрессии
или соответствует преимущественно за счет соматических проявлений.
Нет консенсуса специалистов относительно того, в какой степени депрессии, диагностические критерии которых выполняются в основном за счет психологических симптомов, и депрессии с преимущественно телесными симптомами отличаются по своей биологической сущности и клинико-динамическим особенностям. Необъяснимые с медицинской точки зрения телесные симптомы и хроническая боль чувствительны к терапии антидепрессантами, но означает ли это, что такие состояния следует квалифицировать как депрессивные расстройства?
Насколько обоснованным с позиции патогенетической концептуализации является разграничение соматоформного, хронического болевого, ипохондрического и депрессивного расстройств?
Каковы границы компетенции врача общей практики и психиатра при диагностике и терапии психических расстройств с высоким уровнем презентации соматических симптомов?

В клинической психиатрии существует давняя традиция рассматривать в качестве основных проявлений депрессии общие изменения телесного самовосприятия.
C. Wernicke (1906) для описания чувственного компонента нарушений телесного восприятия при аффективных психозах ввел в клиническую практику понятие «витальных чувств» [1]. Витальные (жизненные) ощущения и представления пациента, в понимании автора, телесны, они составляют физический фон его психических процессов в жизнедеятельности. Нарушения витальных чувств не только отражают изменения жизненного тонуса как интегрированного ощущения собственного тела, но и могут находить свое выражение в локализованных в отдельных частях тела патологических телесных сенсациях. При депрессии витальные ощущения могут локализоваться в области головы, груди, живота, плечевого пояса и выражаться жалобами на тяжесть, напряженность, сдавление, другие не менее тягостные, но менее определенные и локализованные, в отличие от болей при органной патологии, ощущения.
По мнению K. Schneider (1920) такие расстройства витальных чувств являются базисными, более или менее эквивалентными симптомам первого ранга при шизофрении, проявлениями депрессии [2]. Сходным образом E. Dupree (1974) для обозначения качественных нарушений нормального физического чувства в отдельных частях тела вводит понятие
«коэнестопатических состояний» [3]. Подобно «витальности» понятие «коэнестопатий» или «сенестопатий» используется и в современной отечественной клинической феноменологии.
Различия между нарушениями витальных чувств, с одной стороны, и вегетативными симптомами депрессии, с другой, впервые описал G. Huber [4]. В его трактовке клинической психопатологии депрессий витальные чувственные нарушения включали потерю общего жизненного тонуса, чувство физической усталости или разбитости, различные формы дизестезии, отличающиеся статичностью и типичной локализацией чувства тяжести в области головы, груди, живота и предсердечной области. Распространенные телесные сенсации с чувством анестезии или отчуждения во всем теле рассматривались G. Huber в рамках представлений об ассоциированной с депрессией сомато-психической деперсонализации и ее крайнем выражении – синдроме Котара. В отечественной психиатрии голотимные, связанные с депрессивным аффектом качественные нарушения мышления, принято называть нигилистическим бредом Котара. В тех случаях, когда витальные нарушения приобретали специфические проявления, которые пациенту было трудно описать без применения метафорических сравнений при помощи обычных для характеристики боли слов,
G. Huber считал возможным говорить о наличии «коэнестетической депрессии». Она, по мнению автора, типологически отличается от причудливых висцеральных ощущений коэнестетической шизофрении.
При депрессиях вегетативные симптомы неразрывно связаны с витальными нарушениями (сенестопатиями). Наиболее часто встречаются нарушения сна, аппетита и пищеварения. Однако у больных могут иметь место и другие проявления вегетативной дисфункции, такие как нарушения сердечного ритма, одышка, сексуальные дисфункции, нарушения менструального цикла, потеря или увеличение массы тела, снижение тургора кожи, облысение, снижение или повышение температуры тела, диспепсические нарушения (тошнота, рвота, метеоризм), головокружения. Как нарушения витальных чувств (сенестопатии), так и проявления вегетативной дисфункции амальгамированы с типологически более специфичными для депрессии собственно психопатологическими симптомокомплексами: аффективными, поведенческими и когнитивными.
Психологические симптомы депрессии могут быть замаскированы яркой презентацией больным многочисленных телесных жалоб. Еще M. Bleuler (1943) в своей книге «Депрессии в первичной медицинской помощи» писал: «Это – обычное и частое явление, когда депрессивные пациенты обращаются первично к врачу общей практики, интернисту, иногда даже хирургу, гинекологу, офтальмологу или урологу и спонтанно предъявляют жалобы исключительно на телесные нарушения, скрывая наличие депрессивного настроения. Они сообщают о тяжести в груди, потере аппетита, одышке, нарушениях мочеиспускания, аменорее и многих других телесных нарушениях. Только целенаправленный расспрос, ориентированный на выявление психологических проблем больного, позволяет обнаружить у него ипохондрию, депрессивные идеи малоценности, виновности и греха, а также особый стиль протекания мыслительных процессов» [5].
Несмотря на давность представлений относительно телесной основы депрессивного настроения, по меньшей мере, при среднетяжелых состояниях, официальные психиатрические классификации лишь незначительно учитывают соматические симптомы как диагностические критерии депрессивного эпизода, фокусируясь на признаках психологических и когнитивных нарушений.
DSM-IV учитывает только три критерия соматических симптомов для тяжелого депрессивного расстройства: нарушения сна, аппетита, усталость или потерю энергии. В МКБ-10 при диагностике депрессивного эпизода предполагается учитывать только нарушения сна и аппетита, потерю либидо и аменорею. Вне этого короткого списка преимущественно вегетативных симптомов никакие другие телесные нарушения в диагностическом поле DSM-IV и МКБ-10 не учитываются. Только в DSM-IV-TR (во второй пересмотренной версии 4-го издания) список имеющих диагностическое значение соматических симптомов был существенно расширен. В него были включены: чрезмерное беспокойство о физическом здоровье, жалобы на боли (головные, брюшные, локализованные в области груди или другие). Такой пересмотр диагностических критериев свидетельствует, во-первых, о вновь увеличивающемся внимании клиницистов к соматическим симптомам депрессии, во-вторых, о фокусировке внимания на боли как симптоме, который депрессивные пациенты наиболее часто предъявляют врачу как основную жалобу.
В большом проспективном исследовании HUNT-II, проведенном по инициативе Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) и охватившем 15 регионов планеты, была установлена тесная связь между депрессией, тревогой и соматическими симптомами [6].
У пациентов с мигренью, по данным K.D. Juang и S.J. Wang (2000), психическое расстройство может быть диагностировано в 78% случаев (депрессия – 57%, дистимия – 11%, пароксизмальная тревога – 30%, генерализованная тревога – 8%) [7].
При головной боли напряжения психическое расстройство может быть диагностировано у 64% пациентов (депрессия – 51%, дистимия – 8%, пароксизмальная тревога – 22%, генерализованная тревога – 11%) [7].
В крупном многоцентровом итальянском исследовании у пациентов с головными болями напряжения психические расстройства были диагностированы в 84,8% случаев (тревога – 52,5%, депрессия – 36,4%, расстройства адаптации – 29,5%) [8].
В исследовании A. Okasha (1999) среди пациентов с неорганической головной болью в 43% случаев
диагностировали соматоформное расстройство,
в 16% – дистимию, в 9% – рекуррентную депрессию [9].

Что мы понимаем под соматическими симптомами депрессии?

Для обозначения телесных симптомов депрессии в литературе используются различные термины: соматические, соматизированные, физические, телесные, соматоформные, психосоматические, вегетативные, необъяснимые с медицинской точки зрения (medically unexplained) симптомы, маскированные, ларвированные, дисморфные нарушения. Многочисленные дефиниции отражают многообразие существующих диагностических подходов и теоретических концепций взаимоотношений соматической и психической составляющих единого патологического процесса в клинической психиатрии и общемедицинской практике.
Для состояний депрессивного настроения предпочтительным считается нейтральный термин «соматический», который обозначает различные телесные сенсации, которые депрессивный человек чувствует как неприятные или беспокоящие. Эти дизестезии очень часто ограничиваются определенными частями тела или органами, но могут распространяться на тело целиком, например, в случае
усталости или снижения энергии (витальной астении). Некоторые основные физические дисфункции типа нарушений сна, аппетита или пищеварения также хорошо корреспондируются с термином «соматический».
В реальной клинической практике иногда приходится дифференцировать телесные симптомы при органном заболевании и соматические симптомы при соматофорных, тревожных расстройствах или депрессии. Именно различные особенности телесных нарушений в ряде случаев позволяют провести дифференциальную диагностику.
Например, клинически уместной может выглядеть задача проведения дифференциальной диагностики между хроническими органными болями, связанными с переживанием боли, соматоформными расстройствами и болевыми соматическими симптомами депрессий. В то же время в реальной клинической практике нам нередко приходится сталкиваться с проблемой коморбидных состояний, когда один пациент одновременно может соответствовать диагностическим критериям депрессии, соматоформного и тревожного расстройств. В таком случае соматические симптомы являются неспецифичной формой клинической презентации гетерогенной группы психических нарушений, образующей континуум состояний от относительно простых по своей психической структуре соматоформных вегетативных дисфункций до полиморфных психопатологических образований с коморбидной симптоматикой в виде синдромально завершенных депрессивных, тревожно-фобических, поведенческих и конверсионных нарушений [10-12].
Американское эпидемиологическое исследование соматоформных расстройств (ЕСА – Epidemiologic Catchment Area), проведенное в 80-х гг. и цитируемое многими авторами как наиболее корректное, продемонстрировало, что распространенность соматизированного расстройства среди населения не превышает 0,5% (5 человек на 1000 населения) [3, 14]. У 60% пациентов с телесными симптомами в соответствии с диагностическими критериями DSM-IV-TR был поставлен диагноз несоматоформного психического расстройства (у 44,7% – тревожного, у 45,6% – депрессивного). Собственно соматоформное расстройство наблюдалось лишь у 4,4%, недифференцированное – у 18,9% пациентов с соматическими симптомами [13-14].

Соматические симптомы психических нарушений в общемедицинской практике

Результаты эпидемиологических исследований
Согласно данным M. Hamilton (1989), соматические симптомы преобладают у подавляющего большинства больных со среднетяжелыми депрессиями [15]. В процессе проведенного под его руководством исследования были рандомизированы 260 женщин и 239 мужчин. Соматические симптомы были зарегистрированы у 80% пациентов. Наиболее часто диагностировались соматизированные симптомы тревоги и витальная астения.
Исследование M. Hamilton подтвердило выводы более ранних работ H.S. Akiskal и D. Jones, S.B. Hall [16, 17]
о том, что депрессивные расстройства с презентацией преимущественно телесных нарушений являются самой распространенной формой депрессий как в стационарной, так и в амбулаторной практике.
Интересны также данные O. Hagnell и B. Rorsman (1978) о том, что наличие соматических симптомов в большей степени чем психологических коррелирует с суицидальным риском у депрессивных больных [18].
В странах Европы и США врачи общей практики и интернисты являются основным звеном медицинской помощи, занимающимся диагностикой и лечением депрессий [19].
Эпидемиологические исследования демонстрируют стабильно высокие показатели распространенности депрессивных расстройств в течение последних лет у пациентов врачей общей практики [20, 21]. Среди больных, обращающихся за медицинской помощью к этим специалистам, особую группу составляют пациенты с разнообразными, нередко множественными жалобами на неприятные ощущения со стороны внутренних органов. При тщательных повторных обследованиях не удается обнаружить иной, кроме функциональных нарушений, органной патологии [23, 27]. Такие симптомы часто называют необъясненными, соматизированными или функциональными.
Наиболее важным признаком психического расстройства, по мнению некоторых исследователей, является феномен «множественных соматических симптомов». K. Kroenke (1993-1994) было показано, что при наличии у пациентов одного, трех, пяти, восьми, девяти или более таких симптомов вероятность диагностики депрессивного эпизода составляет соответственно 2, 12, 23, 44 и 60%, а тревожного расстройства – 1, 7, 13, 30 и 48% [23, 24].
Врачи-интернисты описывают эти симптомы чаще всего в рамках так называемых функциональных расстройств. С позиций клинической психиатрии можно говорить о наличии у таких пациентов нарушений психической деятельности: депрессии, тревожного или соматоформного расстройства.
Пациенты с соматическими симптомами при депрессивном или тревожном расстройстве чаще посещают врача, чем больные с органными заболеваниями [26]. Органическая природа соматических симптомов после 3-летнего наблюдения находит подтверждение не чаще, чем в 16% случаев [23], но около 80% таких пациентов при первичном посещении предъявляют исключительно соматические жалобы [27].
Список международных исследований, подтверждающих тот факт, что пациенты с депрессией в сфере первичной медицинской помощи обычно предъявляют преимущественно соматические жалобы, можно продолжить [27, 28].
Европейское исследование Общества по изучению депрессий (DEPRES II) продемонстрировало, что два из трех наиболее часто диагностируемых признаков депрессии в первичной медицинской практике были соматическими: снижение энергии, витальная усталость, вялость наблюдались у 73% пациентов, нарушения сна – 63% [29]. При первичном обращении у 65% этих больных были сложности с дифференциальной диагностикой аффективного расстройства и соматического заболевания.
В другом, проведенном ВОЗ, международном многоцентровом исследовании были обследованы 1 146 больных с депрессией, получавших медицинскую помощь у врачей общей практики [30]. Две трети пациентов продемонстрировали наличие исключительно соматических симптомов. Более половины больных предъявляли множественные необъяснимые соматические жалобы.
В третьем европейском исследовании пациентов сектора первичной медицинской помощи, проведенном под руководством L.J. Kirmayer (1993), были получены аналогичные результаты [31]. У 73% больных соматические симптомы были главной причиной их обращения к врачам общей практики. Больные обычно обращались
с жалобами на вегетативные нарушения, которые можно было трактовать как соматические симптомы тревожного или депрессивного расстройства.
В американском исследовании 69% пациентов (из 573 больных, лечившихся у врачей общей практики с диагнозом тяжелой депрессии) предъявляли жалобы на общее физическое недомогание и боли в различных частях тела [32]. Исследователями сделан вывод о связи боли и депрессивного расстройства.

Необъясненные соматические симптомы как проявления неполной депрессии и функциональных органных нарушений
Диагностика в секторе первичной медицинской помощи нередко представляет определенные сложности. Многие амбулаторные пациенты демонстрируют только немногочисленные или даже изолированные соматические симптомы. Такие болезненные проявления часто остаются необъясненными с медицинской точки зрения. С одной стороны, они не позволяют подтвердить предположение о наличии у пациентов органной патологии; с другой стороны, – не соответствуют диагностическим критериям депрессивного расстройства. Изолированные патологические телесные сенсации являются причиной обращения к интернисту более чем 50% амбулаторных пациентов. При дальнейшем обследовании приблизительно в 20-25% случаев эти соматические симптомы удается объяснить наличием рецидивирующей или хронической органной патологии. Телесные сенсации, которые после общемедицинского обследования остаются необъясненными, имеют высокую вероятность последующей концептуализации в качестве одного из психических расстройств [33-35]. В средне-
срочной перспективе у двух третей этих пациентов развивается депрессивный эпизод, а в 40-50% случаев выполняются диагностические критерии тревожно-фобического расстройства [23, 36-38].
При изучении клинической феноменологии необъяснимых с медицинской точки зрения расстройств
у 1 042 пациентов врачей общей практики P.D. Gerber et al. (1992) проанализировали наличие корреляционных взаимосвязей между предъявляемыми ими соматическими жалобами и диагностически значимыми признаками депрессии. Некоторые соматические симптомы имели высокую прогностическую значимость. Вероятность диагностики депрессивного эпизода при наличии нарушений сна составляла 61%, витального чувства усталости – 56%, неспецифичных (сенестопатических) костно-мышечных жалоб – 43%, болей в области поясницы – 39%, ипохондрических жалоб – 39%, неопределенных жалоб – 37% [39].
Некоторые соматические симптомы одинаково характерны для целого ряда медицинских состояний с различной этиопатогенетической концептуализацией. Многие врачи общей практики рассматривают эти симптомокомплексы (моноквалитативные синдромы) как функциональные органные синдромы и классифицируют их согласно диагностическим стандартам различных медицинских дисциплин, например, как фибромиалгию, функциональную диспепсию, синдром хронической усталости, раздраженного кишечника, вегето-сосудистой дистонии, сердечную аритмию, мигрень и т. д.
Изъяны такого диагностического подхода очевидны. Например, в 34-57% случаев обращений к кардиологу с жалобами на аритмии сердцебиения не были связаны с нарушениями сердечного ритма [40].
С другой стороны, 13% приступов суправентрикулярных тахикардий и 55% эпизодов фибрилляции предсердий протекали бессимптомно и диагностировались без предъявления больным характерных жалоб [41, 42]. Известно, что органная патология со стороны сердца подтверждается только в 43% случаев.
У трети больных сердцебиения являются соматическими симптомами в рамках депрессивного и/или тревожно-фобического расстройств [43, 44].
Интернисты, имеющие базовую подготовку в области психиатрии, уверенно классифицируют функциональные соматические синдромы, описанные выше, как соматоформное расстройство. При этом продолжается дискуссия относительно того, обоснованно ли рассматривать все эти функциональные нарушения в рамках единой общей категории соматизированного расстройства [45, 46] или следует различать отдельные (соматоформную вегетативную дисфункцию, соматизированную депрессию или тревогу, ипохондрическое, хроническое болевое расстройство) клинические образования [47].
С точки зрения реальной клинической практики, более важным является тот факт, что для описанных синдромов характерно существенное наложение на уровне симптомов и очевидная ассоциация у большей части больных с депрессивными и тревожными расстройствами [48-51].
Ассоциация депрессивных, тревожно-фобических и соматических клинических проявлений, по мнению некоторых украинских специалистов, например,
Г.Я. Пилягиной [52], является достаточным основанием для направления данного больного на этап специализированной психиатрической помощи. С таким подходом сложно согласиться, учитывая распространенность депрессивных и тревожно-фобических симптомокомплексов в структуре функциональных органных нарушений. Например, хорошо известно, что органная патология подтверждается только у 40-50% больных с жалобами со стороны сердечно-сосудистой системы.
В 30-60% случаев сердцебиения не связаны с нарушениями сердечного ритма. У трети больных сердцебиения и боли в области сердца являются патологическими телесными сенсациями при депрессивном или тревожно-фобическом расстройстве. Реальна ли такая система организации здравоохранения в Украине, при которой эти пациенты будут перенаправлены на этап специализированной психиатрической помощи? Сколько психиатров для этого необходимо? Захочет ли население отказаться от общемедицинской помощи в пользу психиатрической?

Хроническая боль как соматический симптом депрессии
Тесная связь между депрессивным настроением и симптомами боли, прежде всего хронической, была убедительно доказана во многих клинических исследованиях [32, 54-56].
У одних и тех же больных часто наблюдаются как психологические признаки депрессии, так и болевые симптомы. Поскольку и депрессивное расстройство, и хроническая боль распространены в популяции, их высокая коморбидность предположительно может быть связана с высокой вероятностью случайного сочетания этих симптомокомплексов. Однако такая гипотеза не находит клинического подтверждения. Результаты исследований свидетельствуют, что уровень коморбидности депрессивного настроения и симптомов боли значительно выше ожидаемого в результате наложения распределений независимо варьирующих признаков (57, 58). Так, в метааналитическом обзоре M.J. Bair, R.L. Robinson и W. Katon продемонстрировали, что приблизительно две трети всех депрессивных пациентов, лечившихся в медицинских учреждениях общемедицинской (первичной), специализированной психиатрической (вторичной) и узкоспециализированной психиатрической (третичной) помощи, предъявляли жалобы на боли [32]. Не менее 50% пациентов с хроническим болевым расстройством соответствовали критериям тяжелой депрессии. Разлитые, диффузные боли были более типичны для депрессивного расстройства, чем ее более локализованные варианты [32].
Риск развития тяжелой депрессии, как полагают многие исследователи, зависит от интенсивности, частоты возникновения и количества предъявляемых пациентом болевых симптомов [59-60]. Эпидемиологические исследования установили, что удельный вес лиц, предъявляющих жалобы на боль, составляет около 17,1% популяции. Из них 16,5% больных соответствовали диагностическим критериям депрессии и 27,6% – хронического болевого расстройства. В общей популяции тяжелая депрессия встречается в 4% случаев. 43,4% человек с тяжелой депрессией соответствовали диагностическим критериям хронического болевого расстройства; в выборке лиц без депрессии расстройство встречалось в 4 раза реже [61].
Описанная взаимосвязь хронического болевого расстройства и депрессии подтвердила раннее предположение W. Katon (1984) о том, что если бы пациенты с хроническими болями на этапе первичной медицинской помощи обследовались на предмет наличия коморбидной депрессии, то 60% всех депрессивных расстройств в популяции могли бы быть диагностированы врачами общей практики [62].

Диагностические сложности, связанные с квалификацией соматических симптомов депрессии в сфере первичной медицинской помощи

Рассмотрение депрессии через призму соматизации и функциональных нарушений внутренних органов типично для первичной медицинской практики. Соматическая форма презентации психического расстройства, как считают многие специалисты, может быть одной из причин низкого уровня диагностики депрессий врачами общей практики [20, 63].
В Украине врачами первичной медицинской помощи депрессии диагностируются редко. Действующий Закон Украины «О психиатрической помощи», по существу, запрещает врачам общей практики проводить диагностику и терапию психических расстройств, в том числе депрессий. В странах Европейского Союза уровень диагностики депрессий в сфере первичной медицинской помощи до конца 80-х гг. также был крайне низким. Концептуализация представлений о соматических симптомах депрессии привела в начале 90-х гг. к увеличению уровня их диагностики у больных, обращающихся к врачам общей практики, с 25-33% до 60% [17, 64]. Для врачей сложность представляют две группы пациентов.
Больные, страдающие хроническими соматическими заболеваниями, часто имеют коморбидные депрессии. Множественные органные заболевания повышают вероятность такой коморбидности [29, 64].
В общемедицинской практике депрессии, ассоциированные с хроническими соматическими и неврологическими заболеваниями, часто остаются нераспознанными, поскольку внимание врачей-интернистов обычно концентрируется исключительно на патологии внутренних органов, и ее подтверждение рассматривается ими как достаточное основание для исключения психического расстройства [65].
Многие соматические симптомы, такие как нарушения сна, боли и дискомфортные ощущения в различных частях тела, чувство усталости и разбитости, нарушения аппетита могут быть как клиническими проявлениями патофизиологических нарушений при ряде медицинских состояний, так и соматическими симптомами депрессивного расстройства. Дифференциальная диагностика может быть сложной. Соматические симптомы имеют большое значение для
концептуализации тяжелой депрессии. Их диагностическая ценность в психиатрической практике не вызывает сомнений. Сложности, связанные с оценкой значимости соматических симптомов при диагностике коморбидной депрессии у пациентов с органными заболеваниями, испытывают, прежде всего, врачи общей практики. В научной литературе не прекращается дискуссия о целесообразности разработки для ассоциированных с хроническими заболеваниями внутренних органов депрессий отличных диагностических критериев. Клинически приемлемый консенсус достигнут и заключается в том, что диагностические критерии DSM-IV и МКБ-10 для тяжелой депрессии не содержат особых указаний на случай сопутствующего органного заболевания [66-68]. Тем не менее, соматические симптомы у таких пациентов рекомендуется оценивать с учетом клинической динамики: при наличии континуальной связи с другими (аффективными, поведенческими, когнитивными) симптомами их наличие не только способствует диагностике депрессии, но и свидетельствует о ее тяжести [12].
Врачу общемедицинской практики важно знать, что, по крайней мере, 20-30% пациентов с хроническими соматическими заболеваниями страдают и от коморбидной депрессии [69]. Важно учитывать, что даже у пациентов с первично диагностированными острыми заболеваниями внутренних органов в значительном проценте случаев может быть
диагностировано депрессивное расстройство [70]. Депрессия у пациентов общей практики может быть альтернативным или коморбидным общемедицинскому заболеванию расстройством. В целом, пациентов, обращающихся за медицинской помощью к врачам общей практики, всегда следует
рассматривать как группу риска для несвоевременной диагностики депрессии [71]. Особенно часто
депрессии своевременно не диагностируются у пациентов пожилого возраста [72].
Вторую проблемную группу, вызывающую диагностические сложности у врачей в сфере первичной медицинской помощи, составляют пациенты с соматическими симптомами, необъяснимыми с медицинской точки зрения.
Если врач принимает семантику предъявления болезненных симптомов, выбранную самим больным, он рискует не распознать у него психологические симптомы депрессии. Приблизительно 50% пациентов при первичном визите сообщают доктору исключительно о телесных проблемах. О собственно психических (эмоциональных, поведенческих, когнитивных) нарушениях рассказывают не более 20% обратившихся за медицинской помощью больных [27, 29, 73, 74]. Это не значит, что существует дихотомия между телесным способом предъявления жалоб у одних больных и психологическим способом у других. При целенаправленном расспросе эмоциональные, поведенческие и/или когнитивные симптомы депрессии удается выявить в большинстве случаев расстройства, но склонность больных к большей или меньшей соматизации или психологизации своих жалоб влияет на вероятность точной диагностики [31].
У пациентов, предъявляющих многочисленные, необъясненные с медицинской точки зрения соматические симптомы, но отрицающих психологические проблемы, интернисты при первичном обращении, как правило, не думают о депрессии. Но когда пациент возвращается снова и снова, чтобы получить очередную консультацию, вероятность правильной
диагностики возрастает [75]. Ипохондричность всегда повышает вероятность диагностики депрессии врачом общей практики [76, 77].
Пациенты с соматическими жалобами, необъяснимыми с медицинской точки зрения, не являются однородной группой согласно диагностическим критериям МКБ-10 и DSM-IV. Помимо депрессии врач общей практики должен рассмотреть возможность диагностики тревожного и соматоформного расстройств [79-82]. Такая дифференциальная диагностика представляет значительные сложности в реальной клинической практике как из-за значительного перекрытия диагностических критериев, так и вследствие высокого уровня коморбидности приведенных расстройств.

Факторы, влияющие на представленность соматических симптомов при депрессии

Гендерные различия в соматической презентации депрессий
На презентацию больным соматических симптомов при депрессии влияют многие факторы. Один из наиболее изученных – гендерный. В исследовании H.P. Kapfhammer (2005) установлено, что женщины характеризуются рядом особенностей клинической типологии депрессий, в том числе более высоким уровнем соматизации [12].
В результате анализа эпидемиологических данных Национального обзора коморбидности (National Comorbity Survey) за 2002-2005 гг. B. Silverstein описал гендерные различия в распределении больных с тяжелой депрессией в зависимости от удельного веса соматических симптомов при выполнении диагностических критериев этого расстройства [83-84]. «Телесные депрессии» (депрессии с высоким удельным весом соматических симптомов) достоверно чаще встречались у женщин. Наряду с соматизацией, у женщин депрессии отличались и большей частотой диагностики коморбидных тревожных и болевых расстройств. В преморбиде у пациенток с «телесными депрессиями», нередко еще с подросткового возраста, отмечались упорные жалобы на физический дискомфорт и органные боли, которые обычно не квалифицировались врачами общей практики как симптомы депрессии. В выборке больных с «чистыми депрессиями» (которые соответствовали полным диагностическим критериям без учета соматических симптомов) гендерные различия отсутствовали. A. Wenzel, R.A. Steer и A.T. Beck в качестве еще одного, типичного для женщин, проявления «телесных депрессий» рассматривают нарушения аппетита [85]. При депрессиях с коморбидной тревогой чаще наблюдается повышение аппетита (вплоть до булимии), при депрессиях с хронической болью – снижение.
Гендерные особенности депрессий должны учитываться, прежде всего, в сфере первичной медицинской помощи.
Депрессивные и тревожные расстройства в той или иной степени всегда представлены соматическими симптомами. Врачи общей практики склонны к переоценке самостоятельной значимости телесных жалоб и пытаются интерпретировать их как проявления органных заболеваний. Наряду с этим, в сфере первичной медицинской практики следует учитывать дополнительный гендерный эффект, проявляющийся в том, что соматические симптомы депрессии и тревоги регистрируются врачами общей практики у женщин на 50% чаще, чем у мужчин [23].
В более позднем исследовании J.L. Jackson,
J. Chamberlin и K. Kroenke (2003) установили, что женщины с депрессией, обратившиеся за медицинской помощью к врачам общей практики, были моложе, чем мужчины; испытывали большее беспокойство по поводу своего заболевания; проявляли большую настойчивость в его диагностике и лечении; чаще связывали свои медицинские проблемы со стрессом; имели коморбидные психические и психосоматические расстройства; были неудовлетворены полученной медицинской помощью [50, 86-88].

Культуральные факторы и субъективная интерпретация психологических и соматических симптомов депрессии
Культуральные факторы могут влиять на способ презентации и субъективную интерпретацию больным психологических и соматических симптомов депрессии [89-91]. На первый взгляд кажется очевидным, что культура, религия, социальная организация и традиции являются важными макросоциальными факторами, которые должны существенно видоизменять особенности преимущественно соматоформного или психологического способа презентации депрессивного настроения в клинической картине депрессивных пациентов [31]. Логично предположить, что с западной культурой связана склонность депрессивных больных переоценивать соматические сенсации и испытывать сложности при идентификации собственно эмоциональных нарушений. С влиянием православной культуры может быть связана акцентированная презентация психологических симптомов депрессии, склонность больных трактовать телесные нарушения как часть душевных страданий. Приведем пример возможной семантической дифференциации при интерпретации болезненных расстройств на приеме у врача: у представителя западной культуры «душевная боль находит клиническое выражение в виде сенестопатических ощущений в области сердца»; у пациента с православной ментальностью, наоборот, «беспокойство, тревога в области сердца привычным образом сопровождаются душевной болью». В первом случае психологические переживания соматизируются, во втором – соматические симптомы психологизируются. Тем не менее, следует признать, что убедительные доказательства связи двух описанных выше способов презентации больными психологических и соматических симптомов депрессии с культуральными или религиозными различиями на сегодняшний день отсутствуют.
Международные мультицентровые эпидемиологические исследования депрессий в первичной медицинской практике, организованные ВОЗ и проведенные в 12 странах, также не подтвердили это предположение. Исследователи не смогли доказать наличие значимых культуральных влияний социума на особенности телесной презентации депрессии. Тем не менее, было показано, что удельный вес соматических симптомов депрессии был значительно выше в центрах, где пациенты испытывали недостаток в продолжительных доверительных отношениях с врачом, чем в центрах, где большинство пациентов имело личного врача [6]. Этот фактор продемонстрировал сильное дифференцирующее, не зависящее от культурального и религиозного разнообразия в отдельных странах, влияние на уровень представленности соматических симптомов депрессии.
На способ соматической презентации депрессии влияют микросоциальные представления референтной группы больного об основных психических
и соматических заболеваниях, уровень стигматизированности психиатрической помощи, субъективные представления больного о природе депрессии и ее клинических проявлениях, наличие продолжительных доверительных отношений с лечащим врачом. Существует множество моделей, объясняющих зависимость особенностей презентации соматических, депрессивных и тревожных симптомов в общемедицинской практике от особенностей социальной перцепции и когнитивного стиля как самого пациента, так и врача, к которому он обратился за помощью.
Например, можно предположить, что у части больных депрессивное настроение является непосредственной причиной обращения за медицинской помощью, но поскольку обращению к психиатру препятствует стигма, пациент предпочитает первоначально пойти на прием к врачу общей практики. Сам факт обращения за помощью к интернисту поощряет больного к детализации соматических жалоб. Врач в процессе обследования по совершенно понятным причинам также делает акцент на первоочередном анализе соматических симптомов. В дальнейшем такой пациент может видоизменить способ соматической презентации и предъявить жалобы в рамках навязанной ему доктором патогенетической концептуализации. Возможен вариант, что больной будет жаловаться не на тяжесть в груди, а на сжимающие боли в предсердечной области; не на тяжесть в спине и ногах, а на дискомфорт в позвоночнике и тупые боли икроножных мышц; не на замедления речи и мыслительных процессов, а на нарушения речевой артикуляции.
Высокая частота соматических симптомов у пациентов с депрессией может быть объяснена и наличием у многих из них коморбидной тревоги. Тревога может возникать, например, как реакция на неопределенность, связанную с наличием необъясненных соматических симптомов. Она может быть и психическим выражением диэнцефальных пароксизмов.
В первом случае ее можно интерпретировать как непосредственную причину вегетативных нарушений, во втором – как их следствие. В обоих случаях тревога может вызывать телесный дистресс и приводить к идеаторной фиксации на соматических ощущениях – ипохондрии и соматизации жалоб больного [15]. Если взять изложенные выше представления за основу, то можно предположить, что пациент с ипохондрией, обращаясь к врачу общей практики за помощью, по существу, жалуется на тревогу и неопределенность со своим здоровьем. Неудивительно, что больные с тревожным расстройством чаще, чем пациенты с депрессией обращаются за помощью к врачам общей практики. Они должны учитывать возможные эффекты различного влияния депрессивных, тревожных и соматических симптомов на презентацию больным врачу общемедицинской практики своих болезненных проявлений [92].

Предиспонирующая роль детского стресса
Основной вывод, который можно сделать из ряда эпидемиологических исследований, заключается в том, что чем больше человек был подвержен психической травматизации в детстве, особенно в раннем, тем выше риск того, что он будет страдать от хронического аффективного расстройства или рекуррентной депрессии. В результате эпидемиологических исследований установлено, что неблагоприятные микросоциальные условия, приводя к психической травме и/или нарушениям формирования детско-материнской привязанности, являются специфическими факторами риска для ряда психических и
соматических расстройств у взрослых. Этиологическая роль детского стресса установлена для соматических симптомов депрессии, соматической конверсии (соматоформной вегетативной дисфункции) [93-99], хронического болевого [100-102], ипохондрического расстройства [103], зависимости от психоактивных веществ [104-106]. Перенесенный в детстве психосоциальный стресс повышает при развитии депрессии в зрелом возрасте вероятность суицидов. Депрессии у больных, анамнез которых отягощен детским стрессом, с большей вероятностью будут характеризоваться множественными, необъясненными с медицинской точки зрения симптомами, прежде всего хроническими телесными болями. Наличие травматического опыта в дошкольном возрасте повышает риск ранней (в подростковом или юношеском возрасте) манифестации депрессии [79, 107].
Помимо пола и формы взаимоотношений врача с пациентом существует ряд других факторов (возраст, более низкий доход, пребывание в местах лишения свободы, переселение в регион с тяжелыми климато-географическими условиями, леворукость), влияющих на уровень соматической презентации депрессивных расстройств [29, 108].

Клиническая значимость и социальное бремя соматических симптомов депрессии
Большинство пациентов с депрессиями, получающих терапию антидепрессантами, не достигают состояния полной ремиссии [109-110]. По самым оптимистическим оценкам удельный вес респондеров к лечению – пациентов с редукцией симптомов депрессии не менее чем на 50% – не превышает 60% больных, получающих антидепрессанты. Эти данные означают, что многие пациенты, у которых тимоаналептическая терапия считается успешной, продолжают страдать от резидуальных симптомов депрессии и тревоги. Эти симптомы часто являются соматическими по своей природе. Их наличие в виде не отреагировавших на лечение антидепрессантами соматических симптомов и признаков психомоторной ретардации интерпретируется в качестве предикторов раннего рецидива и хронического течения рекуррентной депрессии [111-112].
Прогностическую ценность соматических симптомов депрессии для клинической практики можно продемонстрировать на примере взаимосвязи между депрессией и состояниями хронической боли.
Например, считается доказанным, что выраженность соматических симптомов, связанных с переживанием хронической боли, положительно кор-
релирует с тяжестью и продолжительностью
депрессивного эпизода, склонностью его к затяжному течению. В исследовании M.M. Ohayon и
A.F. Schatzberg (1984) было установлено, что у пациентов с болевыми симптомами средняя продолжительность депрессивного эпизода (19 месяцев) была выше, чем у больных с депрессией без боли (13,3 месяца) [113]. Состояния хронической боли у лиц, имеющих, по крайней мере, один ключевой симптом депрессии, часто ассоциированы с суицидальными мыслями [113].
D.A. Fishbain (1994) рассматривал хроническую боль как главный фактор суицидального риска при депрессии [114]. M. von Korff и G. Simon продемонстрировали существенную корреляцию между интенсивностью болевых симптомов и худшим прогнозом депрессивных расстройств [115]. Под плохим прогнозом авторы подразумевали: ухудшение функционального состояния систем органов, ассоциированных с болью, худшее общее состояние здоровья, более высокий уровень безработицы, больший риск наркотизации и полипрагмазии, более частое обращение за медицинской помощью и меньший уровень удовлетворенности ее качеством [115].
Несмотря на то, что как связанные с болью, так и не связанные с ней соматические симптомы редуцируются под влиянием терапии антидепрессантами, хронические болевые синдромы являются предикторами менее благоприятного терапевтического ответа, большей продолжительности лечения, необходимой для достижения ремиссии [116-117]. Диагностика депрессии с хронической болью является основанием для выбора антидепрессанта с двойным механизмом действия (селективные ингибиторы обратного захвата серотонина и норадреналина – СИОЗСН), а не селективных ингибиторов обратного захвата серотонина (СИОЗС), назначение которых уместно при более легких депрессиях и депрессиях с коморбидной тревогой.
Хроническая боль и другие, не связанные с болью соматические симптомы депрессии, коррелируют с более частым обращением больных за медицинской помощью, неудовлетворенностью ней [118-120], отсутствием у пациентов приверженности лечению, высокой вероятностью развития рецидива и хронического течения [121]. Депрессии с симптомами хронической боли характеризуются более высоким суицидальным риском [122] и вероятностью смерти вследствие несчастного случая [123-125].
В целом, можно сделать вывод, что соматические симптомы депрессии, подобно признакам психомоторной ретардации и поведенческим нарушениям, являются предикторами тяжелых последствий депрессии: прямых и не прямых финансовых затрат для пациента и членов его семьи [126, 127], нарушений социального функционирования [128], снижения качества жизни [129].

Биологические механизмы соматических симптомов депрессии
Депрессия может развиваться под влиянием как психосоциальных, так и биологических стрессоров. В большинстве случаев уместно говорить об их взаимодействии.
В основе соматических симптомов депрессии лежат различные нейробиологические процессы.
Не вызывает сомнений роль генетических факторов [130-133]. Особое значение имеет экспрессия
генов, связанных с чувствительностью постсинаптических D-рецепторов к дофамину (DRD), регулирующих высвобождение и обратный захват пресинаптической мембраной серотонина и норадреналина (5-НТ, SNAP-25) [131-133]. При помощи методов нейровизуализации было показано, что плотность в мозге 5-НТ-ауторецепторов, которые, как известно, принимают участие в ингибировании по механизму обратной связи 5-НТ трансмиссии, увеличивается у больных с полиморфимом гена 5-НТ-рецепторов (G-1019), вызывающим его избыточную экспрессию [130]. Такие опосредованные генами изменения могут рассматриваться как фактор предиспозиции депрессии к хроническому течению и резистентности к тимоаналептической терапии. Некоторые генные мутации имеют плейотропное влияние. С различиями в экспрессии одних и тех же генов связывают клинический полиморфизм депрессий, различную представленность в клинической структуре депрессивного расстройства соматических, психологических и поведенческих симптомов [134].
Не менее значимым считается нарушение под влиянием эмоциональной депривации и перенесенных в раннем детском возрасте психосоциальных стрессов развития гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системы (ГГНС). Аффективные и поведенческие расстройства связывают непосредственно с гиперкортизолемией. Кортизол связывается с рецепторами ядер нейронов, активирует транскрипционный механизм, модифицирует протекание большинства поведенческих, когнитивных, гомеостатических процессов: сна, аппетита, либидо, вигинитета, мотивационной сферы, концентрационной функции внимания, памяти [135].
Нейрохимической основой всего многообразия депрессий, по-видимому, являются нарушения нейротрансмиссии трех моноаминов: серотонина, норадреналина и дофамина. При этом большинство симптомов депрессии связано с дефицитом нейротрансмиссии серотонина и норадреналина.
Серотонинергические тракты берут начало в среднем мозге в области клеток шва и проходят в направлении к лобным отделам мозга, аналитико-синтетическим зонам лобной коры, базальным ганглиям, лимбической системе и гипоталамусу. Норадренергические тракты начинаются в области голубого пятна ствола мозга и частично проецируются в те же области лобной коры, лимбической системы и гипоталамуса, частично образуют специфические связи с премоторными и моторными зонами лобной коры и мозжечком.
S.M. Stahl (2002) предположил, что дефициты в деятельности специфических серотонинергических
и норадренергических проводящих путей позволяют объяснить клинический полиморфизм депрессий [136]. Например, с учетом описанных нейроанатомических особенностей моноаминовых систем мозга становится понятной большая связь недостаточности нейротрансмиссии норадреналина с симптомами психомоторной ретардации, серотонина – c тревожной симптоматикой.
Соматические симптомы, ассоциированные с вегетативными нарушениями: расстройства сна, аппетита, изменения массы тела, ангедония, снижение полового влечения, по мнению S.M. Stahl, связаны с дисфункцией гипоталамических структур и трансмиссии моноаминов [136]. Чувство физической усталости,
потери психической энергии, ухудшение концентрационной функции внимания, с одной стороны, и признаки внутреннего напряжения, снижения либидо, аппетита и пароксизмы страха, с другой, связаны с различными нарушениями нейротрансмиссии моноаминов. В первом случае определяющей является недостаточность трансмиссии норадреналина, во втором – серотонина [137].
Наиболее вероятными структурами мозга, с дисфункцией которых связана физическая усталость, являются полосатое тело и мозжечок. Значение имеют нейрохимические нарушения, приводящие к изменению нейротрансмиссии в моноаминовых трактах, передающих ощущения от тела в проекционные зоны мозга и таким образом модулирующие восприятие физической усталости. Наряду с серотонином и норадреналином, в этот процесс может быть вовлечен и дофамин. Психическая усталость может быть также связана с дефицитом трансмиссии ацетилхолина (клинически в таких случаях мы говорим о континууме состояний между псевдодепрессией на начальных этапах деменции и псевдодеменцией при церебрастенических депрессиях у людей пожилого возраста), гистамина (например, в случае депрессий при заболеваниях соединительной ткани), норадреналина (при адинамических и витальноастенических депрессиях), дофамина (при депрессиях с психомоторной ретардацией) [136, 137].
Симптомы хронической боли, по всей видимости, могут быть связаны с дисфункцией серотонинергических и норадреналинергических трактов, спускающихся от ядер ствола мозга к спинному мозгу [137]. Нарушения трансмиссии норадреналина и серотонина при болях любого генеза усиливают субъективное чувство их непереносимости [32, 136].
Само собой разумеется, что ни психологические,
ни соматические симптомы депрессии не могут быть объяснены исключительно дисфункцией нейротрансмиссии моноаминов в мозге человека. В патофизиологию депрессии вовлечены и другие нейробиологические процессы. Установлена роль нарушений ГГНС, значение дисфункции механизмов обратной связи между кортикотропным релизинг-фактором – адренокортикотропным гормоном и кортизолом. Уровень кортизола в сыворотке крови повышается при меланхолической депрессии. Важным нейробиологическим маркером депрессии считается снижение секреции нейропептида гипокретина, что приводит к нарушению обмена цитокининов, стимулирующих синтез серотонина, и к истощению его запасов в синапсах серотонинергических трактов. С нарушением экскреции гипокретина связывают такой соматический симптом депрессии, как нарушения в системе сна – бодрствование. С супрессией при депрессии нейротрофического фактора связывают нарушения нейропластичности гиппокампальных структур мозга. Атрофия гиппокампа (медиобазальный склероз) является неспецифичным патологическим процессом, описанным при наиболее злокачественном, прогредиентном течении шизофрении, височной эпилепсии, рекуррентного депрессивного расстройства. Нарушения нейропластичности,
по-видимому, позволяют понять механизмы хронификации и формирования при депрессиях когнитивных нарушений [135, 138-143].
Сложность и разнонаправленность патофизиологических взаимодействий между нарушениями нейроэндокринной регуляции и нейротрансмиссии моноаминов можно проиллюстрировать на примере клинико-динамических соотношений между депрессией и хроническим болевым расстройством [144-146]. Раздражение ноцецептивных рецепторов внутренних органов активирует нейроны спинного мозга, от которых берут начало афферентные тракты, передающие сигнал к продолговатому мозгу, зрительному бугру и далее – к проекционным зонам соматосенсорной коры, ответственным за целостное восприятие боли. От моноаминергических нейронов ствола мозга берут начало эфферентные волокна, спускающиеся к спинному мозгу и оказывающие тормозное влияние на ноцецептивную передачу. Хроническое напряжение (психоэмоциональный стресс), вызванное хронической болью, приводит к потере отрицательной глюкокортикоидной обратной связи в ГГНС и десенсибилизации глюкокортикоидных рецепторов. Это объясняет тот факт, что хроническая боль может стать причиной депрессии. Снижение трансмиссии серотонина и норадреналина при этом расстройстве, в свою очередь, может привести к дисрегуляции тормозных влияний продолговатого мозга на ноцецептивную афферентацию и усилению болевых ощущений. Потеря ингибирующего влияния глюкокортикоидов на экскрецию гипокретина и нарушение обмена цитокининов, стимулирующих синтез серотонина при депрессии, также может привести к повышению болевой чувствительности. Острый стресс может блокировать восприятие боли. Этот факт доказывает возможность ингибирующих влияний лимбической системы на соматосенсорную кору мозга. С другой стороны, хроническое психоэмоциональное напряжение, вызванное хронической болью, может приводить к усилению болевых сенсаций. С потенцирующим действием психоэмоционального стресса на восприятие боли в клинической практике мы сталкиваемся значительно чаще.

Возможности психофармакологического лечения соматических симптомов депрессии

Распространенной является точка зрения, что для лечения депрессий в общемедицинской практике предпочтение следует отдавать СИОЗС. Их применение действительно выглядит обоснованным, но при лечении не столько амбулаторных депрессий, сколько относительно простых по своей клинической типологии тревожно-фобических расстройств. Таких тревожных больных врачи общей практики нередко ошибочно оценивают как депрессивных. При лечении соматических симптомов и особенно хронической боли в структуре депрессии выбор СИОЗС в качестве препаратов первой линии выглядит менее обоснованным.
Многочисленные исследования эффективности применения СИОЗС при депрессиях продемонстрировали, что полная редукция психологических и особенно соматических симптомов депрессии может быть достигнута у относительно небольшой части больных лишь к 6-8 неделям лечения [147-149].
У большинства больных удается добиться только частичной редукции симптомов. Даже при полном купировании психологических симптомов депрессии резидуальные соматические проявления позволяют оценивать состояние больного лишь как симптоматическое улучшение, которое редко бывает стабильным и даже в случае амбулаторных депрессий нередко сменяется усилением депрессивной симптоматики. Невозможность достижения полной ремиссии ухудшает прогноз заболевания и тяжесть его психосоциальных последствий.
Как было показано выше, депрессии у больных, обращающихся за помощью к врачам общей практики, отличаются высоким удельным весом, клиническим полиморфизмом соматических симптомов, разнообразием нейробиологических нарушений, лежащих в их основе. СИОЗСН продемонстрировали большую по сравнению с СИОЗС эффективность при лечении депрессий с соматическими симптомами: большие степень редукции соматических симптомов и удельный вес больных, достигших состояния ремиссии. СИОЗСН имели преимущество не только при депрессиях с соматическими симптомами, но и у больных с хроническими болевыми состояниями, такими как при фибромиалгии, когда психологические симптомы депрессии выявить не удается [150, 151].
В настоящее время существуют доказательства обоснованности применения при депрессиях с соматическими симптомами, депрессиях с коморбидными болевыми симптомами и хроническом болевом расстройстве венлафаксина [152-156], дулоксетина [157, 158] и милнаципрана [159]. Они существенно отличаются по силе влияния на трансмиссию норадреналина и серотонина [160].
Различия между отдельными СИОЗСН и трициклическими антидепрессантами, которые также влияют на нейротрансмиссию обоих моноаминов, нередко менее существенны, чем внутри каждой из групп [161]. По соотношению уровней блокады обратного захвата серотонина и норадреналина милнаципран больше напоминает имипрамин, венлафаксин – кломипрамин, а дулоксетин – дезипрамин.
Норадренергические эффекты кломипрамина, амитриптилина и венлафаксина развиваются позже, при применении более высоких доз, чем в случае назначения милнаципрана.
Низкие и средние дозы кломипрамина, амитриптилина и венлафаксина по особенностям клинического действия подобны. Для них характерны (» 20% случаев) побочные эффекты, ассоциированные с серотониновым синдромом: диспепсические жалобы на тошноту, рвоту, жидкий стул, гиперрефлексия, нарушения координации, лихорадка, диафорез (гипер-
гидроз), тремор, гипомания, ажитация [162, 163].
Дулоксетин и дезипрамин демонстрируют сопоставимо высокую эффективность при адинамических и тяжелых меланхолических депрессиях, но отличаются высоким риском побочных эффектов, связанных с усилением трансмиссии норадреналина (развитие тремора, гипертензивного эффекта и тахикардии) [161, 164].
Описанные побочные эффекты ограничивают применение кломипрамина, амитриптилина, венлафаксина и дулоксетина при лечении депрессий с соматическими симптомами в сфере первичной медицинской помощи. Как известно, эти больные особенно чувствительны к побочным эффектам, ассоциированным с телесными сенсациями. Соматические симптомы, связанные с чрезмерной норадренергической стимуляцией или обусловленные серотониновым синдромом, амальгамируются с телесными проявлениями депрессии и оцениваются пациентами как непереносимость препаратов или утяжеление расстройства. В любом случае, вопреки рекомендациям врачей, вероятно прекращение больным приема антидепрессанта.
Клинические преимущества сбалансированных антидепрессантов (милнаципрана и имипрамина) при депрессиях с преимущественно соматическими симптомами в сфере первичной медицинской практики определяются гармоничной редукцией основных симптомов депрессии и низким уровнем как серотонинергических, так и нордаренергических побочных эффектов в любом диапазоне доз [165-168]. Еще одним преимуществом этих препаратов является снижение риска значительного реципрокного усиления трансмиссии дофамина, а при длительном применении – снижение плотности мускариновых рецепторов. Милнаципран в отличие от имипрамина не влияет на рецепторы постсинаптической мембраны, холинергические системы мозга и, вследствие этого, значительно лучше переносится пациентами пожилого возраста, чем имипрамин [169].
Миртазапин также более эффективен, чем СИОЗС при лечении соматических симптомов депрессии и/или тревоги. Препарат можно рекомендовать, например, для лечения соматических симптомов при депрессиях с коморбидным тревожным расстройством [169].
При депрессиях с чувством усталости и признаками психомоторной ретардации возможно применение ингибиторов обратного захвата дофамина,
например бупропиона, а также селективных ингибиторов обратного захвата норадреналина, например ребоксетина или атомоксетина [170].
При лечении депрессий с соматическими симптомами антидепрессанты приходится назначать на более продолжительные сроки, чем в случае депрессий с преимущественно психологическими симптомами. В ряде случаев дополнительно приходится назначать тимоизолептики (ламотриджин, соли вальпроевой кислоты, соли лития, тиреоидные препараты) [171].
В завершение следует подчеркнуть целесообразность использования разумной комбинации фармакологических и психотерапевтических подходов в случае депрессий с соматическими симптомами [168-169].

Список литературы находится в редакции.

Что такое рак?

автор:  Dr. med. Gesche Tallen, erstellt am 2003/12/11, редактор:  Maria Yiallouros, Разрешение к печати:  Prof. Dr. med. Dr. h. c. Günter Henze, Последнее изменение:  2017/06/09

Рак – это болезнь, которая начинается с мутации, когда клетка организма (соматическая клетка, т.е. не половая) начинает бесконтрольно делиться/расти. Нормальные клетки организма работают по своим внутренним часам с исправным механизмом. Эти внутренние часы регулируют, например, в какой момент клетка‎ делится, растёт и созревает, стареет и/или умирает, то есть все те естественные процессы, из которых состоит жизненный цикл клетки – так называемый клеточный цикл‎. В раковой клетке этот механизм регулирования повреждён.

В Европе дети и молодёжь в возрасте до двадцати лет заболевают раком редко. Из всех болезней онкологические составляют всего один процент в детском и подростковом возрасте.
Теоретически любая клетка организма может сломаться и стать раковой. Именно поэтому и у взрослых, и у детей существует так много разных форм рака. В зависимости от типа клеток, сколько и какие именно органы поражены, болезнь проявляется в различных симптомах. Разные формы рака должны по-разному лечиться, также по-разному оцениваются шансы на выздоровление. В некоторых онкологических болезнях в детском и подростковом возрасте мутация первой клетки началась, как думают врачи, ещё до рождения ребёнка.

Полезно знать: Рак у молодого поколения до 20 лет в Европе встречается очень редко. Это всего 1 процент из всех заболеваний у детей и подростков.

Если рак возникает в кроветворной системе (костный мозг‎), тогда он протекает в форме лейкоз‎а, или если поражается лимфатическая система‎ (например, селезёнка, лимфатические узлы‎), то говорят о лимфоме (лимфома‎). Так как в обоих случаях заболевания охватывают полностью весь организм, то специалисты называют их системными (системное заболевание‎). Рак также может появляться как солидная опухоль‎ во внутренних органах. В зависимости от того, в какой именно ткани он возник, его называют саркома‎ (из переродившейся нервной, соединительной или опорной ткани, например, в костях, хрящах, мышцах) или карцинома‎ (мутировавшие клетки на поверхности/стенках органов или желез). Кроме того, в детском и подростковом возрасте достаточно часто встречаются эмбриональные (эмбриональный‎) опухоли, их называют бластома‎ми. Они возникают из полностью незрелых клеток или из едва начавших созревание клеток (недифференцированный‎), когда ткани и органы находятся в стадии созревания. Поэтому и опухолевую ткань невозможно классифицировать/отнести к какому-то определённому типу ткани.

Типичным для раковых клеток является то, что они быстро и бесконтрольно растут/делятся независимо от того, из какого типа клеток или ткани они возникли. Одновременно они передают по наследству информацию своим дочерним клеткам, которые опасны для здорового организма. Как правило, они не способны выполнять собственное определённое назначение/функцию. Вместо этого, проникая в здоровую ткань и/или вытесняя её, опухолевые клетки разрушают саму ткань и нарушают её нормальную работу. Кроме того, раковые клетки могут покинуть место своего возникновения и попасть по сосудам кровеносной и/или лимфатической системы [лимфатическая система‎] в другие части организма, образуя дочерние очаги (метастазы). Поэтому уже в момент постановки диагноза рака необходимо исходить из того, что в организме есть мельчайшие дочерние опухолевые очаги (так называемые микро-метастазы‎), даже если их почти невозможно обнаружить с помощью стандартных методов обследования.

Поэтому недостаточно лечить только видимую опухоль. С самого начала лечение параллельно должно быть направлено на невидимые метастазы, иначе говоря проводится системное [системный‎] лечение. Неважно, из какой клетки рак первоначально появился, он почти всегда поражает весь организм.

Именно из-за этих свойств/качеств, агрессивных, опасных для всего организма, а потому опасных для жизни, онкологические заболевания также называются злокачественными.

Соматика, идеокинезис, аутентичное движение: как научиться слышать свое тело

Соматика — это общий термин для множества разных практик, которые помогают людям почувствовать свое тело, научиться более легким движениям в повседневности, успокоить нервную систему и перестать отделять тело от разума. Редактор «Афиши Daily» Вика Аракелян побывала на такой практике и рассказывает, что из этого вышло.

В прошлом году я писала большой текст о соматических практиках, ни разу не пробуя такие занятия лично. На тот момент меня уже несколько лет ужасно увлекал паблик «Тело как процесс» — там бесконечно постили видео с кровью, текущей по сосудам, клетками под микроскопом и 3D-моделями развития младенцев, а подписчики поэтично восхищались красотой такого контента и находили аналогии с человеческим танцем и движением. Все это казалось мне максимально странным, но жутко любопытным. Как человек, чувствующий бесконечный разрыв между собой и своим телом, я думала, что либо эти ребята совсем отлетели, либо им правда доступно что‑то такое, чего очень не хватает мне.

Там же постоянно мелькали объявления о соматических практиках, занятиях аутентичным движением или идеокинезисом, а на фото и видео со встреч люди ползали по полу, танцевали «от почки» или «от кости», пытались танцем повторить эмбриогенез (стадии внутриутробного развития младенца). И даже после того, как вышел мой текст, я не могла понять: неужели можно по-настоящему «ощутить себя в теле», и что это вообще значит?

Спустя год я наконец оказалась в Москве и договорилась с героиней своего текста Уранетой, что она проведет занятие на пару часов для меня и моего мужа. С собой нужно было иметь только комфортную одежду, скорее свободную, чем спортивную, а за день перед практикой нас попросили подумать о том, что мы хотим испытать и что значит наш запрос «почувствовать свое тело». В короткие промежутки свободного времени, потея, стоя в метро, я старалась сконцентрироваться и подумать: а что это, и в самом деле, значит? Для себя я сформулировала это так: почувствовать свое тело — значит по-настоящему обратить на него свое внимание, перестать отделять его от разума и перестать воспринимать все процессы в нем как что‑то пугающее и непонятное. Имея увесистый анамнез тревожного расстройства и острых приступов ипохондрии, я всегда понимала, что нахожусь слишком далеко от своего тела, и любое покалывание в нем вселяет в меня животный страх.

Мы зашли в квартиру — так как камерная практика в этот раз была только для нас двоих, все происходило в обычном жилом доме. Первые пятнадцать минут мы сидели и обсуждали наши ответы на вопросы, ожидания от практики и отношения со своими телами, а потом Уранета поделилась своим планом занятия, и мы приступили. Первым делом мы вместе делали одну из поз йоги — привычным способом, без особых инструкций. Затем предлагалось пройтись по комнате своей обычной походкой и поделать любые простые движения, которые естественны для нас: потянуться вверх, покрутиться, повертеть шеей. Пока мы ходили, мы оценивали качество своего движения — как мы наступаем, на какой ноге чувствуем больше веса. Это уже гораздо более пристальное внимание к телу, чем то, которое сопровождает нас в обычной жизни. Когда в последний раз вы задумывались о том, как ходите?

Следующим этапом занятия было то, чего я боялась после всех предыдущих опытов медитации. Мы должны были ровно стоять с закрытыми глазами десять минут, визуализируя и ощущая свое тело как стекающую каплю воды, наблюдая за ощущениями в теле. Последний раз что‑то подобное я пыталась сделать на медитации в парке Горького четыре года назад — в итоге у меня заболел зуб, возникло раздражение, и я думала только о том, когда же это все закончится и я смогу на всю жизнь оставить попытки познать дзен. Но в этот раз, кажется, получилось. Я замечала, что чем больше я погружаюсь в картинку и стараюсь поверить, что я — это капля, тем меньше мое тело качает из стороны в сторону.

В какой‑то момент я вдруг поняла, что моя капля начиналась где‑то на уровне ключиц; голова в моем сознании все еще оставалась центром, который раздает команды. Когда я охватила этой мысленной каплей и ее, голова вдруг резко стала легче, в шее пропало напряжение. Я почувствовала, будто мы с телом поговорили — и о чем‑то наконец договорились.

Следом начались упражнения из практики идеокинезиса: Уранета предложила нам лечь и представить, что верхняя часть нашего тела наполнена воздухом, а нижняя — тяжелой водой. Не отвлекаясь от этого образа, нужно было попробовать двигаться так, будто эта самая вода и инициирует движение. «Что?» — подумала я, ощущая еще более громкое «что?!» от мужа, лежащего на соседнем коврике. Но Уранета оказалась права, когда сказала, что наше тело почему‑то понимает этот странный язык: отойдя от шока и легкого кринжа, я вдруг ощутила, что мои ноги в целом прекрасно знают, как бы ими двигала вода. Со стороны эти колебания конечностей наверняка выглядели максимально неловко — но в этом огромная свобода соматических практик. Внутри занятия нет ничего неловкого или неуместного — тело может пожить своей собственной жизнью и поговорить на своем языке.

Упражнение, которое было следующим, по-настоящему что‑то во мне изменило. Во всем процессе помогало то, что Уранета признавала и объясняла, что то, что мы будем делать, — это суперстранно, но так надо. Я легла на спину с закрытыми глазами, мой муж сел у головы и держал меня за плечи, а Уранета взяла мою правую ногу и начала работу с ее костями. Она сосредоточенно смотрела на нее и проговаривала вслух, какие процессы сейчас должны происходить: сначала кость постепенно плавится, стекает сверху вниз и будто оставляет на своем месте полость, ткани вокруг смягчаются, кости больше нет. Слова она сопровождала едва заметным касанием, иногда создавая микроскопическое натяжение, иногда еле уловимо разворачивая ногу. Я чувствовала, как нога становится легче, как кость и правда будто растворяется. Затем Уранета рассказывала, как кость обратно нарастает: от пальцев и вверх врастает и сплавляется с костью таза. И это тоже моему телу было понятно — я чувствовала это возвращение устойчивости. Но самые странные и новые ощущения я испытала тогда, когда мне предложили снова встать, пройтись, как в самом начале, и сравнить качество движения. Я чувствовала, что правая нога будто стала длиннее и из нее пропало всякое усилие при ходьбе; хотелось скорее лечь и провернуть то же самое с левой, чтобы не чувствовать эту дикую разницу.

Мою вторую кость расплавить пытался муж, и я почувствовала различия: у человека, который не верит, что может заставить тебя перестать чувствовать кость, это и вправду не получается. Кажется, это действительно какой‑то отдельный и вполне осязаемый скилл — расплавить ногу своего мужа у меня тоже не получилось, и разницу в своей походке он оценить не смог. Правда, Уранета сказала, что у него в целом очень сопротивляющаяся сома (тело, совокупность всех клеток организма. — Прим. ред.): если моя нога обмякла в ее руках, до его костей с первого раза достучаться не получилось. Думаю, у нас все впереди, так как практики вполне можно унести с собой — я могу пытаться расплавить ему что‑нибудь хоть каждые выходные.

В конце мы сделали несколько упражнений из более приземленных соматических методов: техники Ханны или Фельденкрайза больше похожи на зарядку для пенсионеров, чем на духовный опыт, но все еще очень помогают наладить отношения с телом и выправить способы движения. На них, кстати, можно и остановиться тем, кто не готов десять минут в упор смотреть на чужую конечность и пытаться в ней что‑то расплавить. Затем мы снова повторили асану из йоги, которую делали в начале практики, — на этот раз в более устойчивом теле, осознавая его и присутствуя в нем. Уранета пояснила, что это одна из фишек таких практик — помочь телу двигаться более легко и эффективно, не совершая кучи ненужных усилий, которые создают напряжение и выматывают нас. А потом мы просто обсуждали и делились впечатлениями. И правильных ответов не было — можно просто честно говорить, что ты почувствовал (или не почувствовал). Вся наша практика длилась чуть больше двух часов, и я поняла, что это были, кажется, первые два часа моей жизни, которые я жила (почти) полностью телом, а не головой. Вдруг яснее представила себе, как вообще выглядят мои ноги и руки под кожей. Куда что крепится и как движется. Что тело может хотеть чего‑то само, без участия разума. И что иногда ужасно важно эти желания слышать — и просто двигаться.

Что о соматике говорит наука и как обучаются преподаватели?

Важно понимать, что соматические практики условно делятся на оздоровительные и перформативные. К оздоровительным можно отнести соматику Ханны и метод Фельденкрайза — двигательные практики, направленные на исправление осанки, поддержку при хронических болях, улучшение чувства баланса. Со стороны они часто выглядят как очень скучная и медленная гимнастика. Это потому, что каждое микродвижение вроде поворота головы или наклона туловища внутри таких занятий рассматривается особенно пристально и повторяется много раз, чтобы достичь самого эффективного и легкого способа двигаться. К перформативным практикам можно отнести направления, которые зачастую вытекали из танцевальных и театральных классов. Они не столько направлены на оздоровление, сколько на исследование собственных ощущений. Это, например, идеокинезис, основанный на мысленных образах. Во время такой практики видимого движения порой может и не быть: она больше про наблюдение своего тела в пространстве.

В случае с перформативными практиками трудно говорить о четких требованиях к преподавателям метода: занятия часто проходят в формате лабораторий, где все участники вносят свой вклад. А вот у оздоровительных направлений есть свои официальные образовательные программы. Главная международная организация, занимающаяся образованием и популяризацией соматический практик, называется ISMETA. На их сайте можно найти список одобренных центров и частных преподавателей по странам. В основном преподаватели проходят обучение в IBMT (Institute for Integrative Bodywork & Movement Therapy) на трехгодичной программе из пяти модулей. В модули входят, например, изучение паттернов младенческого развития и соматическая психология.

Есть ряд научных исследований, рассматривающих воздействие соматических практик на разные аспекты здоровья. Например, рандомизированное исследование метода Александера (еще одна оздоровительная практика) показало, что после 24 занятий у практикующих с хроническим болями значительно реже возникали болевые ощущения. А метод Фельденкрайза в исследовании 2017 года показал эффективность в улучшении чувства баланса и качества походки у пожилых людей.

Настя Синицына

Кураторка, исследовательница, ведет телеграм-блог о практиках внимания и культуре «Итогдалие»

Я считаю, что соматикой должны заниматься абсолютно все. Вопрос, конечно, в степени погружения. Но какие‑то соматические инструменты — внимание, дыхание, движение — это что‑то такое, что для повседневной жизни просто необходимо. Потому что это способ саморегуляции. Мы все время слышим слова про стресс и невыносимость бытия, но по факту стресс — это то, как мы на него реагируем, а не сам по себе внешний агрессор. И учась быть телесно устойчивым, мы можем легче себя чувствовать по жизни.

Во-вторых — это про здоровье. Огромное количество наших болезней и проблем, в том числе с нервной системой, связаны с нашей обездвиженной культурой. Соматика учит тебя двигаться, добавлять движение в жизнь. Мне очень близок этот подход, противоположный культуре агрессивного спорта. Соматический подход учит находить поводы для движения в повседневности — ты становишься более бодрым и энергичным, у тебя более ровный уровень энергии. Это очень важно в нашей культуре, где ты катаешься на американских горках продуктивности и усталости.

И третий аспект, который очень важен, — то, что соматика учит нас чувствовать себя телом, некий биологическим субъектом, неотделимым от мира вокруг. В этом есть и важный экологический аспект. Мы живем в культуре, которая вечно отрицает связь человека и окружающего мира, — есть эта дихотомия природного и человеческого, тела и разума. На таких противопоставлениях строится наше бездействие в вопросах окружающей среды, экологических катастроф. Как только ты начинаешь воспринимать мир как неотделимую часть тебя, здоровье которой важно и для твоего собственного, это меняется. А иначе получается, что, когда в Якутии горят леса, нам в Москве кажется, будто все нормально.

Подробности по теме

«Лучше, чем кинки!»: как устроены вечеринки, на которых можно только обниматься

«Лучше, чем кинки!»: как устроены вечеринки, на которых можно только обниматься

Педиатрическое соматическое отделение | Морозовская ДГКБ ДЗМ

[email protected] (для записи на плановую госпитализацию)

г. Москва, 4-й Добрынинский переулок, дом 1/9, корпус 1, этаж 2,3

ОБЩАЯ ИНФОРМАЦИЯВРАЧИСТАТЬИРАСПОРЯДОК ДНЯ


Педиатрическое соматическое отделение начинает свою историю с момента открытия Морозовской больницы. Сначала оно называлось «Терапия А», затем 4-м терапевтическим и с 1980х годов — 23-м терапевтическим отделением.

С момента открытия отделение было многопрофильным. Медицинскую помощь получали дети с заболеваниями органов мочевой системы, бронхолегочной патологией, аллергологическими заболеваниями, кардиологической патологией. В 2018 году здесь функционировало 70 коек: 50 педиатрических, 10 аллергологических и 10 нефрологических. Осенью 2018 года из состава отделения было выведено 10 нефрологических коек для формирования узкопрофильного отделения.

В настоящее время развернуто 55 коек, из них 50 педиатрических и 5 аллергологических. Пациенты размещаются в 2-х, 3-х и 4-х местных палатах. Имеются палаты повышенной комфортности пребывания.

Специализированную медицинскую помощь получают около 4 500 пациентов в год. Большая часть из них — с бронхолегочной патологией (пневмонии, бронхиты). Также в отделении диагностируют и лечат такие состояния, как крапивница (острая и рецидивирующая), ангионевротические отеки, атопический дерматит. Кроме того, оказывают помощь пациентам с острыми инфекциями мочевыводящих путей, артериальной гипертензией, реактивными артритами. Особое место отводится детям, поступившим для проведения диагностического поиска.

Деятельность врачей базируется на соблюдении принципов доказательной медицины, актуальных российских и иностранных клинических рекомендаций, тесном сотрудничестве с профильными специалистами: онкологами, гематологами, ревматологами, хирургами. Персонал стремится к постоянному совершенствованию профессиональных навыков, участвует в российских и международных научных мероприятиях.


Зимин Сергей Борисович
заведующий отделением, врач-педиатр, аллерголог-иммунолог

Бурмус Татьяна Викторовна
врач-педиатр

Ковтун Екатерина Игоревна
врач-педиатр

Нестеренко Юлия Сергеевна
врач-педиатр

Бусова Елена Сергеевна
врач-педиатр

Ахмедова София Альбертовна
врач-педиатр

Бжекшиева Зарета Сураждиновна
врач-педиатр

Катрышева Анна Сергеевна
врач-педиатр

Миловидова Елена Николаевна
старшая медицинская сестра


06:30 — 7:00 Пробуждение.
07:00 — 07:15 Измерение температуры тела.
07:15 — 07:45 Утренний туалет.
07:45 — 9:00 Выполнение утренних назначений.
09:00 — 09:30 Завтрак.
09:30 — 10:30 Врачебный обход.
10:30 — 13:00 Перевязка и другие лечебные процедуры.
13:00 — 14:00 Обед.
14:00 — 16:00 Тихий час.
16:00 — 16:15 Измерение температуры.
16:15 — 16:30 Полдник.
18:00 — 18:30 Ужин.
20:00 — 20:30 Выполнение вечерних назначений
20:30 — 21:00 Гигиенические процедуры.
21:00 Ночной сон

Время проведения медицинских процедур осуществляется согласно назначениям лечащего врача.

За нарушение режима и Правил внутреннего распорядка стационара Пациент (законный представитель) может быть досрочно выписан с соответствующей отметкой в больничном листке или справке.

Нарушением считается:

  • грубое или неуважительное отношение к персоналу;
  • несоблюдение требований и рекомендация врача;
  • прием лекарственных препаратов по собственному усмотрению;
  • самовольное оставление учреждения до завершения курса лечения;
  • выход за пределы территории.

Вернуться к списку отделений и центров

определение соматики в Медицинском словаре

somatic

[so-mat´ik]

, относящийся к телу (сома) или характерный для него.

Энциклопедия и словарь Миллера-Кина по медицине, сестринскому делу и смежным вопросам здравоохранения, седьмое издание. © 2003 Saunders, принадлежность Elsevier, Inc. Все права защищены.

so · mat · ic

(sō-mat’ik), 1. Относится к соме или стволу, стенке полости тела или телу в целом. Синоним (ы): теменный (2) 2. Связанный или связанный со скелетом или скелетной (произвольной) мышцей и их иннервацией, в отличие от внутренних органов или висцеральной (непроизвольной) мышцы и ее (вегетативной) иннервации. Синоним (ы): париетальный (3)

3. Относится к вегетативным функциям в отличие от генеративных.

[Г. sōmatikos, body]

Farlex Partner Medical Dictionary © Farlex 2012

somatic

(sō-măt′ĭk) прил.

1. Of, относящиеся к телу или влияющие на них, особенно в отличие от части тела, разума или окружающей среды; телесный или физический.

2. Относящийся к стенке полости тела или относящийся к ней, особенно в отличие от головы, конечностей или внутренних органов.

3. Часть нервной системы позвоночных, регулирующая произвольные движения, или относящаяся к ней.

4. Соматическая клетка или соматоплазма или относящиеся к ней.


так · мати · кал ·лы нар.

Медицинский словарь American Heritage® Авторские права © 2007, 2004, компания Houghton Mifflin. Опубликовано компанией Houghton Mifflin. Все права защищены.

somatic

прилагательное Относится к

1. Тело.

2. Не внутренностями.

Краткий словарь современной медицины МакГроу-Хилла. © 2002 McGraw-Hill Companies, Inc.

so · mat · ic

(sō-mat’ik) 1. Относится к соме или стволу, стенке полости тела или телу в целом.
Синоним (ы): теменный (2). 2. Относится или вовлекает скелет или скелетную (произвольную) мышцу и иннервацию последней, в отличие от внутренних органов или висцеральной (непроизвольной) мышцы и ее (вегетативной) иннервации.
Синоним (ы): теменный (3).

3. Относится к вегетативным функциям в отличие от генеративных.

[Г. sōmatikos, bodily]

Медицинский словарь для профессий здравоохранения и медсестер © Farlex 2012

somatic

1. Относится к телу (сома) в отличие от разума (психики).

2. Относящиеся к основным клеткам организма, которые делятся при МИТОЗЕ, в отличие от яйцеклеток и сперматозоидов, которые образуются при МЕЙОЗЕ. Все клетки тела, кроме тех, которые находятся в яичниках и семенниках, которые производят яйцеклетки и сперматозоиды.

3. Относится к наружным стенкам или каркасу кузова.

Медицинский словарь Коллинза © Роберт М. Янгсон 2004, 2005

somatic

  1. или относящийся к SOMA.
  2. человеческого тела в отличие от разума.

Биологический словарь Коллинза, 3-е изд. © В. Г. Хейл, В. А. Сондерс, Дж. П. Маргам 2005

so · mat · ic

(sō-mat’ik)

1. Относится к соме или туловищу, стенке полости тела или телу в целом.

2. Относится к скелету или скелетным мышцам или затрагивает их, а также их иннервацию.

[Г. sōmatikos, bodily]

Медицинский словарь для стоматологов © Farlex 2012

Обсуждение соматики пациентами

Q.Может ли депрессия привести к сужению вашего зрения и к очень пространственному зрению? Может ли депрессия привести к сужению вашего зрения и к очень пространственному зрению? Если нет, то что еще может быть фактором? Если бы не казалось, что вы действительно теряете зрение и вам нужны очки.

A. Депрессия может быть частью более широкой проблемы. Проблемы со зрением могут вызывать стрессовые головные боли или мигрени или что-то подобное. Напряжение заставит ваши мышцы заблокироваться.Некоторые из головных болей напряжения, которые у меня были, заставили меня думать, что я плохо вижу. Это было похоже на боль по всей моей голове. Мой врач с готовностью распознал этот симптом и дал мне их рецепт, и он хорошо сработал с ними, что-то, что называется Dolgic.

Дополнительные обсуждения somatic

Этот контент предоставляется iMedix и регулируется Условиями iMedix. Вопросы и ответы не одобряются и не рекомендуются и предоставляются пациентами, а не врачами.

Что означает «соматический» и почему вы хотите знать

Что означает «соматика» и почему вы хотите знать

лет назад, когда я впервые проходил курс массажной терапии. студент, заметил слово соматический в классе «Психосоматические принципы». Как и большинство людей, я слышал это психосоматический означал болезнь, которая было «все в твоей голове». Но кроме этого, я мало что знал. И тогда я понятия не имел что моя страсть к телу в конечном итоге приведет меня к соматической психология.

Этот пост представляет собой исследование, состоящее из трех частей, которое поможет вам понять что такое соматика. Таким образом, вы сможете узнать, подходит ли соматический подход к исцелению травм. подходит именно вам.

  • Часть первая: мы узнаем, что на самом деле означает слово «соматический» и какую элементарную роль оно играет в связи между разумом и телом.
  • Часть вторая: мы вернемся к основному определению травмы и выделим три конкретных способа, которыми она нарушает связь между разумом и телом.
  • Часть третья: Я покажу вам конкретные средства, с помощью которых соматическая терапия возвращает разум и тело в их правильные отношения.

Рассмотрим подробнее.

Связь разума и тела

Давайте рассмотрим слово психосоматика на мгновение. Префикс психо — происходит от греческого psykhē — невидимый оживляющий принцип, который занимает и направляет физическое тело. Первоначально этот «одушевляющий принцип» понимался как животворная нематериальная сущность человека. Другими словами, древние греки использовали psykhē так, как мы можем использовать термины дух или душа сегодня.Наше современное понимание этого включает разума или сознательного осознания , а также . Таким образом, слово психо логический означает что угодно. относящиеся к этой части нас самих или происходящие из нее. Греческое слово s ō ma , с другой стороны, относится к мясистому сосуду, который Дом Psykhē . Короче говоря, это физическое тело .

Теперь мы видим, как слово психосоматический указывает на интимная связь между разумом и телом.Со временем это стало представлять как дисбаланс в уме проявляется в теле — по сути физический недуг с психологическим происхождение. Однако в современном обиходе это слово приобрело отрицательный характер. коннотации, и поэтому она больше не используется. В наши дни его заменила сокращенная версия «соматический». Область соматической психологии занимается чем угодно. относящиеся к связи ума и тела.

Итак, какое отношение соматика имеет к исцелению от травм? К объясните это, давайте сначала исследуем критическую роль различных систем разум и тело играют в ваше выживание.Это может показаться школьной биологией для минуту, но держись со мной.

Ваш разум и тело работают над достижением баланса и стабильности

Связь ума и тела поддерживается переплетением сложные физиологические структуры и сети. Они вместе работают над часы, чтобы ваши внутренние системы были стабильными и сбалансированными. Гомеостаз — технический термин, описывающий это состояние равновесие. Если баланс в какой-либо системе наклоняется в одну сторону или другое, ваше тело даст вам знать.Как? Сенсорные нейронов создают ощущение , которое вам что-то говорит неправильный. Затем у вас появляется желание решить проблему. Это побуждение сигнализирует мотонейронам , что необходимо какое-то действие .

Например, когда вы израсходовали все калории после обеда, вы чувствуете голод, который говорит вам пора снова поесть. Если вы задерживаете дыхание слишком долго, сильная потребность дыхание поражает вас. После большого количества диетической колы вы чувствуете неизбежное желание посетить туалет.Или, если машина выезжает на вашу полосу движения, вы мгновенно реагируете на избегай это.

Короче говоря, ваш разум-тело обеспечивает средства обнаружения опасности и действия по защите от него , обеспечивающие гомеостаз . Почему это важно? Это важно, потому что гомеостаз как ваше тело достигает своей цели номер один: выживание .

Но когда вы переживаете травму, все меняется.

Травма нарушает Баланс и устойчивость

Если выживанию угрожает опасность, травма возникает, когда действий, которые вы предпринимаете для защиты, недостаточно для вашей безопасности.Имея это в виду, в моем следующем посте освещаются основные средства защиты вашего тела и разума от угроз его выживанию. Все они связаны с резким снижением вашей способности воспринимать и обрабатывать ощущения. Теперь, когда вы знаете, насколько важна эта способность, вы можете представить себе, какой внутренний хаос она создает.

Резюме

Psykhē (-psycho) означает дух, разум или сознание осведомленность. S ō ma означает физическое тело. Психосоматический (или соматический для краткости) относится к связь разума и тела.

Гомеостаз — это стабильность и равновесие в системах разума и тела. Гомеостаз поддерживается способностью чувствовать, что что-то не так, через ощущение . Это ощущение сопровождается желанием предпринять действие , которое устранит проблему. Почему? Чтобы обеспечить цель номер один для разума и тела: выживание . Травма случается, когда выживание находится под угрозой, и действия, предпринятые для защиты, недостаточны для вашей безопасности.

Объяснение 10 соматических вмешательств — Интегративная психотерапия Блог о психическом здоровье

Титрование — это процесс, в котором мы испытываем небольшие уровни стресса за один раз, с упором на снятие и «разрядку» напряжения из тела. Пендуляция — это то, что используется для достижения титрования, так как пендуляция — это когда вы переносите внимание между стрессовым содержанием и чем-то совершенно не связанным со стрессом {успокаивающим / успокаивающим содержанием}.

Вы можете сделать это, сосредоточившись на стрессовом ощущении, которое возникает, когда вы начинаете обрабатывать что-то важное. Затем вы постепенно переходите к такому ресурсу, как доверие, которое вы испытываете к отношениям в вашей жизни, или убеждение, которое вас успокаивает. Колебание между ними помогает телу медленно подключаться, а затем расслабляться в сбалансированном темпе.

8} Триумфальный акт

Триумфальный акт — термин, придуманный Пьером Жане, а позже Питер Левин и Пэт Огден часто используют это понятие в соматическом опыте и сенсомоторной работе.Этот термин используется для обозначения травмы или события, когда тело должно было принять участие в защитном акте или способе защитить себя, но не могло.

«Соматическая работа»: помощь телу в переосмыслении событий на телесном уровне, чтобы вы могли испытать облегчение.

Это потому, что прошлые события застревают в теле и разыгрываются навязчивыми образами, мыслями, напряжением, паникой. , нездоровые отношения и чувство печали или отчаяния.

Например, если вы застряли в ситуации и вам нужно было уйти, но не смогли, в соматической терапии мы поможем вам медленно погрузиться в ощущение события, которое произошло; не вдаваясь в подробности об этом, но позволяя телу вернуться к тому, что оно пережило.Затем мы проводим эксперимент, в котором тело делает то, что ему нужно, — так что вы можете двигать ногами, как будто начинаете идти или выбегать, или дотянуться до того, кто мог бы вывести эту часть вас из трудной ситуации. или даже опасная ситуация.

Еще одним триумфом может быть толкание подушки или стены, ощущение силы в руках, возможность установить границу или сказать «нет» тому, что вам нужно было остановиться в какой-то момент в прошлом, но не мог, потому что у вас не было сил, это было бы опасно, или вы не знали, как это сделать.Даже если вы больше не находитесь в этой ситуации, клетки вашего тела по-прежнему связаны с этим событием, и когда вы участвуете в акте триумфа, тело часто испытывает глубокое чувство спокойствия и облегчения на клеточном уровне, которое оно испытывало. не испытать, просто говоря о событии.

9} Последовательность

Последовательность — это процесс, в котором напряжение, основанное на теле, начинает сниматься, и обычно это происходит при начальном движении, ощущении, которое движется вверх или вниз по части тела, или эмоции, которая усиливается. а затем медленно начинает уменьшаться.Это похоже на опыт связывания, когда есть несколько домино, и как только процесс начинается, остальная часть тела продолжает последовательность; Напряжение в животе может начать двигаться вверх к верхней части тела, ощущаться как сдавление в груди, а затем ощущение тяжести в руках.

Что такое соматическая терапия и почему я должен ее попробовать?

Соматическая терапия — это уникальная форма терапии, которая сосредотачивается на связи ума и тела, чтобы помочь вызвать изменения. Соматика в основном означает связь с телом, поэтому любая соматическая терапия включает ваше тело.Возможно, вы слышали термин «психосоматика» для описания симптомов, которые врачи не могут объяснить иначе, поэтому они считают, что настоящие телесные проблемы вызваны разумом. Соматическая терапия может помочь человеку научиться пользоваться своим телом, доверять своему телу и замечать, когда у него есть физическая реакция на что-то, происходящее в его сознании.

Подумайте о тревоге. Мы часто замечаем, что тревожимся, потому что у нашего тела есть физическая реакция. Наши сердца учащаются, мы можем чувствовать, как потеют ладони, в целом потеют, чувствуется капля в животе и т. Д.Соматическая терапия может помочь нам научиться снова контролировать эти телесные ощущения, чтобы обуздать наш разум.

Теория, лежащая в основе этого типа терапии, заключается в том, что прошлые психические и эмоциональные травмы нарушают нашу автоматическую нервную систему (ВНС). Соматические терапевты работают на основе того, что наши тела держатся за предыдущие травмы и часто проявляют их позже в виде физических симптомов, таких как депрессия, беспокойство, проблемы с пищеварением, физическая боль, гормональный дисбаланс, сексуальная дисфункция и дисфункция иммунной системы.

Кому может помочь соматическая терапия?

Соматическая терапия может помочь людям, страдающим от широкого спектра психических расстройств, таких как травмы, зависимость, горе, депрессия, стресс и беспокойство. Это также может помочь людям исцелиться от прошлых травм и жестокого обращения, а также всем, кто в настоящее время имеет дело с сексуальной дисфункцией и проблемами в своих отношениях.

Кроме того, любой, кто не получал эффективных традиционных методов лечения хронической физической боли, расстройств пищеварения и других хронических заболеваний, может получить пользу от соматической терапии.

Как это работает?

Соматическая терапия сочетает в себе традиционную терапию разговорами с техниками заземления и внимательности, разработанными, чтобы помочь нам выйти из разума и соединиться с нашим телом. Во время сеанса терапевт поможет человеку сосредоточиться на своих проблемах и обратить внимание на любые физические переживания, которые происходят после того, как эти опасения будут вынесены на поверхность.

На этом этапе можно использовать различные техники, такие как глубокое дыхание, упражнения на расслабление, глубокую внимательность и медитацию, чтобы облегчить любые симптомы, ощущаемые в данный момент.

Работая с человеком в течение нескольких сеансов, человек начинает развивать связь между разумом и телом и способен высвободить давно удерживаемый гнев, напряжение, разочарование и другие негативные эмоции, которые могли застрять в физическом теле.

Общая цель соматического терапевта — помочь своим клиентам освободиться от душевной, эмоциональной и потенциально физической боли, которая мешает им полностью погрузиться в свою жизнь.

Как Brainspotting вписывается в эту картинку

Brainspotting — это вид соматической терапии.Во время сеансов мозговой активности мы исследуем, как определенные области внимания влияют на физические ощущения в вашем теле. Во время мозгового анализа терапевт будет часто проверять ощущения вашего тела и просить вас оценить их по шкале от 1 до 10. Большинство людей чувствуют, что интенсивность этих физических ощущений значительно снижается во время сеанса. Эти преимущества сохраняются и после окончания сеанса, и продолжение сеансов помогает развить этот навык и общее исцеление с течением времени.

На что обращать внимание на соматического терапевта

Вам следует искать кого-нибудь, кто имеет лицензию и опыт работы в качестве специалиста по психическому здоровью с продвинутым (и под присмотром) обучением техникам соматической терапии.Также важно найти того, с кем вам будет комфортно обсуждать личные проблемы.

Если вы или кто-то из ваших знакомых заинтересованы в изучении соматической терапии, свяжитесь с нами. Я был бы счастлив обсудить, как я могу помочь вам избавиться от боли и уйти от нее.

Артикул:

Modern Change предлагает соматическую терапию в Дареме, Северная Каролина.

Связаться сегодня

Соматик

Слово [ somatic ] восходит к греческому слову [ σ? Μα ] (soma), означающему «тело», и [ σωματικ? Σ ] (somatikos), что означает «тела». , «Телесно» или «физически».Объединение корневого термина [- soma -] с суффиксом прилагательного [- tic ], означающим «относящийся к», дает слово [ somatic ], означающее «относящийся к телу». Объединение корневого термина [- псих ] с корневым термином [- сома -] »и добавление суффикса [- tic ], означающего« относящийся к », дает нам медицинское слово [ психосоматический ] это означает «относящийся к разуму и телу».

Этот термин стал обычным явлением в научной и медицинской литературе, особенно в клеточной медицине, описывающей стволовые клетки, а в других случаях к слову добавляется префикс или суффикс и используется в другом качестве.Часто упускается из виду из-за предшествующих ему слов (например, соматические стволовые клетки ), слово соматические является важным определителем и прилагательным в определении типа клетки или чего-либо, относящегося к телу в этом отношении. Таким образом, мы исследуем происхождение этого слова и почему понимание его значения может служить решающим прилагательным в клеточной медицине.


Мышиные соматические стволовые клетки мезенхимального происхождения
Важно отметить, что в это слово «происхождение» входит обозначение того, что корневой термин [- сома -] специфичен для тела и отличается от души, разума или духа.В этом и заключается загвоздка, когда речь идет о соматических стволовых клетках или соматических клетках в целом. Совершенно необходимо признать, что при использовании термина соматические для описания стволовых клеток ученые и клиницисты говорят о клетках, происходящих из организма, которые иначе считаются взрослыми тканями. NIH дает определение соматической стволовой клетки как:

Соматические (взрослые) стволовые клетки Относительно редкая недифференцированная клетка, обнаруженная во многих органах и дифференцированных тканях с ограниченной способностью как к самообновлению (в лаборатории), так и к дифференцировке.Такие клетки различаются по своей способности к дифференцировке, но обычно она ограничивается типами клеток в органе происхождения. Это активная область исследований.

По определению, эти клетки не являются клетками зародышевой линии или эмбриональными клетками, а являются клетками, находящимися во взрослой ткани и органах с различной способностью к дифференцировке, такими как мезенхимальные клетки, показанные на сопроводительном изображении. Таким образом, соматическая клетка может описывать все, что угодно, от стволовых клеток, находящихся в почках или костном мозге.Исследования и методы лечения, направленные на использование соматических стволовых клеток, не предполагают разрушения эмбриона. Фактически, сейчас ведутся активные исследования, направленные на использование собственной биопсированной ткани для создания индивидуализированной терапии соматических клеток, что подводит нас к значению слова соматический : «относящееся к телу (и производное от него)».

Достижения науки и медицины привели к новому пониманию механизмов, лежащих в основе болезни, а также к новым стратегиям лечения.Вместе с этими достижениями появляется множество новых терминов, которые часто могут привести к путанице, а в некоторых случаях и к спорам. Одна из этих постоянно развивающихся областей — это быстро меняющаяся область науки о стволовых клетках. Поскольку наше понимание «стволовых» клеток меняется почти ежедневно, следовательно, должны меняться и наши словари. Неспособность сделать это часто может привести к недопониманию в науке, медицине, политике и даже религии.

Статья предоставлена ​​доктором О’Гарсиа, исследователем соматических стволовых клеток и писателем-медиком.

Источники:
1. Интернет-словарь этимологии, www.etymonline.com
2. MyEtymology.com www.MyEtymology.com
3. Основы стволовых клеток NIH. http://stemcells.nih.gov/Pages/Default.aspx
Примечание. Ссылки на Google Translate в этих статьях включают значок, который позволит вам услышать греческое или латинское произношение этого слова.

Соматическая дисфункция

Описание

Соматическая дисфункция определяется как нарушение или изменение функций связанных компонентов соматической (каркасной) системы.Он может включать опорно-двигательный аппарат, нервную или лимфатическую системы. Врачи обычно используют этот термин в связи с травмами мягких тканей, такими как деформации и деформации, но они значительно различаются. Соматическая дисфункция возникает сначала из-за механического ограничения, за которым следует повышение мышечного тонуса или спазм, тогда как растяжение или растяжение сначала начинаются с травмы, за которой следует механическое ограничение. Соматическая дисфункция — функциональное нарушение

Общие признаки и симптомы

Травмы соматической дисфункции обычно проявляются следующим образом:

  • Ограниченное движение
  • Крепление конструкций
  • Развитие триггерных точек
  • Сжатие или ущемление нервного, кровоснабжения или лимфатического тракта
  • Онемение
  • Покалывание

Причины

Соматическая дисфункция может быть вызвана острыми или хроническими отклонениями позы или изменениями части или области тела.Чаще всего это происходит из-за резких движений во время скольжения или падения, но также может быть из-за биомеханических отклонений, а также постуральных аномалий. Обычно это включает несколько анатомических областей для каждого пациента.

Наиболее частые области, в которых может быть диагностирована соматическая дисфункция (как указано в списке):

  • Грудной отдел (Т1-Т4), также диагностированный как дискинез лопатки
  • Грудной отдел (Т5-Т9), также диагностированный как дискинез лопатки
  • Шейный отдел
  • Поясничная область.
  • Крестец / таз с диагнозом крестцовая дисфункция

Общие рекомендации по лечению

После того, как врач поставил диагноз, соматическая дисфункция обычно лечится с помощью остеопатической мануальной терапии. Этот тип терапии обычно принимает форму мануальной терапии для манипулирования тканями посредством высвобождения триггерных точек и методов мышечной энергии, которые используются для чрезмерной стимуляции и растяжения мышц, окружающих ограниченную область.

Лекарства

Часто рекомендуются нестероидные противовоспалительные препараты, такие как ибупрофен, или другие незначительные болеутоляющие средства, такие как парацетамол.Ваш врач может также назначить миорелаксант, который может уменьшить боль и оказать успокаивающее действие на организм. Принимайте эти и все препараты только по указанию врача. Немедленно обратитесь к врачу в случае кровотечения, расстройства желудка или признаков аллергической реакции.

Сообщите своему врачу, если у вас есть:

  • Симптомы, которые ухудшаются или не исчезают в течение 2 недель, несмотря на лечение
  • Отек на пораженной области или вокруг нее
  • Сильная, постоянная боль
  • Онемение или потеря чувствительности ниже пораженной области
  • Новые или необъяснимые симптомы, которые развиваются

Профилактические мероприятия

  • Разминка и растяжка перед тренировкой или соревнованием.
  • Поддерживать соответствующую физическую форму, силу и выносливость мышц, гибкость и состояние сердечно-сосудистой системы

Ожидаемый результат

В острых состояниях большинство пациентов может ожидать полного выздоровления при соответствующем лечении. В хронических случаях, связанных с биомеханическими или постуральными отклонениями, лечение может помочь облегчить боль и повысить подвижность до безболезненного или приемлемого уровня активного образа жизни.

Проконсультируйтесь с лечащим врачом в случае более серьезных травм, не требующих оказания базовой первой помощи.В качестве дополнительного ресурса персонал Национальной детской больницы спортивной медицины может диагностировать и лечить спортивные травмы у спортсменов молодежи и подростков. Теперь услуги доступны в пяти местах. Чтобы записаться на прием, позвоните по телефону (614) 355-6000 или запишитесь на прием онлайн.

Что такое соматическая терапия?

Рабочий стресс. Невыраженный гнев. Разбитое сердце и потеря.

Проблемы в наших тканях.

Только не салфетки, заметьте. Но ткани, из которых состоят наши внутренние тела.

Сара Сили, массажистка из Нью-Йорка, хорошо разбирается в этой сложной паутине. Но во время лечения клиентов (включая голливудских актеров, таких как Вэл Килмер), она заметила, что физическая боль, которую она успокаивала, при более глубоком изучении была тесно связана с эмоциональными событиями, которые произошли в жизни ее клиента.

Именно тогда Сара открыла для себя зарождающуюся область соматической психотерапии, которая фокусируется на настройке на то, что тело должно сказать, а не на какое-либо «логическое» объяснение, придуманное разумом.

Слово «соматический» происходит от греческого слова «сома», что означает «живое тело» — в соматической терапии физическое тело рассматривается как ценный проводник — союзник на пути к психическому здоровью и исцелению… если мы учимся слушать, извлекать уроки из этого и прислушиваться к тому, что он нам говорит.

Сара стала соматическим терапевтом и поговорила с Psycom о своей работе и о том, как именно соматическая терапия может помочь в исцелении нашего тела и нашего разума.

Итак, что именно

— это соматическая терапия?

Соматическая терапия — это приближение к человеку через его тело.

Наши тела похожи на нашу конечную поездку или смерть — они здесь с рождения. Они там до самой смерти; они знают все, что когда-либо происходило с нами.

Наши тела даже помнят в утробе матери и во время беременности; они помнят наше рождение. Наши тела записывают все это. Это действительно способ обратиться к человеку, поговорив с телом. Когда мы находимся в нашем мозгу, наш логический разум может очень быстро сбиться с толку, и мы пытаемся разобраться в вещах, и это может стать очень подавляющим.Но я считаю, что когда мы начинаем передавать телу полученную информацию, это правда, так что воздух в комнате очищается. Это просто. Тело может задействовать то, что мы иногда называем кишечным инстинктом.

Какую роль играет физическое движение в работе соматического терапевта?

Доктор Питер Левин, один из основоположников соматической терапии и автор книги Пробуждение тигра , описывает, как после охоты львицы (которые все охотятся за прайдом) борются друг с другом. активно общаются друг с другом, чтобы помочь своим телам «завершить» стрессовую реакцию, вызванную самой охотой.Когда в вашей системе столько адреналина, ваше тело должно его переработать. В нашем обществе этого недостаточно. Когда мы испытываем стресс, мы склонны сдерживать его — а затем идем в кофе, алкоголь, социальные сети или что-то еще, что мы используем, чтобы немного проверить. Но этот кортизол, этот адреналин, остается в нашей системе, и единственный способ высвободить его — это движение, как это делают львицы в борьбе.

Вы можете рассматривать борьбу львов как форму соматической терапии.То, что мы привыкли делать примитивно, чтобы избежать угрозы, — это бег, лазание, прыжки, плавание, тряска, танцы — все виды движений помогают завершить эту стрессовую реакцию, преодолеть ее. В противном случае он где-то хранится.

Что происходит, когда мы испытываем стрессовую реакцию?

Наша нервная система на самом деле не понимает разницы между «это медведь хочет меня съесть», «я не могу заплатить за квартиру в этом месяце» или «этому человеку нужен ответ от меня». Он не обязательно знает разницу и относится ко всем одинаково.Вы можете испытывать значительную стрессовую реакцию из-за вещей, которые не являются ключевыми для нашего выживания — например, когда громкий шум заставляет наше сердце биться чаще или мы получаем электронное письмо, от которого мы вспотели — это небезопасно, даже когда нет никакой серьезной опасности или угрозы.

Чем занимается соматический терапевт?

Мы относимся к кому-то с уважением, действительно прислушиваясь к тому, что человек должен сказать — глядя на него, соответствуя тону его голоса — на самом деле речь идет о том, чтобы позволить кому-то чувствовать себя в достаточной безопасности для исследования своего тела.Оказавшись в месте, где они чувствуют себя в безопасности, мы обычно выполняем работу, сидя или лежа на столе. Есть практический компонент, состоящий из небольшого прикосновения и легкого движения. Если вы застряли в «застывшем» состоянии, значит, вы все это сдерживаете — вам нужно двигаться. Мы хотим идти к ресурсу, а движение — наш ресурс. Если вы не можете повернуть голову вправо или влево, вы не можете сказать «нет», у вас не может быть границ. Эти мелочи находят отклик.

С чего начать с клиентом?

Предлагая безопасность.По сути, вы чувствуете себя в безопасности или не чувствуете себя в безопасности — это два варианта. А когда вы не чувствуете себя в безопасности, самое важное для исцеления — это попасть в место, где вы можете чувствовать себя в безопасности.

Если мы не чувствуем себя в безопасности в этом мире, мы не можем общаться с другим человеком — будь то друг, член семьи, любовник или терапевт.

Итак, если вы испытываете тревогу — или вы испытываете стресс или депрессию — любую из этих эмоций, которые мы обсуждаем в клинических условиях, на самом деле все сводится к тому, что физиологически вы не чувствуете себя в безопасности.Моя работа или, по крайней мере, отправная точка моей работы — помочь создать место, где вы чувствуете себя в безопасности, чтобы мы могли успешно работать вместе.

Как выглядит сеанс соматической терапии?

Обычно мы начинаем с того, что сидим и разговариваем, а затем, в конце концов, подходим к столу и начинаем с легкого прикосновения. Во-первых, я предлагаю человеку проверить свое тело — просто понаблюдайте, что он чувствует, что замечает в своем теле.Где ваше тело соприкасается со столом? Где ваше тело контактирует с самим собой? Какую температуру вы чувствуете сейчас? Задавая эти вопросы, которые мы обычно не задаем себе, люди часто удивляются тому, что они осознают: «Боже мой, у меня болит голова» или «У меня тяжесть в плече — что это? ” Итак, теперь нам стало любопытно. Предлагая прикосновения, это помогает повысить осведомленность человека, и, предлагая мягкое движение, например, я просовываю руку под плечо, поддерживаю лопатку и приглашаю его испытать то, что происходит в этом плече.

И я обнаружил, что взрослые люди — мы в основном просто дети в костюмах взрослых — нам всем нужны те же вещи, что и детям.

Наши тела так хорошо реагируют на такие вещи, как поддержка, тепло, мягкость — предлагать эти вещи так просто, но так глубоко. Как часто в чьей-либо жизни они не чувствуют поддержки, не чувствуют тепла от людей или не чувствуют облегчения? Если я могу помочь позволить их телам иметь это, это сообщит их телам, что это возможно и что они могут найти это внутри себя — вот где начинаются огромные преобразования.

Обнаружили ли вы различия в реакции мужчин и женщин?

Мужчины немного медленнее подходят к такой работе, даже если они просто получают массаж. В обществе все еще существует стигма — часто не воспринимается весь спектр мужских эмоций.

Каждый клиент-мужчина, которого я видел, может точно определить момент в своей жизни, когда его отец, старший брат, тренер, учитель, даже женщина иногда говорили «мужик вверх» или «мальчики не плачут», или «о, ты получил травму, уходи.”

Мужчин (и мальчиков) очень быстро учат, что единственные приемлемые эмоции, которые у них есть и которым разрешено проявлять в обществе, — это сила, власть и гнев. Им разрешено злиться, но нельзя расстраиваться. Когда вы набираете это в бутылку, это создает большое давление. Когда мужчины, наконец, появляются на моей практике, они часто становятся калеками из-за беспокойства. Они устали. Их проблемы закодированы в их тканях. Честно говоря, я даже не думаю о них как о проблемах, я думаю о них как о травмах.

Как соматическая терапия может помочь кому-то восстановить чувство собственного достоинства?

Соматическая терапия воплощает кого-то в соединение с тем, что происходит внутри него. Это учит вас слушать себя. Я думаю, что именно поэтому самопомощь не работает. Потому что с самопомощью всегда кто-то другой говорит вам, что делать. Это позор. Вы читаете эту книгу по саморазвитию, потому что с вами что-то не так. Он все время подталкивает к этому обедневшему мышлению, что вас недостаточно.

Почему соматическая терапия так нравится вам?

Все, что мы подавляем, выражается. Если у нас много гнева и мы подавляем его, он будет просачиваться из нас в повседневной жизни. В «освобождении» есть большая свобода, и соматическая терапия может помочь получить доступ к тем местам в теле, где мы держимся за вещи и испытываем физический, психический и эмоциональный дискомфорт или боль.

Я говорю на своем веб-сайте, чтобы жить полноценной жизнью, мы должны жить полностью воплощенными, что означает выравнивание тела, разума, сердца и души.Соматическая терапия требует осознания настоящего момента, помещая вас прямо в «здесь и сейчас», и позволяет нам исследовать напряжение тела, мимические жесты и другие физические ощущения с помощью комбинации диалога, движения и прикосновения. Соединяя и слушая сообщения, передаваемые в теле, я могу помочь клиентам сделать выбор, который поможет им двигаться по жизни с большей легкостью и свободой.

Последнее обновление: 28 окт.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *