22.06.2021

Деспот семейный: Семейный деспот и как его узнать заранее ≪ Scisne?

Содержание

Семейный деспот и как его узнать заранее ≪ Scisne?


Сначала ответим на вопрос, кто такой деспот?.. Прежде всего, это человек, который обладает неограниченной властью и с удовольствием ею пользуется. Такая власть над другим человеком предусматривает воинственный захват чужой личной территории, топтание чужих психологических границ и уничтожение всех несогласных. Причем делаться все это может с искренней уверенностью в необходимости таких действий для жертвы. Просмотр без разрешения электронной почты, чтение сообщений на мобильном телефоне, личной переписки в социальных сетях, навязывание вкусов в одежде, при просмотре кинофильмов, прослушивании музыки и так далее — все это и есть топтание личных границ другого человека, признаки давления на женщину в будущем, после регистрации брака.

Но есть нюанс, на который я хотела бы обратить внимание представительниц прекрасной половины человечества. Практически все мужчины знают, «как надо» и какие-то советы могут давать любимой честно — без стремления навязывать свою точку зрения. При этом они могут обращать ваше внимание на то, что лучше надевать, как пользоваться косметикой (например, от какой помады для губ вам лучше избавиться), что может считаться хорошим кино, а что — напрасной тратой времени. Даже могут критиковать вашу телефонную переписку, но и это не будет являться патологией до тех пор, пока мужчина спрашивает ваше разрешение входить в ваше личное пространство, и вы ему это позволяете.

Распознать будущего семейного деспота сложно, но возможно. Для этого женщине необходимо очень внимательно слушать мужчину. Необходимо обращать особое внимание на то, что он считает для себя ценным, значимым, что представляют собой его взгляды на разные вещи. Если мужчина говорит вам: «Я считаю, что женщина должна знать свое место» или «Я — мужчина и лучше знаю, что нужно», задумайтесь. Вряд ли вы будете чем-то значимым в его жизни. Скорее всего, вам в браке будут отведены только вторичные роли.

Если «светлая сторона» семейного деспота — это образ Хозяина (который, кстати, привлекает многих женщин), то «темная сторона» — это образ людоеда-разрушителя.

Да, такой мужчина обеспечивает семью, сохраняет и улучшает благосостояние, несет ответственность за все, что происходит в доме и с домашними. Он словно «каменная стена», за которую не проникают никакие заботы внешнего мира. Женщина рядом с ним чувствует себя уверенной в завтрашнем дне. Но плата за такую уверенность иногда очень дорогая — семейный деспот неизбежно стремится установить свое превосходство над домашними всеми средствами, которые ему придут в голову, контролирует жену и детей во всем и достаточно жестко. И радость от пребывания за «каменной стеной» исчезает, а цветной мир женщины тускнеет.

На что нужно обратить внимание при знакомстве с мужчиной, чтобы избежать в браке такого сценария?.. На место матери в семье жениха и невесты. Если насилие над женщиной, унижение ее достоинства — обычное явление в семье жениха, то весьма вероятно, что молодой муж будет считать это нормальным и копировать поведение своего отца. Если в семье невесты мать всегда на второстепенных ролях, забита и унижена, то и молодая жена в браке, скорее всего, будет вести себя, как «человек второго сорта». К тому же девушка может на уровне подсознания искать себе такого же мужа, как ее отец — то есть, семейного деспота.

Но, разумеется, есть и исключения. Если то, что происходило в родительских семьях, женщине и мужчине не нравится, они могут вести себя в своем браке «от противного». Тогда, если мужчину начнет «заносить», то на него можно будет воздействовать рядом вопросов. Например: «А помнишь, твой отец именно так говорил с твоей матерью! Тебе это нравилось?».

Должна ли женщина мириться с жизнью под давлением и страхом?.. Нет! Когда у нее появляются какие-то сомнения («Он столько для меня сделал, выучил, вытащил на новый уровень, дал новый статус, благосостояние»), то необходимо задуматься: а свои ли мысли я ретранслирую? Не навязаны ли сомнения мужем-деспотом? На самом деле женщина ничем не обязана мужчине. Он должен заботиться о семье, обеспечивать благосостояние, а женщина — стремиться делать дом уютным, наполненным нежностью и любовью.

Заботы, нежность и любовь — уже достаточная плата со стороны женщины за то, что делает для нее и для детей мужчина. Неограниченная власть над домашними — это уже слишком. Признательность — дело хорошее, но только в том случае, если не переходит в слепое поклонение. Терпеть насилие над собой только из благодарности нельзя…

Семейный деспотизм | Понятная психология

Со случаями семейного деспотизма мне, как психологу, приходится сталкиваться часто. Это серьезная семейная проблема, решение которой требует серьезной работы. Основная сложность состоит в том, что большую часть этой работы должны проделать члены семьи, живущие с деспотом. Сохраняя при этом высокий уровень толерантности, и проявляя бесконечное терпение ради того, чтобы исправить ситуацию. Это очень сложно, но возможно. Как видите, сложность заключается не в методах решения проблемы, они достаточно просты, а в их практической реализации. В любом случае попробовать стоит.

Признаки деспотизма в семейных отношениях

Источником семейного деспотизма является один из членов семьи, который пытается доминировать над другими ее членами.

  • Семейный деспот навязывает всем собственные взгляды, свой стиль жизни, покушается на свободу членов семьи и требует, чтобы все вели себя исключительно в соответствии с установленным им набором правил.
  • Деспотичное поведение неизбежно приводит к частым ссорам и семейным конфликтам. Семейные отношения претерпевают неестественные трансформации из-за деспота и чувство единства, взаимной любви и заботы в такой семье нарушаются. Не только муж, как многие могли бы подумать, но и жена, свекровь, теща, свекор или тесть, проживающие с семьей и даже ребенок, могут быть семейными деспотами.
  • Никакие просьбы, увещевания и мольбы на деспота не действуют. В лучшем случае он их просто не слышит, в худшем, они вызывают у него еще большие приступы гнева и возмущения. Таким образом, все усилия что-либо изменить в этих тяжелых отношениях терпят провал.
  • Семейный деспот высокомерен и никогда не обращается с другими членам семьи уважительно. Это проявляется как словесно, так и физически. Швыряние предметов, рукоприкладство (без тяжелых последствий), угрозы физической расправы, сопровождаемые оскорблениями – характерный набор методов деспотичного воздействия на членов семьи. Всем своим поведением он демонстрирует, что ни в ком не нуждается и всегда в любой ситуации выступает «против». Угодить ему практически невозможно.
  • Образ мышления семейного деспота и неадекватная реакция на любые ситуации создает неразрешимые проблемы в поисках контакта с ним, и что бы ни делалось в этом направлении, какие бы попытки «вразумить» деспота ни предпринимались, они неизменно оканчиваются ничем. Стоит ли говорить, что подобное поведение делает невозможным поддержание нормальных семейных взаимоотношений на протяжении длительного времени. Если своевременно не принять меры, такая семья не сможет существовать долго.

Теперь, когда мы поняли, что такое семейный деспотизм, давайте узнаем о том, есть ли возможность изменить ситуацию и справиться с этой проблемой.

«Укрощение» деспота

Как вы уже поняли из всего сказанного выше, борьба с семейным деспотизмом не самая простая задача. И главная сложность заключается не в методах борьбы с этим явлением, а в необходимости слаженных, твердых и решительных действий всех членов семьи. Проявление малодушия, страха и непоследовательности сведет все усилия к нулю. Это нужно хорошо понимать и крепко запомнить. Действовать нужно, начиная с самой ранней стадии проявления деспотических наклонностей. Каждый день промедления работает против вас!

Я не рассматриваю случай, когда деспотичное поведение перерастает в тяжелое психическое расстройство и семейный деспот не способен себя контролировать до такой степени, что представляет реальную опасность для жизни и здоровья других членов семьи, проявляя садистские наклонности. В такой ситуации не обойтись без помощи правоохранительных органов и психиатрического лечения.

Основная тяжесть решения задачи по «укрощению» деспота ложится на тех членов семьи, которые имеют по отношению к нему определенные права. Это может быть право старшинства, а также моральное или материальное превосходство, выраженное в той или иной степени. Нужно, чтобы это был член семьи, разрыв нормальных отношений с которым создаст для семейного деспота, пусть даже и маленькие, но проблемы. Единственное, чего делать категорически нельзя, это использовать для этой цели несовершеннолетних детей, ни прямо, ни косвенно.

Для начала, следует дать ему понять, что такое поведение создает проблемы, и семья может порвать с ним отношения. Здесь важно выступать не только от своего имени, а от имени всех членов семьи. Тон разговора должен носить ультимативный характер и не иметь ничего общего с увещеваниями, просьбами, мольбами и взываниями к совести.

Деспоту нужно твердо и однозначно сказать, что дальнейшие отношения могут продолжаться только при условии, что он будет, прежде всего, выполнять свои обязанности как член семьи, а только потом ожидать подобного от других. Можно прибегнуть к информационному бойкоту и преподать ему «урок», не вовлекая деспота в принятие любых семейных решений.

Конечно, проблематично ожидать, что изменения последуют сразу, следовательно, вы должны дать ему достаточно времени и шанс показать, что он сознает свою ответственность перед всей семьи. Во многих случаях подобные меры помогут вернуть мир и радость в семейную жизнь.

Хотя предлагаемые методы просты по своей сути, их реализация на практике очень сложна. Вы должны принять этот вызов с твердостью и открытым сердцем, действовать быстро и решительно, пока ситуация окончательно не вышла из-под контроля.

ОТ АВТОРА: Мои ответы в комментариях являются мнением частного лица, а не рекомендацией специалиста. Я пытаюсь ответить всем без исключения, но к сожалению физически не успеваю изучать длинные истории, анализировать их, задавать по ним вопросы и потом подробно отвечать, а также я не имею возможности сопровождать ваши ситуации, потому что для этого требуется огромное количество свободного времени, а у меня его очень мало.

В связи с этим, очень прошу вас задавать конкретные вопросы по теме статьи, не расчитывать, что я буду консультировать в комментариях или сопровождать вашу ситуацию.

Конечно, вы можете проигнорировать мою просьбу (что многие и делают), но в таком случае будьте готовы к тому, что я могу вам не ответить. Это не вопрос принципа, а исключительно времени и моих физических возможностей. Не обижайтесь.

Если Вы хотите получить квалифицированную помощь, пожалуйста, обращайтесь за консультацией, и я с полной отдачей посвящу Вам свое время и знания.

C уважением и надеждой на понимание, Фредерика

Перейти на страницу «Консультация»

Домашняя тирания

Домашним тираном, подчиняющим себе близких, может быть любой член семьи: «Пока будет существовать стереотип разных ролей мужчины и женщины в обществе, до тех пор мужчина, будучи насильником, будет чувствовать себя сдавшим эту норму ГТО…» «Если жена диктатор, значит наш слушатель нуждался в этом диктаторе…» «Вот этот ребенок, мы его очень ждали, мы его очень любили, но теперь он настоящий тиран…» Специалисты предупреждают: своими силами справиться с проблемой моральной тирании мало кому удается…
«Но пока этот человек дойдет до психоаналитика, он, скорее всего, или кого-нибудь зарежет или загубит собственную жизнь…»
Как усмирить домашнего деспота? Случайно ли люди становятся жертвами тирании? И отчего близкие с таким наслаждением подавляют друг друга? Об этом — психоаналитик, писатель, детский психолог, актриса и слушатели «Свободы». Сегодня мы поговорим о том, как один член семьи может отравлять жизнь остальным. Психологи называют такую ситуацию домашней тиранией или семейным деспотизмом, и в различных кризисных центрах — теперь уже не только в Европе и Америке, но и в России — помогают тем, кто пострадал от насилия со стороны близких. Правда, в большинстве случаев такие центры работают с жертвами физического или сексуального насилия. А вот тем, кто страдает от морального и эмоционального деспотизма, обратиться некуда, ибо никакому наказанию домашние тираны не подлежат и зримых следов своей деятельности не оставляют. В сегодняшнем разговоре принимают участие: писатель, психолог Мария Арбатова, детский психолог Анна Скавитина и преподаватель факультета психологии МГУ, Президент Московского общества аналитической психологии Станислав Раевский. Начнем мы с опроса москвичей, которые на улицах столицы отвечали на вопрос: страдаете ли вы от деспотизма членов вашей семьи? «Да, я испытываю со стороны своей дочери. Она, наверное, считает, что я слишком много внимания уделяю каким-то запретам, пытаюсь ей что-то объяснить, то, что, она считает, знает сама. Она может сказать — «отстань от меня, я сама знаю, что мне делать». Она вышла из-под моего контроля, ей уже 24 года, она взрослый человек». «Я год назад женился. От жены я испытываю именно то, что вы сказали. Как раз в этом году закончил в институт и не смог так хорошо устроиться, так получилось, что моя жена получает больше, чем я денег. Мне очень тяжело и даже не хочется домой возвращаться. Если так будет продолжаться, то, я думаю, из наших отношений ничего хорошего не выйдет». «Мне 17 лет, соответственно, хочется пойти на дискотеку вечером, куда-то с друзьями, но родители, так как еще нет совершеннолетия, не воспринимают мои желания, на этой почве часто возникают конфликты, в основном с мамой, ругаемся страшно. Родителям не нравится моя компания, так как считают, что среди моих друзей много наркоманов, хулиганов, воров и все такое. Родители часто не выпускают меня из дома. Начинается депрессия, были такие мысли покончить с этой бренной жизнью». «Мне 12 лет, иногда родители бьют меня, тогда я ухожу из дома. Бывает такое, что родители надо мной издеваются, шутят как-то очень плохо, иногда перед всеми меня обзывают». «Страдаю. У меня сестра, у нее изменился характер, в общем-то он и был у нее непростой, а сейчас стал еще труднее. Она угнетается сама, очень реагирует на слова, которые ей скажешь, как-то их немножко преломляет по-другому, вероятно, и поэтому у нее процесс происходит психологического ущемления. Вообще-то это зависит от меня и от моего отношения. Если я раздражаюсь, если я не принимаю это, то она, конечно, хуже ведет себя. Если с любовью относиться, но это очень трудно. Трудно терпеть, трудно быть в состоянии любви, трудно быть в состоянии доброжелательности, потому что какие-то осуждения возникают». «До определенного возраста, поскольку я люблю порядок в моем понимании, то я хотел, чтобы и другие следовали этому порядку. Хотя я убедился, что это не совсем правильно, надо как-то убеждать, надо, чтобы все шаги с моей стороны происходили в мягкой форме, чтобы человек увидел, что это непорядок и чтобы стало хорошо. Теперь деспотизм я часто вижу со стороны своей жены. Она очень любит, чтобы по ее было, а это не всегда нужно и даже не то, что нужно, а часто даже не нужно». «Да, меня теща достала просто. Так получилось, что живем в одной квартире уже давно, вот она меня и достала. Устал просто от нее. Самое страшное, что жена почти всегда не ее стороне, вот они вдвоем против меня и объединяются. Разводиться пока не хочу, буду терпеть». Татьяна Ткачук: Многие не сразу понимали заданный им вопрос, однако стоило объяснить, что под деспотизмом мы понимаем не только побои или иные зверства, а и тенденцию морально подавлять, подчинять всех и вся своей воле или, как говорят, «строить» всех в доме, — респонденты оживлялись. Оказалось, что лишь в малом количестве семей обошлось без таких «полководцев». Больной, узнав диагноз, часто спрашивает врача: доктор, скажите, откуда это у меня взялось? Мария Арбатова, как полагаете Вы: откуда берутся домашние тираны — приходят в семью уже, как говорится, «в готовом виде» или создаются нашими же руками, руками близких? Мария Арбатова: Если говорить о нашей стране, то мы только что вышли из-под гнета тоталитаризма и до сих пор находится в модели, которая называется «насилие как норма жизни». И в этом смысле есть общественный стереотип, который как бы предписывает лидеру в семье быть тираном. С другой стороны, тираном, естественно, становится не тот человек, на которого автоматически упала роль лидера, а тот человек, у которого есть какой-то анамнез для этого, какая-то внутренняя детская история, который таким образом привык манипулировать близкими. Потому что существует масса вариантов манипуляций. И в этом смысле домашние тираны берутся из нашей истории, из нашего менталитета и из тех детских травм, которые мы получили от своих родителей. Татьяна Ткачук: Спасибо, Мария Арбатова. В древнерусском обществе глава семейства, муж, был холопом по отношению к государю, но государем в собственной семье. Считалось, что человек, не угнетающий свою жену, «о своей душе не радеет» и «дом свой не строит». А вот исторических свидетельств женского деспотизма почти не осталось — разве что упоминания о барынях, подобных Салтычихе, издевавшихся в основном над крепостными, но все же не над близкими. В нашей почте писем от женщин больше, чем мужских — Татьяна, например, пишет о том, как в первом браке настрадалась от деспотизма мужа и собственного неумения сопротивляться этому. Позже мой бунт, пишет Татьяна, привел к разрыву… С какими случаями чаще сталкиваются практикующие психоаналитики сегодня — в основном жены жалуются на тиранию со стороны мужей, или приходят мужья, угнетаемые властными женами? Станислав Раевский: Тирания, та, о которой мы говорим, она может прятаться и за психосоматическими расстройствами, и за депрессиями, за страхами. Ко мне обратилась девушка, назовем ее Ирина, с сильными страхами, которые мешали ей вести нормальную жизнь, в частности, ездить на транспорте. Ее страх оказался самым мощным тираном, он ей не давал ступить шагу и критиковал ее за каждое ее действие. На вопрос, чьим голосом говорит этот критик, я получил ответ — конечно, это голос отца. И после этого мы стали говорить о тирании отца в детстве и сейчас. Что интересно: если в начале психоанализа Ирина ловила каждое мое слово, была послушной девочкой, постепенно она все больше стала критиковать меня, мои интерпретации, мое отношение к ней. То есть вот этот тиран он стал оживать в ней, постепенно, он делал ее смелой, ответственной и отделял от родительской семьи. Или другой пример- муж, у которого проблемы с алкоголем. В его глазах жена это тиран, от которого надо бежать в теплую мужскую компанию. Но одновременно она спаситель — найдет в подъезде, домой приведет, согреет. В семье роль тирана, как и больного, она может быть закреплена за определенным членом семьи, но этот внешний тиран он выражает внутреннего тирана каждого члена семьи. Поэтому приручить тирана — это работа внутренняя, работа аналитическая, тогда внешние тираны уже достать не смогут. Но возвращаясь к вопросу, кто же чаще, конечно, мужчине сложнее признаться в тирании жены даже психологу, проще на рыбалку или к любовнице сбежать или всех женщин в стервы записать. Татьяна Ткачук: Станислав, еще один из наших слушателей написал, что в его семье диктатор и тиран — супруга, молодая и вполне современная женщина. В чем моя ошибка, почему так получилось, спрашивает Андрей, и я попрошу ответить слушателю «Свободы» Станислава Раевского. Станислав Раевский: Дело не в ошибке, браки, если они не на небесах заключаются, то в нашем подсознании. Неслучайно человека себе в супруги не выбираем, бессознательно основываемся на собственных личностных проблемах. Если жена диктатор, значит, наш слушатель нуждался в этом диктаторе, своего внутреннего диктатора не замечает и боится. Когда он встретится со своим внутренним диктатором, поймет, что это за диктатор, тогда и жена таким диктатором не будет. Татьяна Ткачук: Станислав, вы сейчас сказали, что роль тирана в семье закреплена. Получается, что роль жертвы тоже закреплена как-то изначально? Станислав Раевский: Закреплена. Могут происходить изменения, в какой-то момент роли могут поменяться. Часто мы с этим сталкиваемся, особенно в длительной работе, роли меняются, тот человек, который был жертвой, легко становится тираном и начинает преследовать вокруг всех остальных. Татьяна Ткачук: Единственный ребенок, залюбленный и окруженный сумасшедшей заботой, нередко становится маленьким деспотом, не желающим встречать сопротивления своим желаниям. Кстати, таких писем на сайт «Свободы» пришло немало. Вопрос — детскому психологу Анне Скавитиной: уместно ли в таких случаях говорить о некой генетической предрасположенности к подобному типу поведения (об этом часто спрашивают слушатели — мол, может, просто нам не повезло с ребенком?) или все же деспотами не рождаются? Анна Скавитина: Существует и генетическая предрасположенность, если у ребенка органические поражения мозга, в частности, это эпилепсия, которая может вызывать приступы немотивированной жестокости и агрессивности. Но случаи реальной эпилепсии очень редки. К сожалению, для родителей, которые пытаются найти генетические корни в поведении детей, почти никогда они их не обнаруживают. Почему к сожалению? Потому что когда родители приходят и приводят ребенка, приходят и говорят — вы знаете, у нас есть целая стопка медицинских заключений, которые подтверждают, что наш ребенок имеет органические поражения мозга, и нам кажется, что эта агрессивность и этот деспотизм, который он проявляет в семье, это обусловлено именно его медицинскими показаниями. В частности, мальчик Сережа, папа которого врач, и который мог пройти все необходимые исследования, получить все необходимые справки, он привел ко мне своего сына на прием и сказал: «Вы знаете, моему сыну четыре года, я серьезный человек, я доктор наук, я бизнесмен, вот этот ребенок, мы его очень ждали, мы его очень любили, но теперь он настоящий тиран. Потому что, об этом никто не должен догадываться, но я каждое утро и каждый вечер лежу на коврике, катаю по себе машины, заставляю своего любимого Сереженьку взять в рот ложечку. Потому что мой ребенок имеет такие поражения мозга, не может даже держать ложку в руке, и заставляет меня проделывать разнообразные манипуляции для того, чтобы ребенок не умер с голоду!» Когда мы начали работать, выяснилось, что мальчик прекрасно держит ложку в руке, имеет довольно тонкую моторику, очень хорошо владеет своими руками, но знает, каким образом можно воздействовать на своих родителей, чтобы родители оказали ему максимум внимания. И это способ активного манипулирования, который к своим четырем годам он очень хорошо освоил. Поэтому, конечно, к сожалению для родителей, деспотов из своих детей мы все-таки воспитываем. Татьяна Ткачук: Скажите, пожалуйста, Анна, до какого возраста ребенка не поздно попытаться что-то изменить, скорректировать такое поведение ребенка? Анна Скавитина: Никогда не поздно. Дети — они чем хороши? Тем, что у них психика более лабильная, чем у взрослых. Если взрослых придется корректировать долгими годами психотерапией, психоанализами, то детям бывает достаточно полгода и года. Чем младше ребенок, тем быстрее он поддается определенной коррекции. Проблема еще бывает в другом, в том, что, как прозвучало в истории, когда мама говорит, что дочка является деспотом в семье. О детях часто говорят, что они тираны, но на самом деле может быть это не так, может быть родители являются тиранами по отношению к детям? Они предъявляют к ним повышенные требования, и детям ничего не остается, как приставать к родителям, доставать их, вести себя асоциально. Потому что они не могут по-другому, они не знают, как себя по-другому выразить, как выразить те чувства накопленные, которые у них есть… Татьяна Ткачук: И, очевидно, чтобы отстоять свои права? Анна Скавитина: Конечно. Татьяна Ткачук: «Домашним деспотом в нашей семье была бабушка, — пишет нам Анна из Москвы. — Противостоять этому было невозможно. Самому старому члену семьи полагалось оказывать всемерное уважение, а в ответ на всех нас сыпались шишки в виде бесконечной ругани и поучений». Мне на глаза недавно попался очерк о сорокалетней жительнице города Курска, которая сдала в дом престарелых свою мать. Автор статьи пишет, что поначалу была жутко возмущена этим фактом, но, выслушав монолог женщины, которой мать отравила всю жизнь советами, запретами, симуляцией болезней и ненавистью к зятю, — жалела уже дочь, а не мать. Понятно, что обратиться куда-либо с жалобой на довлеющую собственную маму или папу, — неприлично и глупо. Как вести себя с пожилым домашним тираном? Станислав Раевский: Очень трудный вопрос. Как тут соединить сочувствие, заботу о старшем поколении, о родителях, бабушках, дедушках и отстаивание своей позиции, своих жизненных принципов, своих жизненных интересов. Для меня таким окончательным критерием завершения психоанализа является ситуация, когда клиент может установить новые, теплые, действительно взрослые отношения со своими родителями. Раньше произойдет все остальное, раньше будут хорошие отношения на работе, успешность в карьере, раньше будут установлены хорошие отношения со своими детьми, с супругами и в последнюю очередь с родителями. Это сложнее всего в каком-то смысле. Что может здесь помочь? Во-первых, помогает такой перевод монологов пожилого тирана с языка претензий и критики на язык тревог и страхов. Как мы это могли бы сделать? Такое классическое: «Почему ты до сих пор не замужем?!» Можно перевести: «Как я боюсь, что тебе будет еще хуже, чем мне…» Второе: это хорошее знание своих слабостей и их принятие. Если мы не принимаем свои слабости, то будем легко ловиться на крючки обид наших близких. Наши близкие, особенно старшие близкие очень хорошо и точно попадают в наши болевые точки. Поэтому, конечно, их надо знать. И последнее, часто у детей есть мифы, с моими клиентами я в этом часто убеждаюсь, что родители без них не проживут. Если я начну свою жизнь, свою самостоятельную жизнь, если я не буду так часто навещать своих родителей, то случится что-то невероятное и ужасное, родители разойдутся или им будет плохо, они просто умрут без моей психологической поддержки и моего вмешательства в их жизнь. Здесь действительно трудно определить, кто является тираном. Этот миф часто прикрывает собственно эмоциональную зависимость от родителей. Татьяна Ткачук: То есть вы хотите сказать, что одним из методов избавления от тирании пожилого человека является более редкие посещения дома родителей? Станислав Раевский: С одной стороны, в некоторых случаях это так. Но действительно наиболее сложный случай для нас, психоаналитиков, это те случаи, когда наш клиент продолжает жить со своими родителями, он не вышел из родительской семьи. Татьяна Ткачук: Может быть он живет с родителями в силу того, что родители уже достаточно беспомощны? Станислав Раевский: Часто это является мифом, подкрепляющим свою несамостоятельность, свое нежелание начать жизнь, брать ответственность, встречаться с реальными трудностями. У меня есть такие клиенты, которые так и говорят — я не могу уйти от моих родителей, потому что я все равно буду звонить им каждую минуту, справляться об их здоровье, они такие старые, беспомощные. Но когда начинаем работать, мы видим за этим совсем другие проблемы — страх установления глубоких отношений с кем-то другим, страх выйти из этой первичной семейной матрицы. Татьяна Ткачук: Режиссер подсказывает, что у нас звонок. Здравствуйте, представьтесь, пожалуйста. Светлана: Здравствуйте. Это Светлана, я из Москвы. Я хотела сказать о нашей истории. В нашей семье живет дочь моего мужа от первого брака, девочка десяти с половиной лет. Это прирожденный шеф по своей природе. Во любом окружении командует всеми абсолютно, кто позволит, кто же не позволит, это станет хорошим человеком для нее. Она манипулирует родителями, все время говорит, если что-то мне не дашь, я пойду к маме жить или, наоборот, к папе, все скажу маме или папе. Нам приходится держать с ней дистанцию, чтобы она была другой, нормальной. Приходится кричать, приходится как-то повышать голос, быть неестественно для нас строгими. И мы от этого сами страдаем, потому что не сами собой мы являемся. Татьяна Ткачук: Спасибо, Светлана. Мы снова вернулись к вопросу о детском деспотизме, и я попрошу ответить на этот звонок детского психолога Анну Скавитину: поддается ли психологической коррекции такое поведение ребенка иным способом, нежели чем ведение перманентной домашней войны? Анна Скавитина: Обычно в таких ситуациях, похожих на ситуацию Светланы, работать приходится не только с ребенком, но и со всеми близкими. Если у каждого из членов семьи есть свои представления о том, каким ребенок должен быть, у каждого есть свои требования, и эти требования между собой не согласуются, то ребенку очень легко использовать просвет между требованиями для того, чтобы выбирать, что ему сейчас больше нравится, чтобы ему хотелось сейчас сделать. Первое, что в таких ситуациях обычно делает психолог, это пытается определить семейные рамки, семейные границы. И выясняется, что ни мама, ни папа не являются такими последовательными в своем воспитании. Говорить о том, что они залюбливают ребенка, избаловали ребенка, тоже на самом деле не приходится, здесь чаще все равно недостаток любви и непонимание реальных запросов и потребностей своего ребенка. Что делать реально? Реально было бы хорошо обратиться к специалисту, если ситуация запущена. Если им кажется, что они могут справиться своими силами, то необходим такой семейный совет, на котором они попытаются всей семьей выработать некоторые нормы, правила и границы, что является без лидера и без специалиста довольно сложным делом. Татьяна Ткачук: Здесь, я так понимаю, ситуация усугубляется тем, что эта девочка — дочь мужа. То есть, очевидно, женщина, которая звонит, она опасается какие-то решительные шаги предпринимать, она не мать ребенку. Анна Скавитина: Женщина, которая звонит, боится конкуренции со стороны этой девочки, это такая маленькая соперница, которая растет и которая имеет какие-то свои права, свои желания, она их пытается предъявить. И я думаю, что это и угнетает в семье больше всего. Татьяна Ткачук: Но и для этой маленькой девочки новая папина жена — соперница, с которой, очевидно, она борется какими-то своими методами. Анна Скавитина: Конечно. Татьяна Ткачук: То есть, вы полагаете, что без помощи профессионального психолога этой семье вряд ли удастся обойтись? Анна Скавитина: Я думаю, что это достаточно сложно будет. Татьяна Ткачук: Вернемся к мужскому деспотизму в семье. Женщины часто делятся друг с другом тем, как это тяжело, — жить под моральным гнетом близкого человека и зависеть от перепадов его настроения. Попытки объяснить что-либо супругу, и уж тем более добиться ответа на вопрос — почему он так себя ведет? — чаще всего бывают безуспешными. Вот точка зрения руководителя проекта «Мужская солидарность», реализуемого кризисным центром «Анна», психолога Андрея Синельникова. Итак, почему мужчины становятся деспотами в семье? Андрей Синельников: Согласно нашим исследованиям, проведенным в России, и они подтверждают западные исследования, 80% мужчин, применяющих насилие в отношении близких, росли в семьях, в которых их отец применял насилие против матери. Вторая причина — эта причина культурная. Если мы посмотрим на все культурные образы, которые окружают современного мужчину российского в его жизни, то это мужчина, не имеющий особых сантиментов, действующий с помощью силы, такой образ мачо. Естественно, мачо не может выяснять отношения при помощи разговора, ему необходимо применять силу для того, чтобы установить свою власть и контроль над близкими. Если мы, например, посмотрим российские сериалы или, например, рекламу средств для дома, мы всегда видим, что мужчина находится как бы вне семейного круга, он приходит в семью, чтобы поддержать ее материально, но не для того, чтобы поучаствовать в тех процессах, которые внутри семьи происходят, например, в воспитании детей. Естественно, что понять механизмы, по которым должны работать нормальные отношения внутри семьи, он не может. Вся современная ситуация, в которой находится сейчас российский мужчина, она направлена на то, чтобы вытеснить мужчину из семьи, при этом одновременно он желает контролировать работу этой системы под называнием семья. Мы знаем, что многие мужчины отдают свою зарплату женщинам в российских семьях. При этом они считают, что могут использовать насилие в отношении, например, женщин, для того, чтобы корректировать их какие-то поступки, когда они, например, покупают что-то, что было им не одобрено, когда им кажется, что женщины тратят слишком много денег, при этом мужчины не знают цены на продукты в магазинах. И вот в этих ситуациях, будучи одновременно вне семьи, но вне не с боку, а вне сверху, они считают возможным применять насилие для того, чтобы корректировать работу семьи, как им кажется, в нужном и верном направлении. Татьяна Ткачук: Мне хотелось бы задать вопрос сразу двум моим гостям: Станиславу Раевскому и Марии Арбатовой. Согласны ли Вы с точкой зрения психолога, и если да, — то кто же отчуждает, как выражается Андрей, мужчину от семьи? Определение «система» для меня звучит очень абстрактно… Станислав Раевский: Мужчину от семьи отчуждают прежде всего собственные страхи. Страшно быть с кем-то в глубоких отношениях, страшно раствориться в женщине, в семье, потерять свою индивидуальность. Лучше подольше на работе задержаться, больше денег заработать, а потом этими деньгами свою диктатуру поддерживать. Ну и женщина, часто сливаясь с ребенком, может оттолкнуть мужчину от семьи, так, что он почувствует себя неловким, лишним и особенно в том, что касается чувств. Татьяна Ткачук: Мужчина боится слиться с женщиной, и потому, приходя в дом, он становится тираном? Станислав Раевский: Во многом так. Мария Арбатова: В основном отчуждает общественный стереотип, который предписывает мужчине совершенно определенную роль. Но я не согласна с Андреем Синельниковым, который говорит, что сегодня общество стало вытеснять мужчину из семьи. В российском менталитете мужчины никогда в семье не было. Я была среди участников написания программы Ельцина предвыборной, и туда вошел кусок роли мужчины в семье, то мы подверглись страшной критике. Не помню, кто из газет писал о том, что мы пытаемся насадить американские ценности. Появление мужчины в семье выбивает всю модель. Потому что в тоталитарном государстве отцом является первое лицо, все остальные его горем, и зачем мужчина существует, совершенно непонятно. И мне очень понравилось, что говорит Андрей Синельников по поводу средств массовой информации. Безусловно, они навязывают этот образ очень жестоко, и есть исследования образа деспота, по которому, например, у нас идеальным основным насильником в России является мужчина 30-ти лет в среднем. Именно этому герою средства массовой информации преподают систему ценностей в логике того, что ты должен быть мачо, ты должен ударять, ты должен бить первым. Пока будет существовать стереотип разных ролей мужчины и женщины в обществе, мужчина, будучи насильником, будет чувствовать себя сдавшим эту норму ГТО, тест на мужчину. Татьяна Ткачук: Как же тогда деспоты-женщины, откуда они берутся, сколько же слоев сопротивления им удается преодолеть? Мария Арбатова: Женский деспотизм имеет другой инструментарий. У нас 12-14 тысяч в год женщин погибает от домашних побоев, а мужчин женщины убивают где-то один к десяти. Женский деспотизм это очень жестокое психологическое насилие. Тут нет вопроса о том, что хуже. Как говорил один известный политик, какой уклон хуже — левый или правый, оба уклона хуже. И в этом смысле женщины, опять-таки под давлением стереотипа, вынуждены совершенно по-другому свою агрессию сбрасывать на мужчин. И если посмотрим цифры нашей смертности, то мужчины у нас живут на 12 лет меньше женщин, и большая заслуга в этом женщин. Потому что все психологи знают, что любящие жены делают со своими любящими мужьями. Гуманитарный стандарт в стране очень низкий, а нормой считается то, что в принципе является преступлением. А вот что есть насилие, что не есть насилие, на самом деле достаточно подробно прописано в конвенциях ООН и там все очень жестко, и очень четко. В российском Уголовном кодексе всего этого нет даже близко, и никто даже не понимает, о чем речь. Татьяна Ткачук: Не только осудить по этой статье нельзя, но даже подать исковое заявление, тебя просто не поймут, с чем ты пришел… Недавно я узнала, что германская «Служба помощи мужчинам» открывает специальный приют, где смогут укрыться обиженные и униженные женами мужчины. Это понятно — мужчины тоже должны иметь возможность пожаловаться на деспотичных жен. Но есть одна загадка, которая мучает меня давно: позиция «невосточных» женщин, оправдывающая «абсолютно кавказское» — я цитирую сейчас героиню следующего интервью — «построение семьи, где все и вся в доме подстраиваются под мужчину». Актриса Анна Михалкова ни своего отца Никиту Сергеевича, ни своего супруга Альберта Бакова не готова назвать ни деспотами, ни тиранами, ни монстрами. А роль женщины, подчиняющейся настроению и капризам мужчины, для Анны вполне органична. Анна Михалкова: У человека в жизни существуют два пути — либо он неосознанно повторяет модель, к которой он привык, либо сознательно ее избегает. Поскольку у меня в этом смысле была и есть замечательная, в своей жизни ее повторяю и привыкла, поэтому для меня это ситуация не та, к которой мне пришлось подстраиваться, а просто я в ней выросла. Когда существует в семье лидер, вот тут уже начинается это разделение на деспота, либо на человека, под которого подстраивается вся семья. Деспот это чаще всего самодур, это человек, не учитывающий не то, что ничьи интересы, а просто настаивающий на своих интересах и к тому же заставляющий других людей ломаться. Когда существует добровольное признание этого лидерства, это создание комфортных условий для человека, который считается в семье лидером. Причем это должно быть с моей стороны чем-то обосновано, это не просто человек ничего не делает, а просто обладает таким тяжелым характером и в силу этого все вокруг него бегают на цыпочках и не разговаривают, если он усталый, прислушиваются к настроению. Не в этом дело. В моем понимании, если человек тащит на себе бремя определенного рода славы, либо тяжелой работы, тащит на себе семью, я считаю, что он вправе рассчитывать на какое-то понимание и на какие-то компромиссы со стороны окружающих. Признание лидерства не в прямом смысле, что ты приносишь деньги, поэтому ты покупаешь свое спокойствие. Это же не в концлагере люди живут, все должно строиться на любви и на взаимном уважении. На мой взгляд, компромисс это больше удел женщины. Для меня мужчина, если берет на себя большую долю ответственности за свою семью, за то, чтобы семья была крепкой, за то, чтобы дом был крепкий. А женщина — как раз внутренняя часть семьи, это тыл, который как раз построен для того, чтобы уметь уравновешивать отношения между мужем и женой, между детьми и родителями, между просто детьми. Мне вообще абсолютно безразлично, как на мою точку зрения смотрят окружающие, я никому ее не навязываю, живу по этому принципу и мне в нем комфортно. Другим комфортно в другой модели мира, им нравится, когда мужчина с ними наравне, они могут тягаться с ними на равных, друг другу пожимая все время руки и пропуская мужчину вперед, если открывается дверь. Ради Бога, я никого не призываю и ни в коем случае не отговариваю поменять какие-то их жизненные убеждения. Татьяна Ткачук: Анна Никитична говорит: деспот — это самодур, ломающий близких. Но, на мой взгляд, грань между самодурством и лидерством очень зыбкая, — разве деспот перестает быть деспотом, если некие его лидерские качества признаются остальными членами семьи, если он добытчик или талант? И разве подчинение своему настроению всех в доме не есть то же самая ломка близких? Мария Арбатова, можно ли, по-Вашему, вывести некую формулу зависимости ощущения себя угнетенным и общей эмоциональной атмосферы в семье? Может быть, если тебя любят, как любили Анну Михалкову в доме ее родителей, как, очевидно, любит теперь ее муж, может быть меньше страдаешь от эмоционального давления? Мария Арбатова: На самом деле, это разговор о том, нравственность для всех одна или для кого-то есть отдельная, в зависимости от его вклада в развитие общества, от величины его зарплаты. На мой взгляд, одна. Но Анна Михалкова абсолютно права в том смысле, что ее это устраивает и она считает себя защищенной именно в этой модели, поскольку другой не видела и никакой потребности в другой не испытывает. Это то, что называется — бьют, значит любят. В этом смысле любовь это встреча двух неврозов. Она уже абсолютно готовая под деспота жертва. Если говорим об этом в картинках, то почему-то мне сразу вспомнились кадры из фильма «Анна. От 6-ти до 16-ти», папа проезжает мимо девочки в «Мерседесе», останавливается, и она к нему засовывается туда. Меня, например, это сломало сразу же, потому что совершенно невозможно разговаривать со своим ребенком из окна «Мерседеса». В этой ситуации ребенок позиционируется как челядь, которая окружает звезду. И это очень опасно не только для ребенка, но и для взрослого, потому что теряются границы, теряется чувство реальности. Но если двух людей это устраивает, то, конечно, бессмысленно вызывать полицию нравов и говорить так жить нельзя. Поскольку мы говорим об этом абстрактно, то на самом деле так жить нельзя. Татьяна Ткачук: Спасибо, Мария Арбатова. Я думаю, что бессмысленно в таких случаях не только вызывать полицию, но и, наверное, друзьям и близким людям бессмысленно и не нужно, и не стоит пытаться критиковать и как-то осуждать ситуацию в таких семьях. Потому что, на самом деле, если всем членам семьи в этой ситуации комфортно, то и слава Богу. Мария Арбатова: Это очень трудный вопрос, потому что мы живем в обществе, и когда мы видим, что более сильный угнетает слабого, потому что слабый считает, что так и должно быть, то либо мы с этим смиряемся, либо мы бунтуем. И, как правило, если хотим сохранить свою собственную идентичность, то мы просто прекращаем отношения с такими людьми. Например, невозможно иметь нормальному вменяемому человеку в друзьях людей, которые бьют своих детей. Это так же, как с ворами сидеть за одним столом. Вот есть границы, которые отделяют один стереотип поведения от другого. Татьяна Ткачук: То есть эмоциональное давление на близких вы готовы отнести к той же категории, как вы сейчас перечислили — воровство, избиение детей? Это такой же грех, с вашей точки зрения? Мария Арбатова: Вы знаете, я не в категории греха рассматриваю, все поступки, которые мы обсуждаем, а на правовом поле. В конвенции ООН написано, что можно. Татьяна Ткачук: Мы говорили о детском деспотизме, но бывает совершенно обратная ситуация — это отношение родителей к детям. Требовательность родителей довольно легко переходит в грубое давление и принуждение, вызывает протест, а следом и скандалы. Кстати, отчего-то — и это показывает наша почта — такие ситуации чаще случаются в нормальных, благополучных семьях. Сейчас открылось множество психологических служб для подростков, существуют даже телефоны, по которым дети могут позвонить и пожаловаться на несправедливых учителей. Анна Скавитина, есть ли телефон или служба, куда дети, не располагающие деньгами, не имеющие возможности обратиться к частному психоаналитику, могут обратиться за помощью в подобных ситуациях? Анна Скавитина: Сейчас открылось довольно большое количество центров социально-психологической поддержки, являющихся адресными, помогающими именно детям, пережившим или переживающим насилие в семье, как сексуальное, так и физическое и моральное насилие. Есть центр, который называется «Озон», туда можно позвонить самому ребенку, есть детский телефон доверия — 265-01-18. Так же есть московский телефон доверия для детей и подростков, он работает круглосуточно, это телефон 160-03-63. В справочниках можно посмотреть районные центры социально-психологической помощи, в которых вам бесплатно окажут по крайней мере первичную психологическую помощь. Татьяна Ткачук: Один из героев драмы Островского «Горячее сердце» говорит приятелю о своей жене: «Я тебе доподлинно объясняю, что с ней нельзя разговаривать! Вот попробуй, так беспременно ты через полчаса с ума сойдешь, либо по стенам начнешь метаться. Или зарежешь кого-нибудь чужого, совсем невинного. Это дело испробованное». На самом деле, это классическая характеристика энергетического вампира — человека, лишающего близких радости жизни без рукоприкладства и вообще конкретных действий. Мария Арбатова, вопрос Вам: от деспота можно уйти, если деспот — муж. От матери или от сына никуда не уйдешь. Можно ли научиться ставить некий блок и защищать себя от тяжелой энергетики близкого человека? Мария Арбатова: Собственно, весь инструментарий психоанализа он и является этим механизмом. Но пока этот человек дойдет до психоаналитика, он, скорее всего, или кого-то зарежет или загубит собственную жизнь. Поэтому, если речь идет о муже, если речь идет о жене, если речь идет о взрослых людях, то они способны расставаться, уходить, но, как правило, деспотизм начинается так рано, что человек под него формируется и никто ни от кого никуда не уходит. Я только что летела из Магадана восемь часов в самолете. И вот за моей спиной восемь часов практически плакал на руках у мамы маленький ребенок. За эти восемь часов мне хотелось лишить ее материнства, я не знаю, что сделать, потому что я уже видела, что с ним будет дальше. Отсутствие отношений слышимости оно приведет к тому, что он не будет слышать учителей, они не будут слышать его, дальше он не будет слышать женщин, дальше он, ну если будет не преступником, то идиотом и несчастным. Мне уже стало интересно, ведь любая мать понимает, что ребенок просто так не плачет, особенно восемь часов, его просто надо погладить, понять, зачем он плачет. Но если мать не слышит, то как он может от нее защититься? Никак. И когда я с интересом пошла посмотреть, я увидела вполне адекватную, красивую, молодую, модную, видимо успешную девушку, которая считает, что так может быть. И в этом смысле наши дети абсолютно не защищены от нас, так же как и мы не защищены абсолютно от своих родителей. И ни о каком блоке против тяжелой энергетики близкого человека мы говорить не можем. Потому что общество не считает, что такие вещи надо вводить в зону критики и не вырабатывает механизмов защиты нас от наших близких. Татьяна Ткачук: Мария, лично к вам вопрос: если бы в вашей семье каким-то чудом образовался человек с такой энергетикой, вы бы что делали? Мария Арбатова: Вы знаете, о моей маме можно написать все хрестоматии. Если бы я всю жизнь прожила с мамой, то я бы никогда не научилась говорить «нет». Мне удалось в 15 лет уйти из дома, таким образом я спаслась. Татьяна Ткачук: Заложник эмоций домашнего тирана, уже с порога пытающийся угадать настроение диктатора и подстроиться под него, — становится своего рода рабом. Того же, кто поддерживает чувства членов своей семьи в угнетенном состоянии, мне очень хочется назвать террористом. Говорят, большинство террористов — люди, крайне неуверенные в себе, пытающиеся утвердиться за счет насилия. И что самое удивительное — агрессор всегда находит свою жертву, того, кто согласен быть униженным, подавляемым и контролируемым, а жертва находит своего агрессора. Кстати, зачастую в обществе и в семье мы проявляем себя совершенно по-разному: можем быть толерантными и паиньками на работе и вспыльчиво-развязными с близкими. Человеку свойственно искать себе оправданий, и тогда мы говорим: время такое, жизнь такая нервная, станешь тут психованным. Так вот, оказывается, что если определенные черты характера проявляются не везде и не всегда — человека следует считать не психопатом, а просто распущенным. По крайней мере, в этом уверены психиатры… В следующем выпуске программы мы поговорим об азарте. Порок это или достоинство? Можно ли сравнить пристрастие к азартным играм с наркоманией? Каково жить с азартным человеком? Пишите нам на сайт Радио Свобода и звоните в студию в день записи программы: 3 сентября, во вторник, с 20 до 21 часа по московскому времени, по телефонам в Москве: 796-96-44 и 796-96-45.

И домашний деспот, и диктатор мирового масштаба — дело женских рук

«Предпосылки формирования характера тирана и мирового, и кухонного масштаба практически идентичны, — считает семейный психолог Денис Токарь. — И вкладываются они в голову будущего диктатора женщинами. Всеми женщинами, которые встречаются на жизненном пути с раннего детства до зрелости — от матери, сестер и подружек детства до жен и любовниц».

Разифа, или, как ее называют близкие, Роза Балашова прожила со своим мужем Виктором 29 лет: их дочери Кристине 26, сыну Евгению — 23.

— Со стороны наша семья казалась идеальной, — рассказывает дочь Балашовых Кристина. — Наш папа всегда ночевал дома, отдыхали мы тоже все вместе. У отца строительный бизнес, у нас большая 4-комнатная квартира и отличная дача. Мама не работала, отец содержал всех нас. Но что творилось внутри семьи, знали только мы… Например, в новогоднюю ночь, которую мы встречали на даче, отец выпил как следует, взял пистолет и решил попалить в небо. Мама сделала ему замечание, а он в ответ несколько раз ударил ее по лицу. 3 января мы улетали всей семьей в Таиланд на отдых, и мама замазывала фингалы под глазами… Мама в нашей семье никогда голоса не имела: он как запретил ей работать давным-давно, так и стал считать ее своей собственностью — вроде кухонного комбайна. Даже вещи ей покупал так, чтобы унизить при этом: например, покупает ей пальто на зиму, но выбрать самой не дает. Мол, за мой счет пальто — значит, будешь носить такое, какое я выберу.

Однажды Виктор остался в Москве, а Роза с детьми поехала на дачу. А вернулась на день раньше, чем собиралась. И застала отца дома с другой…

— Отец сначала спокойно одел и проводил свою гостью, — вспоминает Кристина, — а потом… избил маму за то, что она вернулась без предупреждения! И с нами, детьми, так же обращается. Мне, например, несмотря на то, что я закончила Финансовую академию, нашла хорошую работу, отец говорит: «Все равно ты тупая, и ж…па у тебя толстая, будешь на рынке бананами торговать». С братом примерно то же — было такое ощущение, что мы все втроем отца раздражали. Он все время придирался, унижал, пытался разжечь конфликт…

При этом Виктор вовсе не стремился расстаться с нелюбимой семьей. Когда Роза узнала, что у него есть постоянная любовница, ее терпение лопнуло, и она заявила: «Раз так, давай разводиться!»

— А он ей — нет, никаких разводов! — продолжает Кристина. — Но мама все же подала на развод: не хочу, говорит, третьей лишней быть. Отец, когда узнал об этом, ударил ее прямо в суде, на глазах у всех, — не сдержался. А потом начал отсуживать и квартиру, и дачу. Я попыталась с ним поговорить: мол, зачем нас с дачи, на которой мы выросли, выгоняешь? А он мне: «А чтобы вы ко мне на коленях все приползли!»

Сама 57-летняя Роза все гадает, где недоугодила и недоуслужила супругу.

На семейные праздники стол ломился от кулинарных творений Розы. Фото из личного архива

Роза и Виктор познакомились, когда оба были студентами и жили в общагах. Поженились по любви; первенец Кристина родилась только через несколько лет.

— Мать всегда говорила нам, что отец грубоватый, но зато надежный, — делится Кристина. — Как-то, когда они еще в коммуналке жили, ему показалось, что сосед на кухне на маму не так посмотрел. Так он не его, а ее отмутузил! А мама все ему оправдания находила: мол, Витечка не виноват, это семья у него такая. Его мать всю жизнь пила и гуляла — так, что папин отец с собой покончил, довела. Сыном, моим отцом, она никогда не занималась, он рос как сорняк… Ей сейчас 78, она всю жизнь на отца плевать хотела, но он ее так любит, как многие обласканные сыночки своих матерей не любят…

Эту житейскую драму нам прокомментировал семейный психолог Денис Токарь:

— Здесь налицо женщины, способствовавшие становлению «тирана люблинского масштаба», — сначала равнодушная эгоистичная мать, потом — покорная бессловесная жена. Безразличие матери к ребенку, который, как любой ребенок, в детстве страшно от нее зависим и очень тянется к ней, — это сильнейший удар по психике ребенка. Оно вызвало у сына подсознательное стремление впоследствии поступать так же с другими — на сей раз зависимыми от него. А жена, которая все терпит, позволила этому нехорошему чувству расцвести пышным цветом. Поведение Виктора сводится только к одному, что он сам и озвучил: хочу, чтобы вы все приползли ко мне на коленях. А это, увы, и есть главная мотивация и мечта всех тиранов.

Я его слепила из того, что было…

— Конечно, далеко не из каждого младенца мужского пола удастся сотворить злодея высокого уровня, — подчеркивает американский сексолог Кен Дерби. — Но определенные качества, которые при определенном же стечении обстоятельств могут способствовать становлению масштабного злодея, слепить можно даже из изначально хорошего генетического материала.

Психологи, поддерживающие эту точку зрения, отмечают общие качества, свойственные всем масштабным тираническим личностям, — как положительные, так и отрицательные.

Из тех, что со знаком «минус», — нарциссизм, истеричность, склонность к манипулированию, жестокость, ревность и зависть к чужим успехам и имуществу, мнительность (вплоть до паранойи) и инфантилизм, с вытекающими из него непоследовательностью, капризами, частыми сменами настроения и желанием окружить себя многочисленными приспешниками.

Из качеств со знаком «плюс» почти все известные человечеству диктаторы обладали недюжинным ораторским искусством — в части умения изложить сложные вещи простым и доступным языком и выкрутиться из любой критической ситуации. По мнению исследователей, это искусство берет свое начало в детстве будущего тирана — ему нужно постоянно выкручиваться, чтобы не схлопотать по полной за свои проделки. Даже на самых высоких чиновничьих постах казенным словам истинные диктаторы предпочитают простой разговорный язык и способны публично выразить свою эмоцию — улыбнуться, засмеяться, выругаться и даже пустить слезу. Все это в глазах толпы делает их «живыми».

Кроме того, «почти все кровожадные тираны, будучи эгоцентричными нарциссами, имеют латентные (скрытые) гомосексуальные замашки, — считает немецкий историк Иоахим Фест. — Они идентифицируют себя по женскому типу, поэтому завоевывают в первую очередь мужчин. Для них дело чести — поставить на колени мужскую часть населения. А с женщинами они часто конкурируют. Поэтому почти ни у кого из мировых диктаторов не было полноценных взаимных отношений с женщиной».

Мать

«Мой муж вроде бы любит меня и детей, но буквально изводит нас, постоянно сталкивая лбами друг с другом и с окружающими, — делится с психологом Людмила М., 44 лет. — Дочку все время сравнивает с ее же подружками, говоря: вон та стройная, а ты жирная, вон та умная, а ты тупая и прочее. Сыну не легче — он его тоже постоянно унижает: ты и слабак, и дурак, другие в твоем возрасте уже родителей содержат, а ты все под материной юбкой сидишь… Детям он говорит: «Вот если бы ваша мать побольше уделяла вам внимания, вы бы не выросли лохами», а мне: «Если бы так не разбаловала их, они бы тебе помогали». Иногда он провоцирует настоящие скандалы между нами… Я пробовала с мужем поговорить, но он искренне считает, что заботится о нас, что все эти унижения и сравнения — для нашего же блага. Его мать всю жизнь проработала учительницей в школе и всегда, по его словам, сравнивала его с другими детьми не в его пользу. От матери он получал обидные сравнения, а вот отца боялся по-настоящему — мать, чуть что, угрожала ему нажаловаться отцу. А отец, если видел, что жена недовольна мальчиком, сразу, без лишних разговоров, брался за ремень, лишь бы она ему мозг не выносила. В результате мой муж свято уверен, что соревнование и страх — главнейшие условия выживания и стремления к успеху».

Вывод для матерей. Прививайте сыну даже не столько любовь, сколько уважение к отцу. Всячески поднимайте в глазах мальчика отцовский авторитет; родители в вопросах воспитания должны быть всегда заодно. Не следует допускать никаких соревновательных моментов — выяснять, кого любит чадо больше: папу или маму? И уж тем более открывать соревнования за эту любовь. Образ матери у ребенка должен ассоциироваться с добром, нежностью, справедливостью, а отец — это пример для подражания, символ мужественности, справедливой силы, разума и авторитета.

Подруги юности

«Мы с мужем живем уже 5 лет, — рассказывает психологу 27-летняя Анна В. — Мне все завидуют. Муж у меня красавец, спортсмен, душа компании, а я обычная серая мышь, я и сама это понимаю. Однако он сам меня выбрал, и я сама удивилась, что он на меня глаз положил, — он тогда расстался со своей девушкой, первой красавицей в нашем универе. Но теперь думаю: может, зря выбрал? Я только и слышу: «Да ты посмотри на себя, на кого ты похожа?! Да я тебя, такую кикимору, замуж взял!» Я стеснялась об этом даже говорить кому-то, но одной подружке все же рассказала. А она мне: может, у него извращение такое — он возбуждается, унижая тебя? Еще он любит рассказать мне про ту самую свою однокурсницу Ленку, которая тогда как-то очень обидно его бросила. Мне про нее слушать неприятно, но он обижается: «Значит, ты меня не любишь! Всем женщинам интересно знать про жизнь своего мужчины, а тебе — нет!»

Вывод для подруг юности. Не стоит унижать мужчину (даже самого маленького). По мнению большинства психологов, самое золотое правило общения — просто быть искренним и вежливым. Если вы по какому-то ряду причин не желаете видеть этого мужчину рядом с собой в качестве поклонника, заставлять себя вовсе не нужно. Но также не нужно и озвучивать ему все те личные мотивации, исходя из которых он вам неприятен. Достаточно просто вежливо, но твердо сказать, что ваше сердце занято или вы просто сейчас не готовы к романтическим отношениям ни с кем. От вас не убудет, а мужское самолюбие вы пощадите.

Жены и любовницы

36-летняя Екатерина Р. нашла в себе силы избавиться от тирана.

«Мой супруг был обеспеченным, успешным и, в общем-то, неплохим человеком, — признается Катя. — Ну, не очень образованный, не слишком воспитанный, зато, как говорят, «конкретный чувак». И мне никто не верил, что рядом с этим мужланом я чувствую себя ущербной. И это я, красивая и умная, ревновала этого пузатенького, лысеющего, неотесанного мужичка! Потому что как только мы с ним оказывались где-то вместе — на курорте, у него в офисе, на официальном мероприятии или на вечеринке у друзей, — Олег немедленно начинал сравнивать меня с другими женщинами. Понятно, что не в мою пользу. При этом в качестве образцов для подражания он выбирал весьма неказистых и внешне, и по социальному статусу — всяких официанток, горничных, продавщиц. И начинал: «Хороша-а-а! Вот это телка!» И главное — нарочно громко так, при всех! Может, его заводило то, как я реагирую? А я реагировала: сразу глаза на мокром месте. А он будто только этого и ждал: «Она живая, сексуальная! Зачем нормальному мужику высокомерная снежная королева, вобла замороженная? Что толку от ваших трех высших образований?»

…Когда я уходила от него, подружки пожимали плечами: мол, с жиру взбесилась. Но я ушла — и не жалею. Наоборот, впервые за долгое время полноценной женщиной себя почувствовала — и неважно, что денег теперь у меня меньше».

Вывод для всех женщин. Если вы любите своих мужчин — как сыновей, так и мужей, — то искренне поддерживайте их советами и поступками, а не манипулируйте ими. Не втравливайте их в конкурентную борьбу за ваше расположение, не унижайте и не шантажируйте. Тогда у ваших мужчин не будет повода для развития комплексов, агрессии и ненависти. Но, щадя мужскую самооценку, храните и собственное достоинство — не прогибайтесь. Не позволяйте своему мужчине унижать и третировать вас, не развращайте его своей покорностью и бессловесностью, как бы вы его ни любили и как бы ни хотели ему угодить. Рабская преданность и бесхребетность даже в не деспотичных от природы натурах может пробудить эгоистическое желание давить и пользоваться вашей безответностью.

Значение слова «де́спот»

а, м.

[де́]спот

[despotes повелитель, господин]

Воспроизвести аудиофайл

1. Полит.Верховный правитель, пользующийся неограниченной властью, основанной на произволе.

Правление деспота.

2. Перен.Самовластный человек, принуждающий других подчиняться его воле.

Домашний, семейный деспот. Тренер — настоящий деспот.

— В Восточной Римской империи титул соправителя императора; в Средние века — титул государей на Балканском полуострове.

Данные других словарей

Большой толковый словарь русского языка

Под ред. С. А. Кузнецова

де́спот

-а; м.

[греч. déspotēs — повелитель]

1. В рабовладельческих монархиях Древнего Востока: верховный правитель, пользовавшийся неограниченной властью.

2. Самовластный человек, попирающий чужие желания и волю; тиран.

Быть деспотом в семье. Он большой д. Начальник у нас д.
Толковый словарь иноязычных слов

Л. П. Крысин

де́спот

а, м., одуш.

[нем. Despot

1. Верховный правитель, пользующийся неограниченной властью, основанной на произволе.

Ср. диктатор (во 2-м знач.), монарх, тиран (в 1-м знач.).

2. Перен. Самовластный человек, принуждающий других поступать по его воле, самодур.

У нее муж — настоящий д.

      — характеризующий поведение деспота (в 1-м и 2-м знач.).

Ср. диктатор (в 3-м знач.), сатрап (во 2-м знач.), тиран (во 2-м знач.).

Школьный словарь иностранных слов

Л. А. Субботина

де́спот

-а, м.

[франц. despote

1. Правитель, пользующийся неограниченной властью (восточный деспот).

2. Властный человек, заставляющий других подчиняться его воле; самодур (семейный деспот, жестокость деспота).

     

Словарь трудностей русского произношения

М. Л. Каленчук, Р. Ф. Касаткина

де́спот

[д’е́]

неправильно! дэ́спот

Семейный деспотизм и тирания Пенза

         

«Деспотизм лишь однажды приносит облегчение – когда умирает». Э.Севрус.         

        Сеансы проводит Корнеев Владимир Александрович — практикующий психолог-психотерапевт (клинический психолог), семейный и детский психолог, сексолог,  сертифицированный гипнолог. Опыт работы более 25 лет.

СЕМЕЙНЫЙ  ДЕСПОТИЗМ (от др.-греч. Δεσποτία — неограниченная власть ) — властное отношение к членам своей семьи, путём доминирования и самоуправства. 

«Домашний» деспотизм является сегодня одним из самых распространенных видов насилия  и встречается как со стороны мужчин, так и со стороны женщин.  

То есть, не только муж (как многие могли бы подумать), но и жена, свекровь, теща, свекор, тесть и даже дочь, или сын, проживающие «под одной крышей», могут быть деспотами (правда, случаи мужского деспотизма более частые).

Что ДЕЛАТЬ, если Вы живёте с деспотом и семейная жизнь превратилась в  «испытание»?  Возможно, необходимо постоянно «хранить молчание» на выпады деспота? Но надолго ли хватит Вашей терпимости и здоровья? 

          Необходимо:  1) выявить признаки семейного деспотизма; 2) раскрыть первопричины; и 3) предотвратить возможные последствия «домашней» тирании.

Для начала, проанализируйте Ваши семейные отношения. Действительно ли ваш партнер является домашним деспотом, или этот «ярлык» наклеен» поспешно?

Возможно, деспотизм проявляется лишь ЧАСТИЧНО (напр. в некоторых бытовых вопросах или в отношениях с друзьями) и  есть возможность все исправить? 

*Дополнительно.Подбираем индивидуальные приёмы саморегуляции (индивидуальные психотехники).

БУДЕМ РАДЫ ВАМ ПОМОЧЬ, ЗВОНИТЕ: 

с.  

+7927 375 62 50      т.  256-250;       257-250.

Запись на приём предварительная. 

С  09:00  до  21:00.  Ежедневно, без выходных.

Психологический Центр «Современных Оздоровительных Технологий» («С.О.Тех»).

г. Пенза, ул. Московская, 6 (верх улицы Московской).

Анонимно и конфиденциально.

 

Чернявская А.Г. Семейный деспот

Возможно, это покажется странным, но деспотическую личность можно описать даже внешне. Мы рас­скажем о двух вариантах деспотов. Внешне — это люди двух разных типов.

Вариант первый. Широкоплечие, часто грузные мужчины с мощной широкой шеей, сильными руками и толстыми пальцами. Как правило, они педантичны и семейная тирания начинается с их патологической страсти к порядку. Такой отец в доме — ад для детей. Они не только лишены естественной потребности бе­гать, шуметь, раскидывать вещи, но и находятся под неусыпным надзором. Под таким же контролем пре­бывает и жена, поскольку он требует абсолютной чистоты. Все должно быть так, как приказывает повели­тель, семья, как в армии, ходит строем. Возражений не терпит, права на собственное мнение других в семье категорически отрицает. Если все в идеальном порядке, активно ищет единственную пылинку или не по цен­тру лежащую салфетку. Деспоты такого рода чрезвычайно гневливы. В гневе совершенно безудержны, взры­вы свои реализуют обычно физически, вплоть до жестоких травм. Совершенно искренне уверены, что они «воспитывают» жену и детей для их пользы.

Таким людям свойственны достаточно долгие периоды мрачно-тяжелого настроения, которое они и сами объяснить не могут. Домашние это тягостное настроение улавливают сразу и тихо расползаются по углам, каждый раз надеясь, что удается избежать апофеоза, когда в гневной слепоте крушится все подряд. Но приступ гнева через какое-то время неизбежен, а повод для разрядки чаще всего смехотворен.

Как вести себя с подобными людьми, как общаться с ними без существенных потерь для собственного ду­шевного равновесия? К сожалению, для семьи посоветовать что-то кардинальное очень трудно. Если выросшие дети окончательно не забиты и не раздавлены как личности, чем скорее они уйдут из семьи, тем лучше. Жены при таких мужьях обычно очень быстро превращаются в бессловесных рабынь, и это поистине спасительное поведение, которое они невольно вырабатывают. Никакие другие способы в атмосфере дикого деспотизма себя не оправдывают, поскольку законов логики для семейного тирана не существует.

Однако, эти смиренные жены делают общую ошибку, которой лучше бы избежать. Подсознательно оправдывая собственное приниженное и безрадостное существование, они делают деспота кумиром в семье. «Папа всегда прав. Это мы виноваты.» Действительно, это способ достичь тишины и покоя хотя бы на непродолжительное время. Но чем меньше деспот встречает сопротивления в семье, тем деспотичнее из года в год он становится. Создается, поистине, заколдованный круг, из которого нет выхода. Но даже смирившись и похоронив чувство собственного достоинства, женщине следует подумать, каково в семье детям. Существование и выживание в такой семье значительно облегчается, когда мать откровенно с детьми, когда она и дети составляют единую общность и служат друг другу опорой. Откровенность, мягкое женское начало защитит ребят от бессмысленной жестокости, охранит от поведения деспотической отцовской линии в будущем, в их собственных семьях. Принцип, видимо, таков: «Да, наш отец таков, и ничего достойного в этом нет. Мы не можем изменить и переделать его. Но в жизни есть много тепла и доброты, и если вы принесете их потом в свои семьи, вы будете жить совсем по-другому. Он считает, что всегда прав, но это не так. Но спорить с ним бессмысленно, и мы не станем этого делать. Мы будем любить друг друга и не ждать любви от него».

Очень хорошо, когда подобный деспот заводит себе крупную собаку. Тогда его энергия и страсть повеле­вать реализуется в этом направлении. Можете не сомневаться, собаки у них всегда очень злые.

Второй вариант семейных деспотов. Эти не станут бить посуду и пороть по субботам детей розгами, потому что в принципе они — утонченные эстеты. У них вытянутые лица, тонкие губы, холеные руки с длинными пальцами. Круг интересов высок и недосягаем для простых смертных и, тем более, для членов семьи. Они сами воздвигают себя на недосягаемый пьедестал, откуда нехотя и с пренебрежением поглядывают на недостойную суету. Так надменный орел окидывает с высоты скал смешную и нелепую суету мелких земных тварей. Они полны сознания собственной значимости в этом суетном и приземленном мире обычных человеческих желаний, чувств и ошибок. Безупречны и непоколебимы в сознании собственной безупречности. Это сверкающие холодные айсберги, главное содержимое которых — лед.


На службе они — над всеми, поэтому вопрос человеческих взаимоотношений автоматически исключается. Лести не приемлют, потому что умны, над естественными человеческими порывами сослуживцев иронизи­руют. Это люди, которых природа наградила хорошим интеллектом, но лишила одного из самых притягатель­ных свойств — душевного тепла. Холодные и неприступные, они выстраивают свою жизнь так, что окружающие люди безропотно служат им. Нет, в семье он не устроит скандала по поводу слегка помятого воротничка рубашки. Он молча презрительно ее отбросит. Если он завтракает в восемь, а обедает в два, жена не посмеет опоздать с ежедневным ритуалом на пятнадцать минут. Обедает от детей отдельно, поскольку дети раз­дражают. Однако, этот бесчувственный айсберг все же имеет одну, но мощную страсть — любовь к себе. И посему они чрезвычайно внимательны к кардиограмме, содержимому обеда. Быт организован так, что ему служат все. Дети — тихие и послушные, потому что главное их жизненное предназначение «не мешать папе». Жены чрезвычайно выносливы. Даже с гипертоническим кризом она не смеет прилечь, если через полчаса нужно подать обед своему величественному супругу. Деспоты этого рода всегда абсолютно беспомощны в быту: не знают, где стоит сахарница, где лежат спички.

Что получают члены семьи, сосуществуя с таким «айсбергом»? Наверное, сознание собственной элитар­ности. Отблеск холодной луны, которая освещает их существование. Освещает, но не греет. Иногда, впрочем, и деньги. Хотя, скажем прямо, деньги эти небожители считать умеют, более того, достаточно прижимисты. И при внешнем лоске квартир очень скупо отстегивают на жизнь семье. Ребенку проще обойтись без детских удовольствий, чем попросить у отца денег. Собственные болезни — даже если это только насморк -вселенская катастрофа. Болезни детей не только не волнуют, но и раздражают, поскольку больной ребенок склонен капризничать, и может отвлечь на себя долю внимания жены. Заболевание жены никогда не вызывает естественного в таких случаях сочувствия, и если беспокоит, то лишь в смысле нарушения сложившегося распорядка. Даже в случаях, когда жена больна тяжело, заменить ее в семье хоть частично не хотят, да и не умеют. Муж ищет выход из ситуации: призывает на помощь соседку или родственницу.

Излишне говорить, что счастливых в такой семье нет. Дети вырастают или инфантильными и закомплексованными тем, что не повторили «звездность» родителя, или высокомерными снобами. Тогда «лунный отсвет» отца становится пожизненным капиталом. Женщина, жена, так и не познавшая чувства родственной привязанности, замерзает в жизни, какие бы престижные норковые шубки не надевал на нее муж. Как прежде, у нее нет истинных подруг, потому что общение ее ограничено кругом, навязанным мужем, а в та­кой среде на мужа не пожалуешься. И несет она пожизненную маску счастливицы, отловившей синюю птицу. К сожалению, невозможно дать ей радикального психотерапевтического совета, потому что не уходят люди из ледяных дворцов по собственной воле. Нужна чья-то теплая, живая слеза, чтобы растопить заледеневшее сердце. Да где ж она, такая «благополучная», найдет кого-то, кто пожалел бы ее за богатство и преуспевание мужа! Судьбы таких женщин печальны, потому что жизнь положена на алтарь божества, которое на самом деле не более чем холодная статуя.

Нельзя прожить полноценную жизнь с ледяной статуей. Для жизни нужно что-нибудь потеплее, пусть и менее сверкающее. Потому что живая, теплая душа одинаково быстро устает как от постоянного блеска, так и от постоянного холода.

Но если ситуация такова, что менять что-то невозможно, самое мудрое, что можно сделать — не терзать себя упреками и сожалениями о том, чего судьба не дала. Найти и оживить в себе то, что от природы дано вам: разморозить собственную душу, и тогда вы получите отдачу, тепло других людей: детей, близких, друзей. Согласна: это вряд ли полностью заменит то, чего вы лишены. Но кто же в этой жизни имеет все необходимое!

Карен Хорни Отношения полов

Базальная тревожность определенным образом влияет на отношение человека к себе и другим. Она означает эмоциональную изоляцию, тем более невы­носимую, что она сочетается с чувством внутренней слабости «Я». А это означает ослабление самой основы уверенности в себе. Она несёт в себе зародыш по­тенциального конфликта между желанием полагаться на других и невозможностью сделать это вследствие идущего из глубины недоверия и враждебного чувства к ним. Она означает, что из-за внутренней слабости человек ощущает желание переложить всю ответственность на других, получить от них защиту и заботу; в то же самое время вследствие базальной враждебности он испытывает слишком глубокое недоверие, чтобы осу­ществить это желание. И неизбежным следствием этого является то, что ему приходится затрачивать льви­ную долю своей энергии на успокоение и укрепление уверенности в себе.

Чем более невыносимой является тревожность, тем более основательными должны быть меры защиты. В вашей культуре имеются четыре основных средства, которыми индивид пытается защитить себя от базальной тревожности: любовь, подчинение, власть и реак­ция ухода (отстранения).

Первое средство: получение любви в любой форме, может служить в качестве могущественной защиты от тревожности. Формулой здесь будет: если вы меня лю­бите, вы не причините мне зла.

Второе средство, подчинение, может быть условно разделено в соответствии с тем, относится или нет оно к определенным лицам или институтам. Например, это может быть подчинение общепринятым традиционным взглядам, религиозным ритуалам или требованиям не­которого могущественного лица. Следование этим пра­вилам или повиновение этим требованиям будет слу­жить определяющим мотивом для всего поведения. Та­кое отношение может принимать форму необходимос­ти быть «хорошим», хотя дополнительная смысловая нагрузка понятия «хороший» видоизменяется вместе с теми требованиями или правилами, которым подчи­няются.

Когда отношение подчинения не связано с каким-либо социальным институтом или лицом, оно прини­мает более обобщенную форму подчинения потенци­альным желаниям всех людей и избегания всего, что может вызвать возмущение или обиду. В таких случа­ях человек вытесняет все собственные требования, кри­тику в адрес других лиц, позволяет плохое обращение с собой и готов оказывать услуги всем. Далеко не всег­да люди осознают тот факт, что в основе их действий лежит тревожность, и твердо верят, что действуют та­ким образом, руководствуясь идеалами бескорыстия или самопожертвования, вплоть до отказа от собствен­ных желаний. Для обоих случаев формулой является: если я уступлю, мне не причинят зла.

Отношение подчинения может также служить цели обретения успокоения через любовь, привязан­ность, расположение. Если любовь столь важна для человека, что его чувство безопасности зависит от этого, тогда он готов заплатить за него любую цену, и в основном это означает подчинение желаниям других. Однако часто человек неспособен верить ни в какую любовь и привязанность, и тогда его отно­шение подчинения направлено не на завоевание люб­ви, а на поиски защиты. Есть люди, которые могут чувствовать свою безопасность лишь при полном по­виновении. У них столь велики тревожность и неве­рие в любовь, что полюбить и поверить в ответное чувство для них невообразимо.

Третье средство защиты от базальной тревожнос­ти связано с использованием власти — это стремление достичь безопасности путем обретения реальной влас­ти, успеха или обладания. Формула такого способа защиты: если я обладаю властью, никто не сможет меня обидеть.

Четвертым средством защиты является уход. Пред­ыдущие группы защитных мер имели одну общую чер­ту — желание бороться с миром, справляться с труднос­тями тем или иным путем. Однако защита также мо­жет быть осуществлена посредством бегства от мира. Не стоит это понимать буквально как полное уедине­ние; это означает достижение независимости от дру­гих в удовлетворении своих внешних или внутренних потребностей. Например, независимость в отношении внешних потребностей может быть достигнута через накопление собственности, что в корне отличается от накопления ради обретения власти или влияния. Ис­пользование данной собственности также иное. Там, где собственность копится ради достижения независи­мости, обычно тревожность слишком велика, чтобы извлекать из собственности удовольствия. Она обере­гается со скупостью, потому что единственной целью является застраховать себя от всевозможных случай­ностей. Еще одно средство, которое служит той же са­мой цели стать внешне независимым от других, — огра­ничить свои потребности до минимума.

Независимость в удовлетворении внутренних пот­ребностей может быть найдена, например, в попытке эмоционального обособления. Это означает подавле­ние своих эмоциональных потребностей. Одной из форм выражения такого отстранения является уход от серьезного отношения к чему бы то ни было, включая собственное «Я». Такая установка чаще господствует в интеллектуальных кругах. Не следует путать непри­ятие всерьез своего «Я» с тем, что собственному «Я» не «ридают важного значения. В действительности эти отношения могут быть противоречащими друг другу.

Эти средства отстранения имеют сходство со спо­собами подчинения и покорности в том, что и те и дру­гие означают отказ от собственных желаний. Но, в то время как во второй группе такой отказ служит цели быть «хорошим» или подчиняться желаниям других ради собственной безопасности, в первой группе мысль о том, чтобы быть «хорошим», не играет абсолютно никакой роли и целью отказа является достижение не­зависимости от других. Здесь формула такова: если я реагирую отстранением, уходом, ничто не заденет меня.

Для того чтобы оценить роль, которую играют в неврозах эти различные попытки защиты от базальной тревожности, необходимо осознать их потенциальную силу. Они вызываются не стремлением удовлетворить желание удовольствия или счастья, а потребностью в успокоении. Это не означает, однако, что они каким-либо образом являются менее властными или менее на­стоятельными, чем инстинктивные влечения. Напри­мер, опыт показывает, что честолюбивое, стремление может быть столь же сильным, как сексуальное влече­ние, или даже сильнее.

Любой из этих четырех способов, при условии ис­пользования только его или преимущественно его, мо­жет быть эффективным в обретении желаемого успо­коения, если жизненная ситуация позволяет следовать им без сопутствующих конфликтов — даже если такое одностороннее следование оплачивается ценой обед­нения личности как целого. Например, женщина, вы­бравшая путь покорности, может обрести мир и, как следствие этого, значительное удовлетворение в том типе культуры, который требует от нее послушания мужу или близким, а также традиционным формам жизни. Если ненасытное стремление к власти и обла­данию разовьется у монарха, результатом также может быть успокоение. Однако общеизвестно, что пря­мое следование своей цели часто заканчивается крахом, так как предъявляемые требования столь чрезмерны или вызывают столь опрометчивые поступки, что со­пряжены с конфликтами с другими людьми. Чаще ус­покоение от лежащей в основе сильной тревожности человек ищет не в одном, а в нескольких путях, кото­рые, кроме того, несовместимы друг с другом. Таким образом, невротик может одновременно испытывать настоятельную потребность повелевать другими и хо­теть, чтобы его любили, и в то же время стремиться к подчинению, при этом навязывая другим свою волю, а также избегать людей, не отказываясь от желания быть ими любимым. Именно такие абсолютно неразрешимые конфликты обычно являются динамическим цен­тром неврозов.

Наиболее часто сталкиваются стремление к любви и стремление к власти. Поэтому в нижеследующих гла­вах я буду более подробно обсуждать эти стремления.

Описанная мною структура неврозов не противо­речит в принципе теории Фрейда, согласно которой неврозы в своей сущности являются результатом кон­фликта между инстинктивными влечениями и социаль­ными требованиями или тем, как они представлены в Супер-эго. Но хотя я согласна, что конфликт между побуждением человека и социальным давлением со­ставляет необходимое условие для возникновения вся­кого невроза, я не считаю это условие достаточным. Столкновение между желаниями человека и социаль­ными требованиями не обязательно приводит к невро­зам, но может также вести к фактическим ограничени­ям в жизни, то есть к простому подавлению или вытес­нению желаний или, в самом общем виде, к действи­тельному страданию. Невроз возникает лишь в том случае, если этот конфликт порождает тревожность и если попытки уменьшить тревожность приводят в свою очередь к защитным тенденциям, которые, хотя и яв­ляются в равной мере настоятельными, тем не менее несовместимы друг с другом.


Рекомендуемые страницы:

Ученик деспота | Hurst Publishers

Описание

Дональд Трамп не деспот. Но он все больше действует как подмастерье деспота. Будь то нападки на прессу, угрозы верховенству закона или укомплектование Белого дома членами семьи и друзьями, Трамп заимствует шаги у мировых диктаторов. Причудливое преклонение перед президентом перед сильными мира сего также превратило внешнюю политику США в мощную силу, поддерживающую худшие режимы мира.

Брайан Клаас, эксперт по авторитаризму, хорошо умеет распознавать предупреждающие знаки тирании. Он убедительно утверждает, что каждой автократической тактикой или твитом Трамп еще больше подрывает демократические нормы в самой могущественной демократии в мире.

Ученик деспота — это срочное исследование уникальной угрозы, которую Трамп представляет для глобальной демократии, и того, как спасти ее от него, пока не стало слишком поздно.

Обзоры

«Брайан Клаас использует свои знания о мировых деспотических режимах, чтобы пролить свет на авторитарные тенденции в современной Америке.Страшное напоминание об очень реальных угрозах американской демократии, которые администрация Трампа представляет, и важное чтение для тех, кто хочет что-то с этим сделать », — Энн Эпплбаум, автор книги Красный голод: Сталинская война на Украине

Ученик деспота морально праведен в лучшем смысле этого слова. Брайан Клаас предлагает эрудированный и убедительный призыв противостоять как начинающим, так и честолюбивым деспотам как в Соединенных Штатах, так и во всем мире », — Яша Маунк, автор книги « Народ против демократии: почему наша свобода в опасности и как ее спасти ».

«Слава Богу, Брайан Клаас.В момент беспрецедентного политического кризиса для Соединенных Штатов он один из очень немногих экспертов, предлагающих столь необходимый глобальный взгляд на феномен Трампа. Он показывает, что Трамп — не столько исключение, сколько часть зловещей глобальной тенденции: разочарования в демократии. Проницательная и крайне необходимая книга », — Кристиан Кэрил, редактор The Washington Post , блог « DemocracyPost »

«Тщательный и наводящий на размышления учебник об угрозе демократии, исходящей от — и я не могу поверить, что говорю это — нынешнего президента Соединенных Штатов.- Дэвид Литт, New York Times, автор бестселлеров книги Спасибо, Обама: моя надежда, Чаще всего Белый дом, годы

.

«При таком большом количестве отдельных скандалов легко потерять перспективу широкой угрозы администрации Трампа для нашей республики. В «Ученик деспота » Брайан Клаас берет на себя титаническую задачу документировать многочисленные проступки демагога, давая нам существенное представление о последствиях для свободного и открытого общества. Как умело объясняет Клаас, если мы хотим отбить призрак деспотизма, это будет результатом преданности граждан демократическим принципам.- Эван Макмаллин, бывший главный политический директор Республиканской конференции Палаты представителей, бывший сотрудник ЦРУ по операциям, независимый кандидат на президентских выборах в США в 2016 году.

«К этому журналистскому расследованию следует относиться серьезно по обе стороны пруда. Наблюдения автора над диктаторскими режимами во всем мире углубляют наше понимание ослабления демократии и атак на свободу прессы, которые являются неотъемлемой частью феномена Трампа ». — The Methodist Review

Автор (ы)

Брайан Клаас — научный сотрудник Лондонской школы экономики по сравнительной политике, специализирующийся на демократизации и политическом насилии.Он консультировал несколько национальных правительств и крупных международных неправительственных организаций, включая International Crisis Group, Центр Картера и One Earth Future. Клаас получил докторскую степень в Оксфордском университете.

Запросить копию академического экзамена Запросить копию обзора прессы

Деспот Стефан — Королевская семья Сербии

Князь Лазар

Князь Лазар Гребелянович (ок. 1329 — 28 июня 1389) был средневековым сербским правителем, который создал самое большое и мощное государство на территории распавшейся Сербской империи.Государство Лазаря, которое историки называют Моравской Сербией, включало бассейны рек Великой Моравы, Западной Моравы и Южной Моравы. Лазар правил Моравской Сербией с 1373 года до своей смерти в 1389 году. Он стремился возродить Сербскую империю и занять ее место, утверждая, что является прямым наследником династии Неманичей, которая вымерла в 1371 году после двух столетий правления Сербией. Программа Лазара пользовалась полной поддержкой Сербской православной церкви, но сербская знать не признавала его своим верховным правителем.Его часто называют царем Лазаром Гребеляновичем. Однако он имел только титул принца.

Лазар был убит в битве за Косово в июне 1389 года, когда возглавлял панхристианскую армию, собранную для противостояния вторгшейся Османской империи во главе с султаном Мурадом I. Битва закончилась без явного победителя, хотя обе стороны понесли тяжелые потери, которые были более разрушительными для менее многочисленных сербов и их христианских союзников. Вдова Лазаря, Милица, правившая регентом их сына-подростка Стефана Лазаревича, преемника Лазаря, приняла османский сюзеренитет летом 1390 года.

Лазарь почитается в Православной христианской церкви как мученик и святой и высоко ценится в сербской истории, культуре и традициях. В сербской эпической поэзии он упоминается как Царь Лазарь.

Лазар родился около 1329 года в крепости Прилепак, в 13 км к юго-востоку от Ново Брдо, тогда важного шахтерского города. Его семья была потомственными лордами Прилепака, которые вместе с близлежащей крепостью Призренак защищали рудники и поселения вокруг Ново-Брдо.Отец Лазаря, Прибац, был логотетом (канцлером) при дворе Стефана Душана, члена династии Неманичей, который правил как король Сербии с 1331 по 1346 год и сербский император (царь) с 1346 по 1355 год. Логотет был относительно скромным в иерархии сербского двора. Душан стал правителем Сербии, свергнув своего отца, короля Стефана Уроша III, затем наградив мелких дворян, которые поддержали его в его восстании, подняв их на более высокие должности в феодальной иерархии.Отец Лазаря был среди этих дворян и был возведен в положение логофета, поклявшись в верности Душану. По словам Мавро Орбина, рагузанского историка XVI века, фамилия Прибаца и Лазара была Гребелянович. Хотя Орбин не предоставил источник для этого утверждения, оно было широко признано в историографии.

Придворный

Прибац был награжден Душаном еще одним способом: его сын Лазарь получил должность ставилака при дворе правителя. Ставилак (буквально «россыпь») играл роль в церемонии за королевским столом, хотя ему можно было поручить работу, не имевшую ничего общего с придворным ритуалом.Титул ставилака считается последним в иерархии сербского двора. Тем не менее, он был довольно престижным, так как позволял своему владельцу быть очень близким к правителю. Ставилак Лазар женился на Милице, которая, согласно последующим родословным, созданным в первой половине 15 века, была дочерью князя Вратко, правнука Вукана. Последний был сыном великого князя Стефана Неманья, основателя династии Неманичей, правившей Сербией с 1166 по 1371 год. Потомки Вукана не упоминаются ни в одном известном источнике, предшествующем генеалогии 15 века.

Царь Душан скоропостижно скончался в 1355 году в возрасте около 47 лет. Ему наследовал его 20-летний сын Стефан Урос. Лазарь оставался ставилаком при дворе нового царя. За смертью Душана последовал всплеск сепаратистской активности в Сербской империи. Эпир и Фессалия на его юго-западе отделились к 1359 году. То же самое произошло с Браничево и Кучево, северо-восточными регионами империи, контролируемыми семьей Растислалич, которая признала сюзеренитет короля Венгрии Людовика.Остальная часть сербского государства оставалась верной молодому царю Уросу. Однако даже внутри него могущественная сербская знать утверждала все большую независимость от царской власти.

Урос был слабым и не мог противодействовать этим сепаратистским тенденциям и стал второстепенной силой в государстве, которым он номинально правил. Он полагался на сильнейшего сербского дворянина, князя Воислава Войиновича Захумльского. Воислав начинал как ставилак при дворе царя Душана, но к 1363 году он контролировал большой регион от горы Рудник в центральной Сербии до Конавле на Адриатическом побережье и от верховьев реки Дрина до северного Косово.Следующими по власти после князя Воислава были братья Балшичи, Страцимир, Джурадж и Балса II. К 1363 году они получили контроль над регионом Зета, который по большей части совпадал с современной Черногорией.

В 1361 году князь Воислав начал войну с Республикой Рагуза за некоторые территории. Затем рагузане попросили самых выдающихся людей в Сербии использовать свое влияние, чтобы прекратить эти военные действия, наносящие ущерб обеим сторонам. В 1362 году рагузане также обратились к ставилаку Лазару и подарили ему три рулона ткани.Этот относительно скромный подарок свидетельствует о том, что Лазарь имел некоторое влияние при дворе царя Уроса. Мир между князем Воиславом и Рагузой был подписан в августе 1362 года. Ставилак Лазар упоминается в качестве свидетеля в документе от июля 1363 года, которым царь Урос одобрил обмен землями между князем Воиславом и Целником Мусой. Последний был женат на сестре Лазаря, Драгане, по крайней мере с 1355 года. Титул Мусы, целник («староста»), имел более высокий статус, чем ставилак.

Младший региональный правитель

Действия Лазара в период между 1363 и 1371 годами плохо задокументированы в источниках. Судя по всему, он покинул двор царя Уроса в 1363 или 1365 году; ему было около 35 лет, и он не продвинулся дальше ставилака. Князь Воислав, сильнейший региональный правитель, внезапно умер в сентябре 1363 года. Братья Мрнявчевич, Вукасин и Йован Угляса, стали самыми могущественными дворянами в Сербской империи. Они контролировали земли на юге Империи, прежде всего в Македонии.В 1365 году царь Урос короновал Вукасина, сделав его своим соправителем. Примерно в то же время Йован Углеса был произведен в ранг деспота. Племянник князя Воислава, Никола Алтоманович, к 1368 году получил контроль над большей частью территории своего покойного дяди; Николе тогда было около 20 лет. В этот период Лазар стал независимым и начал свою карьеру в качестве регионального лорда. Непонятно, как развивалась его территория, но ядром ее, конечно же, было не его вотчина, крепость Прилепак, захваченная Вукасиным.Ядро территории Лазара находилось где-то в районе, граничащем с Мрнявцевичами на юге, Николой Алтомановичем на западе и Растислаликами на севере.

Книга Мавро Орбина Il Regno de gli Slavi (Царство славян), изданная в Пезаро в 1601 году, описывает события, в которых Лазар был главным героем. Поскольку это сообщение не подтверждается другими источниками, некоторые историки сомневаются в его правдивости. По словам Орбина, Никола Алтоманович и Лазарь убедили царя Уроса присоединиться к ним в их нападении на братьев Мрнявцевичей.Столкновение между двумя группами сербских лордов произошло на Косовском поле в 1369 году. Лазар отказался от битвы вскоре после ее начала. Его союзники продолжали сражаться, но были разбиты Мрнявцевичем. Алтоманович едва спасся жизнью, а Урос был схвачен и ненадолго заключен в тюрьму братьями. Есть признаки того, что соправители, царь Урос и король Вукасин Мрнявчевич, разошлись своими путями за два года до предполагаемой битвы. В 1370 году Лазарь отнял у Альтомановича город Рудник, богатый центр горного дела.Это могло быть следствием поражения Алтомановича годом ранее. В любом случае, Альтоманович мог быстро оправиться от этого поражения с помощью своего могущественного защитника — Венгерского королевства.

Принц

Неизвестно, когда Лазарь носил титул кнеза, что обычно переводится как «князь». Самый ранний источник, свидетельствующий о новом титуле Лазаря, — это рагузанский документ на латыни от 22 апреля 1371 года, в котором он упоминается как «Приходит Лазарь».Рагуза используется как латинский перевод славянского названия кнез. В том же документе говорится, что в то время Лазарь держал Рудника. В средневековой Сербии кнез не был точно определенным термином, и титул не имел фиксированного ранга в феодальной иерархии. Его ранг был высоким в XII веке, но несколько ниже в XIII и первой половине XIV века. Во время правления царя Уроса, когда центральная власть пришла в упадок, был восстановлен высокий престиж титула кнез. Его носил могущественный региональный правитель Воислав Войинович до своей смерти в 1363 году.

Приход к власти

Османские турки захватили Галлиполи у Византии в 1354 году. Этот город на юго-восточной окраине Балканского полуострова был первым османским владением в Европе. Оттуда османы расширились на Балканы и к 1370 году достигли сербских земель, в частности, территории Мрнявцевичей в восточной Македонии. Армия братьев Мрнявчевич вошла на территорию, контролируемую османами, и вступила в бой с ними в битве при Марице 26 сентября 1371 года.Османы уничтожили сербскую армию; и король Вукасин, и деспот Йован Углеса были убиты в битве. Сын и преемник Вукасина, король Марко, стал соправителем царя Уроса. В декабре 1371 года Урош умер бездетным, что ознаменовало конец династии Неманичей, правившей Сербией на протяжении двух веков. Правителем сербского государства, фактически прекратившего свое существование в целом, формально был король Марко Мрнявчевич. Однако могущественные сербские лорды даже не думали признать его своим верховным правителем.Они напали на земли Мрнявцевичей в Македонии и Косово. Призрен и Печ были взяты братьями Балшичем, владыками Зеты. Князь Лазарь взял Приштину и Ново-Брдо, вернув себе свое наследие, крепость Прилепак. Братья Драгас, Йован и Константин, создали свои владения в восточной Македонии. Королю Марко в конце концов осталась лишь относительно небольшая территория в западной Македонии с центром в городе Прилеп. Вдова Йована Углесы Елена, ставшая монахиней и принявшая монашеское имя Ефимия, жила с князем Лазаром и его женой Милицей.

После кончины братьев Мрнявчевич Никола Алтоманович стал самым могущественным дворянином на территории раздробленного сербского государства. Пока Лазарь был занят взятием Приштины и Ново Брдо, Никола вернул ему Рудника. К 1372 году принц Лазарь и Твртко, Запрет Боснии, заключили союз против Николы. Согласно источникам в Рагузе, Венецианская республика выступила посредником в соглашении между Николой Алтомановичем и Джураджем Балшичем об их совместном нападении на Рагузу. Никола должен был получить Пелешац и Стон, рагузанские части области Захумле, которая была разделена между владениями Николы, Боснией и Рагузой.Людовик I, король Венгрии, строго предупредил Николу и Джураджа, чтобы они держались подальше от Рагузы, которая была вассалом Венгрии с 1358 года. Сговорившись с Венецией, врагом Венгрии, Никола потерял защиту Венгрии. Лазар, готовясь к конфронтации с Никой, пообещал королю Людовику быть его верным вассалом, если король будет на его стороне. Князь Лазарь и Бан Твртко напали и победили Николу Алтомановича в 1373 году. Никола был схвачен в его крепости, городе Ужице, и передан племянникам Лазара, братьям Музыка, которые (согласно Орбину с тайного одобрения Лазара) ослепили ему.Лазарь принял сюзеренитет короля Людовика.

Бан Твртко присоединил к своему государству части Захумле, которые принадлежали Николе, включая верховья рек Дрина и Лим, а также районы Оногост и Гацко. Князь Лазарь и его родственники, Вук Бранкович и Целник Муса, захватили большую часть владений Николы. Вук Бранкович, женившийся на дочери Лазара Маре около 1371 года, приобрел Сеницу и часть Косово. Подчиненный Лазаря, Целник Муса, управлял территорией вокруг горы Копаоник вместе со своими сыновьями Стефаном и Лазаром, известными как братья Музыка.Джурадж Балшич захватил прибрежные районы Николы: Драчевицу, Конавле и Требинье. Пан Твртко захватит эти земли в 1377 году. В октябре того же года Твртко был коронован королем сербов, Боснии, Приморья и западных областей. Хотя Твртко был католиком, его коронация была проведена в сербском монастыре Милесева или в другом известном сербском православном центре в его стране. Король Твртко заявлял о своих претензиях на сербский престол и наследие династии Неманичей. Он был дальним родственником Неманичей.Венгрия и Рагуза признали Твртко королем, и нет никаких указаний на то, что принц Лазар имел какие-либо возражения против нового титула своего союзника Котроманика. Это, с другой стороны, не означает, что Лазарь признал Твртко своим повелителем. Однако король Твртко не имел поддержки со стороны Сербской церкви, единственной сплоченной силы в раздробленном сербском государстве.

Главный лорд в Сербии

После кончины Николы Алтомановича принц Лазар стал самым могущественным лордом на территории бывшей Сербской империи.Некоторые местные вельможи сопротивлялись власти Лазаря, но в конце концов подчинились князю. Так было с Николой Зойичем на горе Рудник и Новаком Белокрквичем в долине реки Топлица. Большое и богатое владение Лазара было убежищем для восточно-православных христианских монахов, бежавших из районов, которым угрожали османы-исламисты. Это принесло известность Лазарю на Афоне, центре православного монашества. Сербская Церковь (Сербский Патриархат Печ) с 1350 года находилась в расколе с Константинопольским Патриархатом, центральной властью Восточного Православия.Сербский монах с горы Афон по имени Исайя, проявивший себя как писатель и переводчик, призвал Лазара работать над примирением двух патриархатов. Усилиями Лазаря и Исайи к Константинопольскому Патриарху была отправлена ​​духовная делегация для переговоров о примирении. Делегация прошла успешно, и в 1375 году Сербская Церковь была вновь принята в общение с Константинопольским Патриархатом.

Последний патриарх Сербской церкви в расколе, Сава IV, умер в апреле 1375 года.В октябре того же года князь Лазар и Джурадж Балшич созвали синод Сербской церкви в Печ. Патриарх Иефрем был избран новым главой церкви. Он был кандидатом Константинополя или компромиссным выбором из числа кандидатов могущественной знати. Патриарх Иефрем отрекся от престола в 1379 году в пользу Спиридона, что, по мнению некоторых историков, произошло под влиянием скрытого течения в Церкви, связанного с Лазаром. Князь и Патриарх Спиридон прекрасно сотрудничали.Церковь была обязана Лазарю за его роль в прекращении раскола с Константинополем. Лазарь также даровал земли монастырям и построил церкви. Его величайшим наследием как строителя церквей является монастырь Раваника, построенный в 1381 году. Некоторое время назад он построил церковь Св. Стефана в своей столице, Крушеваце; церковь стала известна как Лазарица. После 1379 года он построил монастырь Горняк в Браничево. Он был одним из основателей румынских монастырей в Тисмане и Водине. Он профинансировал строительные работы в двух монастырях на Афоне, сербском Хиландаре и русском Св. Пантелеймоне.

Лазар расширил свои владения до Дуная в 1379 году, когда князь взял Кучево и Браничево, изгнав венгерского вассала Радича Бранковича Растишлалича из этих регионов. Король Людовик ранее пожаловал Лазару область Маква или, по крайней мере, ее часть, вероятно, когда принц принял сюзеренитет короля. Это говорит о том, что Лазар, который сам был вассалом Людовика, восстал, и действительно, известно, что Людовик организовал кампанию против Сербии в 1378 году. Однако неизвестно, против кого Людовик намеревался действовать.Также возможно, что это был Радич Бранкович Растислалич и что нападение Лазара было одобрено Луисом.

Государство Лазара, известное в литературе как Моравская Сербия, было больше владений других владык на территории бывшей Сербской империи. У него также было лучше организованное правительство и армия. Государство включало бассейны рек Великой Моравы, Западной Моравы и Южной Моравы, простираясь от истока Южной Моравы на север до рек Дунай и Сава. Его северо-западная граница проходила по реке Дрина.Помимо столицы Крушевац, в состав государства входили важные города Ниш и Ужице, а также Ново Брдо и Рудник, два богатейших горнодобывающих центра средневековой Сербии. Из всех сербских земель государство Лазара находилось наиболее удаленно от османских центров и меньше всего подвергалось разрушительным действиям турецких набегов. Это обстоятельство привлекло иммигрантов из районов, находящихся под угрозой со стороны Турции, которые построили новые деревни и деревушки в ранее плохо заселенных и невозделываемых районах Моравской Сербии. Среди иммигрантов были и духовные личности, которые стимулировали возрождение старых церковных центров и основание новых в государстве Лазаря.Стратегическое положение бассейнов реки Моравы способствовало престижу и политическому влиянию Лазара на Балканах из-за ожидаемых турецких наступлений.

В грамотах, изданных между 1379 и 1388 годами, князь называл себя Стефаном Лазаром. «Стефан» — это имя, которое носили все правители Неманича, благодаря чему это имя считалось титулом сербских правителей. Твртко добавил к своему имени «Стефан», когда был коронован королем сербов и Боснии. С лингвистической точки зрения хартии Лазара демонстрируют черты косовско-ресавского диалекта сербского языка.В грамотах Лазар называл себя автократом всей сербской земли или автократом всех сербов. Самодержец, что по-гречески «самовласт», был эпитетом византийских императоров. Цари Неманича приняли его и применили к себе в буквальном смысле, чтобы подчеркнуть свою независимость от Византии, высший сюзеренитет которой они номинально признали. Во времена князя Лазаря сербское государство пережило потерю некоторых своих земель, раздел оставшихся земель между региональными лордами, конец династии Неманичей и турецкие нападения.Эти обстоятельства поставили вопрос о продолжении сербского государства. Ответ Лазара на этот вопрос можно было прочесть в титулах, которые он присвоил себе в своих уставах. Идеалом Лазара было воссоединение сербского государства под его руководством как прямого преемника Неманичей. Лазар получил полную поддержку Сербской церкви для этой политической программы. Однако могущественные региональные лорды — Балсики в Зете, Вук Бранкович в Косово, король Марко, Константин Драгас и Радослав Хлапен в Македонии — управляли своими владениями независимо от принца Лазаря.Кроме того, три лорда в Македонии стали османскими вассалами после битвы при Марике. То же произошло с Византией и Болгарией. К 1388 году османский сюзеренитет был также принят Джураджем Страцимировичем Балшичем, владыкой Зеты.

Турецкий отряд, беспрепятственно проходящий через территории османских вассалов, ворвался в Моравскую Сербию в 1381 году. Он был разбит дворянами Лазара Крепом Вукославичем и Витомиром в битве при Дубравнице, сражавшейся у города Парачин. В 1386 году османский султан Мурад I возглавил гораздо более крупные силы, которые захватили Ниш у Лазара.Неясно, произошло ли столкновение между армиями Лазара и Мурада в Плочнике, месте к юго-западу от Ниша, незадолго до или после захвата Ниша. Лазарь дал отпор Мураду в Плоцнике. После смерти короля Людовика I в 1382 году в Венгерском королевстве разразилась гражданская война. Похоже, что Лазарь участвовал в войне как один из противников принца Сигизмунда Люксембургского. Лазар, возможно, послал войска для сражения в районах Белграда и Сирмии. По мере того как османская угроза увеличивалась, а поддержка Сигизмунда в Венгрии росла, Лазар заключил мир с Сигизмундом, который был коронован венгерским королем в марте 1387 года.Мир был заключен, вероятно, в 1387 году, когда дочь Лазаря Теодора вышла замуж за Николая II Гарая, влиятельного венгерского дворянина, который поддерживал Сигизмунда. Примерно в том же году дочь Лазаря Елена вышла замуж за

Джураджа Страцимировича Балшича. Примерно за год до этого дочь Лазаря Драгана вышла замуж за Александра, сына Ивана Шишмана, царя Болгарии.

Битва за Косово

После сражения при Плоцнике в 1386 году Лазару стало ясно, что решающее сражение с османами неизбежно.После того, как он заключил мир с Сигизмундом, чтобы избежать неприятностей на своих северных границах, принц заручился военной поддержкой Вука Бранковича и короля Твртко. Король сербов и Боснии также ожидал более масштабного османского наступления, поскольку его армия под командованием Влатко Вуковича уничтожила крупную турецкую группу рейдов в битве при Билеке в 1388 году. Огромная османская армия во главе с султаном Мурадом, по оценкам, между 27 000 и 30 000 человек, продвинулись через территорию Константина Драгаса и прибыли в июне 1389 года на Косовское поле близ Приштины, на территорию Вука Бранковича.Османская армия была встречена войсками под командованием принца Лазаря численностью от 12 000 до 30 000 человек, которые состояли из собственных войск принца, войск Вука Бранковича и контингента под командованием Влатко Вуковича, посланного королем Твртко. Косовская битва, самая известная битва в средневековой истории Сербии, произошла 15 июня 1389 года. В ожесточенных боях и тяжких взаимных потерях погибли и князь Лазарь, и султан Мурад.

Сведения о ходе и исходе Косовской битвы в исторических источниках неполны.Можно сделать вывод, что в тактическом плане бой завершился вничью. Однако тяжелые взаимные потери были разрушительными только для сербов, которые привезли в Косово почти все свои боевые силы. Хотя Сербия при князе Лазаре была экономически процветающим и хорошо организованным в военном отношении государством, она не могла сравниться с Османской империей по размеру территории, населению и экономической мощи. Лазаря наследовал его старший сын Стефан Лазаревич. Поскольку он был еще несовершеннолетним, Моравской Сербией управляла мать Стефана Милица.Через пять месяцев после битвы на нее напали с севера войска венгерского короля Сигизмунда. Когда турецкие войска, двигаясь к Венгрии, летом 1390 года достигли границ Моравской Сербии, Милица приняла османский сюзеренитет. Она отправила свою младшую дочь Оливеру в гарем султана Баязида I. Вук Бранкович стал вассалом Османской империи в 1392 году. Теперь все сербские земли находились под османским сюзеренитетом, за исключением Захумле при короле Твртко.

Культ

После битвы за Косово принц Лазарь был похоронен в церкви Вознесения в Приштине, столице владений Вука Бранковича.Через год или два, в 1390 или 1391 году, сербская церковь и семья Лазара перенесли мощи Лазара в монастырь Раваница, который князь построил и предназначил для своего захоронения. На церемонии захоронения мощей в Раванице присутствовало высшее духовенство Сербской Церкви, в том числе патриарх Данило III. Скорее всего, именно в это время и в этом месте Лазарь был канонизирован, хотя никаких сообщений о его канонизации не было написано. Он был причислен к христианским мученикам, его праздник отмечали 28 июня.Согласно писаниям Патриарха Данила и других современных авторов, князь Лазарь был схвачен и обезглавлен турками. Таким образом, его смерть можно сравнить со смертью ранних христианских мучеников, убитых язычниками.

В средневековом государстве с сильной связью между государством и церковью, как в Моравской Сербии, канонизация была не только церковным актом. Это также имело социальное значение. После двух столетий правления династии Неманичей, большинство членов которой были канонизированы, Лазарь был первым мирянином, признанным святым.За свою жизнь он добился значительного авторитета как главный лорд на территории бывшей Сербской империи. Церковь видела в нем единственного правителя, достойного и способного сменить Неманичей и восстановить их государство. Его смерть стала поворотным моментом в истории Сербии. Последствия Косовской битвы почувствовали себя в Сербии почти сразу, хотя более значительным в конечном итоге была битва при Марице восемнадцатью годами ранее, когда поражение братьев Мрнявчевич в ней открыло Балканы для турок.

Лазарь отмечен как святой и мученик в десяти культовых писаниях, составленных в Сербии между 1389 и 1420 годами; девять из них можно было датировать ближе к первому году, чем ко второму. Эти писания были основным средством распространения культа святого Лазаря, и большинство из них использовалось в литургии в его праздник. Энкомиум князя Лазаря монахини Ефимии считается самым литературным из десяти текстов. Монахиня Ефимия (светское имя — Елена) была родственницей принцессы Милицы и вдовой Йована Углесы Мрнявчевича.После его смерти она жила с Милицей и Лазаром. Ефимия вышила свой Encomium позолоченной нитью на шелковом саване, покрывающем мощи Лазаря. Стефан Лазаревич считается автором текста, высеченного на мраморной колонне, воздвигнутой на месте битвы за Косово. Колонна была разрушена османами, но текст сохранился в рукописи 16-го века. Патриарх Данило III написал Повествование о князе Лазаре примерно во время переноса мощей Лазаря. Он считается исторически наиболее информативным из десяти произведений, хотя представляет собой синтез агиографии, панегирика и проповеди.Князя прославляют не только как мученика, но и как воина.

Со смертью Лазаря Сербия потеряла своего сильнейшего регионального правителя, которого можно было рассматривать как последнюю надежду против расширяющейся османы. Эта потеря могла привести к пессимизму и чувству отчаяния. Авторы культовых произведений истолковали смерть Лазара и тысяч его воинов на Косовском поле как мученичество за христианскую веру и за Сербию. Султан Мурад и его армия описываются как кровожадные, безбожные языческие звери.Князь Лазарь своей мученической смертью навсегда останется среди сербов добрым пастырем. Его культ присоединился к другим великим культам средневековой Сербии, культам первых канонизированных Неманичей — святого Симеона (чье светское имя было Неманья) и его сына святого Саввы. Культы способствовали консолидации сербов в сильную религиозную и политическую единицу. Однако Лазарь находился в тени святых Саввы и святых Симеона.

Сын и преемник Лазаря, Стефан Лазаревич, получил титул деспота от византийского императора и перестал быть вассалом Османской империи в 1402 году.По крайней мере, во время своего правления святой князь Лазарь, вероятно, почитался по всей Моравской Сербии, а также в двух монастырях на Афоне, сербском Хиландаре и русском Св.

Пантелеймоне, в которых князь финансировал некоторые строительные работы. Известно, что во время правления деспота Стефана было написано только одно изображение Лазаря. Он изображен на фреске монастыря Любостиня, построенного около 1405 года княгиней Милицей. Лазарь здесь представлен царственными атрибутами, а не святыми.Его следующее изображение появилось только в 1594 году, когда оно было написано среди изображений множества других персонажей в монастыре Ораховица в Славонии (тогда еще находившегося под властью Османской империи). Для его культа важнее иконографии была культовая литература.

Деспот Стефан Лазаревич внезапно скончался в июле 1427 года. Его сменил деспот Джурадж, сын Вука Бранковича и внук Лазаря. В начале своего правления Джурадж издал грамоту, в которой назвал Лазаря святым. Когда он переиздал хартию в 1445 году, он избегал прилагательного «святой» в отношении Лазаря, заменив его словом «покоящийся в святости».Избегание называть князя святым можно наблюдать в других документах и ​​надписях того периода, в том числе написанных его дочерью Еленой.

Сербская деспотия пала на османов в 1459 году. Почитание святого князя Лазаря превратилось в местный культ, центром которого был монастырь Раваница. Его монахи продолжали ежегодно отмечать его праздник. Князь подарил монастырю 148 деревень и различные привилегии. Османы сократили его собственность до пары деревень, в которых всего 127 семей, но освободили Раванику от некоторых налогов.Итальянский путешественник Марк Антонио Пигафетта, посетивший Раванику в 1568 году, сообщил, что монастырь ни разу не пострадал от турок, и монахи свободно исповедовали свою религию, за исключением того, что им не разрешалось звонить в колокола.

Святой Лазарь почитался при дворе первого русского царя Ивана Грозного (1547–1584), чья бабушка по материнской линии родилась в сербской дворянской семье Яксич. Лазарь появляется на фреске Архангельского собора, усыпальницы русских правителей в Московском Кремле.Стены собора были расписаны в 1565 году фресками с изображением всех русских правителей, предшествовавших Ивану Грозному. Изображены были только четверо инородцев: византийский император Михаил VIII Палеолог и три серба — святые Симеон, Сава и Лазарь. Князь также представлен в Иллюстрированной летописи Ивана Грозного в девяти миниатюрах, изображающих битву за Косово. Именно в этой русской книге князь Лазарь впервые назван царем. Около 1700 года граф Джордже Бранкович напишет свои славяно-сербские летописи, в которых утверждал, что Лазарь был коронованным царем.Это повлияло бы на сербскую народную традицию, в которой князь по сей день известен как царь Лазарь. После смерти Ивана Грозного Лазарь редко упоминается в русских источниках.

Культ Лазаря на его османской родине, сведенный к монастырю Раваница, получил развитие во время правления сербского патриарха Паисия. В 1633 году и в несколько последующих лет Лазарь был расписан в церкви Патриаршего монастыря Печ и трех других сербских церквях. Патриарх Паисий писал, что сербский царь Душан усыновил Лазаря и выдал ему замуж его родственницу, принцессу Милицу.Таким образом, Лазар был законным преемником династии Неманичей. В 1667 году князь был изображен на стене монастыря Хиландар. Тот же художник создал икону с изображением Лазаря и

Джордже Кратоваца, ювелира, который был замучен и убит турками и признан мучеником. В 1675 году князь Лазарь и несколько Неманичей были представлены на иконе, заказанной братьями Гавро и Вукое Хумковичами, сербскими мастерами из Сараево. Изображения князя этого периода показывают его скорее как правителя, чем как святого, за исключением иконы с Джордже Кратовацем.

Во время Великой турецкой войны в последние десятилетия 17 века Габсбургская монархия отняла у османов часть сербских земель. В 1690 году значительная часть сербского населения, проживавшего на этих землях, эмигрировала в Габсбургскую монархию, поскольку ее армия отступила из Сербии перед наступлением османов. Этот исход, известный как Великое переселение сербов, возглавил Арсение III Карноевич, патриарх сербской церкви. Монахи из Раваники присоединились к исходу на север, забрав с собой мощи Лазаря и монастырские ценности.Они поселились в городке Сентендре, недалеко от которого построили деревянную церковь и поместили в нее мощи. Они построили себе дома вокруг церкви и назвали свое новое поселение Раваникой. Сентендре также стал временной кафедрой Патриарха Арсения III.

Монахи Раваницы установили контакты с сербскими монастырями Габсбургской монархии и с Русской Православной Церковью, от которой они получали помощь. За время пребывания в Сентендре они значительно расширили свою библиотеку и сокровищницу.В этот период они начали использовать печать для распространения почитания Святого князя: они сделали гравюру на дереве, изображающую Лазаря в виде цефалофора, держащего в руке отрубленную голову. В 1697 году монахи Раваники покинули свое деревянное поселение в Сентендре и перебрались в полуразрушенный монастырь Врдник-Раваница на горе Фрушка-Гора в районе Сирмии. Они отремонтировали его и поместили мощи Лазаря в его церковь, после чего этот монастырь стал центром культа Лазаря. Вскоре его стали чаще называть Раваникой, чем Врдником.К середине 18 века зародилось поверье, что монастырь основал сам князь Лазарь. Его церковь стала слишком маленькой, чтобы вместить всех преданных, которые собирались там по праздникам.

Пассаровицкий договор, по которому Сербия к северу от Западной Моравы была передана от Османской империи Габсбургской монархии, был подписан 21 июля 1718 года. В то время только один из первых монахов Раваницы покинул свой монастырь 28 лет назад был еще жив. Его звали Стефан.Незадолго до подписания договора Стефан вернулся в Раванику и отремонтировал монастырь, который к его приходу был полуразрушен и зарос растительностью. В 1733 году в Раванике было всего пять монахов. Сербия была возвращена Османской империи в 1739 году, но на этот раз монастырь не был полностью заброшен.

После Великого переселения сербов высшее духовенство сербской церкви активно популяризировало культы канонизированных сербских правителей. Арсений IV Сакабента, митрополит Карловицкий, нанял в 1741 году граверов Христофора Зефаровича и Тома Месмера для создания плаката под названием «Святой Сава с сербскими святыми из дома Неманья», на котором также был изображен Лазарь.Его цель была не только религиозной, поскольку она также должна напоминать людям о независимом сербском государстве до османского завоевания, а также о борьбе принца Лазара против оттских граверов, выпустившей книгу под названием Stemmatographia, опубликованную в Вене в 1741 году. 29 правителей и святых, среди которых было два цефалофора, Иован Владимир и Лазарь. Стемматография была очень популярна среди сербов, разжигая в них патриотические чувства. Святой князь часто изображался как цефалофор в последующих произведениях, созданных в различных художественных техниках.Отдельным случаем среди изображений Лазаря является медная пластина 1773 года работы Захарии Орфелина, на которой принц изображен парадным образом, без каких-либо святых атрибутов, кроме нимба.

Мощи Лазаря оставались в монастыре Врдник-Раваница до 1941 года. Незадолго до нападения нацистской Германии и захвата Югославии мощи были перенесены в Бешеновский монастырь, также на горе Фрушка-Гора. Сирмия стала частью нацистского марионеточного государства Хорватия, контролируемого фашистским движением Устасе, которое проводило широкомасштабные кампании геноцида против сербов.Архимандрит Врдника Лонгин, бежавший в Белград в 1941 году, сообщил, что сербские священные объекты на Фрушка-Горе находятся под угрозой полного уничтожения. Он предложил перевезти их в Белград, что было принято Синодом Сербской Православной Церкви. 14 апреля 1942 года, после разрешения немецких оккупационных властей, мощевик с мощами Лазаря был перевезен из Бешеново в Кафедральный собор Белграда и торжественно возложен перед иконостасом в церкви.В 1954 году Синод постановил, что мощи должны быть возвращены монастырю Раваница, что было завершено в 1989 году — к 600-летию Косовской битвы.

В эпической поэзии

В сербской эпической традиции Лазаря в ночь перед битвой посетил серый ястреб или сокол из Иерусалима, предложивший выбор между земным царством — предполагаемой победой в битве за Косово — или небесное царство — которое наступит в результате мирной капитуляции или кровавого поражения.

Согласно эпосам, Лазарь выбрал вечное, небесное царство и, следовательно, погиб на поле битвы. «Мы умираем со Христом, чтобы жить вечно», — сказал он своим солдатам. Заявление и завещание Косово рассматривается как завет, который сербский народ заключил с Богом и скрепил кровью мучеников. С тех пор все сербы, верные этому Завету, считают себя народом Божьим, нацией Нового Завета Христа, небесной Сербией, частью Нового Израиля Бога. Вот почему сербы иногда называют себя людьми Неба.

Ефимия, бывшая жена Углесы Мрнявцевича, а затем монахиня монастыря Любостиня, вышила «Похвалу князю Лазару», одно из самых значительных произведений средневековой сербской литературы. Сербская Православная Церковь канонизировала Лазаря как Святого Лазаря. Его отмечают 28 июня (г. Видовдан). Несколько городов и деревень (например, Лазаревац), а также сербские православные церкви и миссии по всему миру названы в его честь

Zoetrope: All-Story | О деспот! Мой деспот!

Я слушаю из своей комнаты внизу, как мой деспот плачет в своей наверху.

Какая пытка!

Но что я могу для него сделать? Он плохо реагирует на то, чтобы оставить свои утешения. Тем не менее, он должен уйти, иначе он будет вынужден уйти вместе со мной и несколькими верными националистами, которые остаются в Великом Доме, которые охраняют и охраняют порядок, хотя я подозреваю, что даже эти гордые мужчины и женщины вскоре откажутся от своей верности и заставят сами являются героями документальных фильмов, как и многие из них до них, восстанавливая свою любовь к стране перед лицом падения нашего великого деспота.

Утром он обратится к народу в последний раз, и в последние несколько месяцев моей задачей было подготовить его к этому обращению. Ему сказали, что это будет его лучший шанс возродить свое наследие, доказать, что он здоров и здоров, и уйти по собственному желанию.

Ой, как мы сюда попали, мой деспот? — молча спрашиваю. Иногда мне кажется, что наши умы едины, и мы можем слышать друг друга, не говоря ни слова.

Он сказал бы мне, что это ерунда. Но я вижу по его крикам, отрывистому кашлю и полуночному вою человека, который винит только себя.

Разве не ты, мой деспот, однажды сказал, давным-давно, что мы должны быть бдительны, как дождевой червь, чтобы, когда нас порежут, мы все еще сможем возродиться, и копать, и бороздить, и обеспечивать нашу землю?

Да, я вырос, неправильно понимая истинное значение жертвы, и я видел, как мои родители отдавали свои жизни идеям, мыслям и мечтам.

Мне потребовалось время, чтобы понять, что значит быть благодарным.

Много побоев и лекций. Множество спринтов и холодных душей.Я был бедным и дряблым. Ты, мой деспот, сделал меня богатым и худым.


Каждая ночь была хуже предыдущей.

Мой деспот не может уснуть.

«Я не буду спать!» он плачет.

Какие ужасные кошмары ему снятся, когда он закрывает глаза.

«Части меня начали отваливаться, Далтон. Сначала уши, потом нос, губы, руки и ногти. Все, что осталось, это мои глаза, чтобы я мог видеть, как ужасно я выгляжу! »

Я пытаюсь успокоить его, принося ему теплое молоко и пою колыбельную, но он не успокаивается; он пьет молоко и ходит по спальне.Я начинаю задремать, а он будит меня ударом по животу.

«Еще молока!» он требует.


Я могу с уверенностью сообщить, что у моего деспота все в порядке, но он не выглядит здоровым. Мы пытались решить эту проблему с помощью макияжа под глазами, но мой деспот суетится и отталкивает стилистов.

«Пусть видят!» он кричит. «Пусть они увидят, что нужно, чтобы управлять этой страной!»

«Но ваша внешность, сэр», — говорю я.

«Да? Что насчет этого? Я миролюбивый человек, Далтон! Любой миролюбивый человек выглядит так, как будто его выгнали на шестьдесят раз до воскресенья.Ганди. Мандела. Иисус. Так что, если я крепкий? Разве это не значит, что я страдаю? »

Ох уж уровень ненависти!

Причина такого беспокойства, такой изнурительной депрессии. Воистину, мой деспот страдает, зная, что есть те, кто хочет видеть его глазницы заполненными личинками.

«Они называют меня так много имен, Далтон. Говорят, я слаб, зубы кривые, а в голове картофельное пюре ».

«Какие непристойности, сэр».

«И явно неточно, Далтон.Почувствуйте мои руки. Нет, не там — выше.

«Твердый как скала, сэр. Ничего, кроме впечатляющего ».

«И посмотри сюда».

«Совершенно прямо, сэр. Ни даже неправильного прикуса ».

«Должен ли я назвать каждого мирового лидера в алфавитном порядке?»

«В чем будет смысл, сэр?»

Мы отчаянно пытались вернуть моему деспоту хорошую физическую форму. Он придерживался строгой диеты, состоящей из корнеплодов и рыбы, но он не может прожить и дня без чашек с арахисовым маслом, а без чашек с арахисовым маслом он не очень хорош.

Но, как всегда, мой деспот не перестает удивлять. Буквально на прошлой неделе, подстегнутый насмешками, он позвал меня, чтобы я надевал спортивный костюм и зашел к нему в комнату.

«Надо подтянуться!» воскликнул он. «Ты мальчик для работы, Далтон! Мне нужно накачать ягодицы. В пору расцвета у меня были такие великолепные ягодицы! »

Я заметил, что мой деспот был одет в шорты, которые, должно быть, относились к эпохе тех великолепных ягодиц. Однако теперь его зад был довольно большим и ямчатым. Ткань горчичного цвета едва скрывала его петлю, средний шов рассекал его крабовые яблоки.

«Вы знали, что я когда-то был очень хорошим спортсменом, Далтон? Меня считали одним из самых быстрых людей на земле ».

«Думаю, я знал это, сэр».

«Думаешь? Где твое чувство истории? Смотри, Далтон.

Сначала выполняли сгибания в коленях, прогибы назад и легкие приседания. Тогда я предложил пробежаться по Большому дому.

«Вы знаете, сколько там коридоров, Далтон?»

«Я не знаю, сэр».

«Они бесконечны».

«Да, сэр.”

Мой деспот превратил нашу прогулку в рысь, насмехаясь надо мной, скакая назад и визжая. Затем он начал спринт, его ягодицы сильно подпрыгнули. Мгновение спустя он согнулся пополам.

«О, случилось что-то ужасное, — сказал он.

В ту ночь я сидел на табурете рядом со своим деспотом, пока он мокнул в ванне. Врач посоветовал ему провести пятнадцать минут в теплой воде и пятнадцать минут на улице, и продолжать делать это до тех пор, пока его крабовые яблоки не раскроются.

Когда истекли первые пятнадцать минут, мой деспот потребовал свою мантию, и я накинул ее ему на плечи.Когда он потянулся за динглом, я напомнил ему о предписаниях врача.

«Пусть расслабятся сами, сэр», — сказал я.

«Да. Хорошо, — сказал он.

Он промок и стоял, промокший и стоял.

«Умеешь ли ты играть на музыкальном инструменте, Далтон?» он спросил.

«Я неплохо дую на губную гармошку, сэр».

«Я имею в виду настоящий инструмент, Далтон».

«Нет, сэр. Я не особо разбираюсь в музыке «.

«Я так давно не слышал музыку.Я только что вспомнил об этом. Интересно, что случилось? »

«Сэр», — сказал я, глядя вниз. «Они раскрутились».

«Так и есть», — сказал он и завязал одежду. «С нетерпением ждать, Далтон».

«Да, сэр».

Он прошел через дверь в свою спальню.

«Спите спокойно, сэр», — сказал я.

Я задержал минутку, надеясь, что он меня услышал.


Если этот документ когда-нибудь станет историческим свидетельством, пожалуйста, не думайте, что я плохо говорю о природе своего деспота.Ибо, даже когда его яйца связаны узлом, сила и уверенность его глаз наделяют его неизмеримыми силами. У него красивое лицо с острым подбородком, а к вечеру, когда щетина отросла, он принимает вид грубого джентльмена, искусного в стрельбе по глиняным голубям.

Само Его присутствие привлекает внимание самых гнусных подразделений нашей страны. Он ходит и указывает, и куда его глаза направляются, так и ваши глаза, а затем снова в его, поскольку теперь он смотрит на вас, как он это делает со знаменами, развешанными вдоль разрушающихся зданий в центре города (даже половина его лица закрывает много рушится), а затем он выходит из некогда тихой комнаты, оставляя ее в состоянии замешательства, беспокойства и усиливающейся нестабильности.

Я видел, как люди следуют за моим деспотом, как в трансе, до баррикад, до огромного парка бронированных автомобилей, где он поворачивается и машет им, уводя их обратно в дикую природу.

Вы не можете забыть тот славный день, много лет назад, когда мы стояли по стойке смирно и слушали сквозь вороний карканье, смех и крики, когда его голос гудел через громкоговорители, прикрепленные к деревьям на зеленой площади. Вы не можете не вспомнить и следующий день, и вид человека, которого тащат за ноги из задней части фургона через ту же площадь, теперь покрытого птичьим пометом.

Боже, как времена изменились и не изменились!

Мой деспот закрывает каждый адрес с той же праведной искренностью:

«Что я могу дать тебе больше, чем мое сердце, моя душа, моя жизнь?»

А мы стоим молча, как будто слушая молитву.

Но теперь мой деспот, похоже, становится все более непопулярным среди своего народа.

«Что я могу сделать?» — воскликнул он однажды, после того как мы посмотрели по телевидению клеветническую комедию, в которой был показан гораздо более крупный и пухлый мужчина, который пересекает кишащий аллигаторами приток, используя мост, составленный из его собственных составляющих.«Они не знают, кем я был до того, как стал тем, кем я являюсь».

Какие слова! Я думал. Какое смирение!

«Далтон, тебе известно, что я сирота?»

«Нет, сэр».

«Потому что я нет! Тем не менее, я очень сочувствую сиротам. Мои родители никогда не знали, как меня воспитывать. Но я скучаю по ним, Далтон. Я скучаю по лету. Я скучаю по океану. Я скучаю по крыльцу и вижу, как мои сундуки свисают с перил, с них капает вода, пока они сохнут на солнце. Я скучаю по запаху персиков! И, ей-богу, я даже персики никогда не любил так сильно.Что за мир моя память! Какой мускул у меня на уме! Как долго мы должны страдать в его стихийной революции? »

«Сэр, это сырье. Это то, чем вам нужно поделиться с людьми ».

«Нет, Далтон. Расскажи людям о своих личных мыслях, и они заболят от надежды.

Ой, но он болит! Он плачет последние дни и дни грядущие! Иногда он плачет, даже не зная почему!

«Далтон!» он плачет. «Мои бедные глаза никогда не высохнут!»

«Сэр, мои руки полны использованных салфеток.”

«Дети умирают».

«Да, и взрослых мужчин и женщин тоже».

«Взрослые мужчины, женщины и дети».

«Целыми семьями, сэр».

«Столько трагедий, Далтон. Сколько у человека может быть сочувствия? »

«Это великий подвиг — вызвать все это сочувствие, сэр».


Я служу деспоту более половины своей короткой жизни, и бывают дни, когда он, кажется, не знает, кто я, и приказывает охранникам раздеть меня и обыскать во всех очевидных местах , а также некоторые не столь очевидные места.

Да, меня предупреждали о долгих ночах, которые он будет проводить в слезах, о его непостоянстве в животе, о самопроизвольных отключениях. Однажды ночью, в первую неделю моего поста, мой деспот почувствовал тошноту после ужина из морского окуня. Я тоже съел морского окуня, и он показался мне безвкусным и приятным, но я покорно последовал за своим деспотом в умывальную, где мое сочувствие к шуму (и запаху) его рвоты вскоре заставило нас по очереди бросаться в розово-окрашенные уборная.

Когда мы закончили, мы присели к стене и затаили дыхание.

«Это было круто!» — наконец воскликнул мой деспот.

Это были первые слова, которые он когда-либо сказал мне.

«Откуда ты, Дэниелс?»

«Недалеко».

«А ваши люди? Чем они зарабатывали себе на жизнь? »

«Моя мать была художницей, сэр».

«Это правда?»

«Ей никогда не нравилось оставаться на одном месте слишком долго».

«Ты скучаешь по ней?»

«Верю, сэр. Но не так сильно, как до моих дней саморефлексии.”

«Хороший мальчик. А твой отец? Как он тебя подвел?

«Он не был сильным человеком, сэр. У него было идеальное тело, большие мускулы и квадратный подбородок. Но внутри, сэр, его сердце было сделано из яблочного пюре.

«Слабость, Делейни, проклятие существования».

«Да, сэр».

«Пожалуйста, — сказал мой деспот и потянулся ко мне, чтобы помочь ему подняться на ноги.


Каждое утро я читаю своему деспоту из его собственных мемуаров, пока он промокает свою тяжелую кожу. Когда он закончил замачиваться, я брею ему лицо.В зависимости от своего настроения он мог игриво схватить меня за сосок, почти заставив мою руку соскользнуть. В одном случае он схватил меня за запястье и потянул им к своей шее — бритва прижалась к его адамову яблоку, легкое прикосновение крови — а затем рассмеялся надо мной, как если бы я был второразрядным исполнителем на прослушивании.

После того, как он вымочился и побрился, я ухаживаю за своим деспотом, пока он смотрит на свои конфиденциальные документы.

Однажды, заметив под его ногтем изрядное количество грязи и носка, я поставил его ногу себе на колени и осторожно вставил кирку, чтобы соскрести грязь; и хотя мой деспот жаловался, что кирка щекочет и угрожал мне всяческими расправами, он позволил мне продолжить.Затем я занялся самим гвоздем, что требовало регулярного ухода за ним. Когда я сжал затвердевший кератин и сжал машинку для стрижки, чип взлетел ввысь и порезал мой левый глаз.

У меня ослабло зрение, я заколебался и упал на кафельный пол.

«О, странное происшествие!» хвалил мой деспот.

Я застонал. Я стиснул зубы. Я поднес руку к глазу и опустил ее, а другим глазом увидел кровь.

«Прошу прощения за вашу боль, Далтон, но разве вам не нравятся эти странные происшествия? Что еще делает эту прекрасную жизнь достойной того, чтобы жить? »

«Да, сэр», — сказал я.

Я зажал окровавленный глаз и крепко скрестил пальцы ног. Боль не была такой сильной в свете волнения моего деспота.

«Я не верю, что ты закончишь мои ногти, Далтон. Но я не могу позволить вам уйти, пока я не закончу свое чтение, а теперь, когда некоторые страницы упали на мокрый пол и попали в вашу кровь, мы должны ждать новых. Ты понимаешь.»

«Да, сэр. Я рад подождать ».

Я полагаю, что глаз заразился в последующие часы, пока мой деспот закончил чтение, но какой у меня был выбор?


После утренней уборки мы снова поехали на фургоне в родной город моего деспота.

Мы прошли по главной улице мимо церкви, библиотеки и кондитерской и завернули за угол к его дому, который перекрашивают дважды в день, чтобы скрыть отвратительные граффити.

«Далтон, это то место, где я спал, на втором этаже. Я смотрел в это окно, пока моя мать шлепала меня по заднице, и я видел магазинчик сладких пенни, и я думал, как однажды я буду править этой жалкой страной ».

«Это было то окно, сэр? Или окно, выходящее на север?

«Ты прав, Далтон.Это была другая комната, не так ли? »

«Я так думаю, сэр».

«Мне снилось столько снов в этом доме, Далтон. Куда они все ушли?»

Мы пошли на задний двор.

«В детстве у меня было много животных — кролики, козы, собаки, — но никто из них не любил меня очень сильно. И моя мать тоже.

С большого дерева свешивались две веревки, привязанные к деревянной доске. Глаза моего деспота заблестели.

«Ах, как бы я качнулся, Далтон!»

Он схватился за одну из веревок.

«Вы меня подтолкните?» он спросил.

«Конечно, сэр».

Он сел на доску, и ветвь дерева начала поддаваться. Деталь услышал треск, и, прежде чем он ударился о землю, они оттолкнули моего деспота с дороги. Один из мужчин получил удар упавшей конечностью и был доставлен в больницу с тяжелым ранением головы.

«Бедный мой качели!» — воскликнул мой деспот. «Мое бедное детство!»


Теперь мой деспот приказал нам оставить его в покое, чтобы он мог подготовиться к завтрашнему дню.

Трижды я спрашивал, не хочет ли он теплого молока, чтобы помочь ему уснуть, и трижды он отрицал какое-либо влечение к молоку — независимо от температуры и времени.

«Многие великие лидеры выпили стакан теплого молока перед тем, как уединиться на несколько часов, — заверил я его, — включая одного или двух пап».

По правде говоря, попросив стакан теплого молока, он смущается.

Я все равно принес молоко, и он перевернул поднос мне на рубашку и захлопнул дверь.Я нахмурился, увидев пятно, потому что у меня не так много хороших рубашек, так как с начала войны были сокращены ненужные траты, чтобы мы могли продолжать строить нашу армию, чтобы показать силу и единство.

Но не жалей меня. Жалко Эмилио, которому нужно доить корову.


О, мой деспот, разве мы однажды ночью не так весело танцевали в нижнем белье под веселую музыку по спутниковому радио?

Мой деспот на удивление шустрый! Такая впечатляющая гибкость!

«Немногие об этом знают, Далтон, — сказал он, — но в юности я хотел стать профессиональным танцором.”

Я чувствовал себя легким, но уверенным и безопасным, когда мы плыли по комнате, и он повернул меня, как молодой любовник, прежде чем прижать меня к своей груди. Острые бакенбарды на его лице прижимались к моей шее, как дюжина игл.

«Я веду себя сегодня глупо, Далтон», — сказал он.

«Нет ничего плохого в том, чтобы иногда быть глупым, сэр».

«Но какой повод?»

«По моему опыту, сэр, глупость доставляет наибольшее удовольствие, когда она возникает спонтанно.”

Мой деспот повернул меня и выпустил мою руку. Он сорвал пару влажных полотенец из пирамиды влажных полотенец и бросил одно мне.

«Ты хочешь сказать, Далтон, что я не должен чувствовать себя виноватым за то, что хочу танцевать, пока так много моих людей болеют и умирают?»

«Да, сэр. Даже больные и умирающие наслаждаются танцем время от времени, если они готовы к этому ».

Он прижал полотенце ко лбу, сел на диван и скрестил ноги.

«Мы такие расточительные, Далтон. Это один урок, который инопланетяне могут извлечь у нас — и я не имею в виду инопланетян там, — сказал мой деспот, неопределенно указывая на юг и нахмурившись, — а там, наверху, в галактиках или где-то еще. Мы действительно знаем, как собирать мусор. Большие груды мы разбиваем на более мелкие. И когда-нибудь меньшие кучи станут кучей побольше, и у нас будут башни из мусора, который раздроблен, сложен, раздроблен и сложен до тех пор, пока он, наконец, не опрокинется, и мы уйдем.Знаешь, вот что мы собираемся сделать. Задолго до того, как у нас закончится вода или мы сгорим до хрустящей корочки, мы утонем в своих ведрах с курицей ».

Вскоре его самообладание сменилось ужасной скованностью.

«Далтон», — сказал он. «Я всю жизнь болел и умирал».


Во втором томе своих еще не опубликованных мемуаров My Life Philosophy мой деспот говорит о своей жизненной философии:

Прошлое — это всего лишь проверка, но мы забываем о цели проверки, которая состоит в том, чтобы не допустить ошибок в будущем.Вместо этого мы говорим: «Мы проиграли», и это конец, и мы готовимся к следующему тесту, который потребует от нас знания нового, дальнейшего отталкивания того старого, чего мы никогда не знали, так что, в конце концов, мы ничего не знаем и ничего не можем сделать. Чтобы предотвратить ошибки, мы должны изучить информацию, да, но затем мы должны действовать на непроверенной почве, строя новое прошлое по ходу дела, беря с собой только тех, кто готов пожертвовать еще большим исследованием того, что когда-то было домом. Нас уже достаточно долго проверяли — об этом было столько песен, и даже тех популярных песен, которые до сих пор играют в сквозняках, где плотники долбят по дереву, как дети или сыны Божьи, даже те вечные три и — симфонии продолжительностью полминуты не могут вдохновить нас двигаться вперед — и поэтому, да, никаких учителей и так далее, или, если подумать, все раунды реальны и все поставлено на карту.На данный момент у вас нет времени думать о том, как это произошло.


В первую ночь, когда люди попытались захватить Большой Дом и были окончательно разрушены, мой деспот крикнул из своего кабинета:

«Но я же хороший человек!»

«Да, сэр!» Я прибежал, плача. «Вы хороший человек, сэр!»

«И воспитанный! Мама научила меня правильно мыть масленку. Ты знаешь, насколько грязным становится блюдо с маслом, Далтон?

«Нет, сэр.Мы использовали ванну ».

«Конечно, Далтон. Мои извинения.»

«Ничего страшного, сэр».

«Мое наследие, Далтон. Подумайте о мужчинах, с которыми они меня сравнивают. Вы знали, что Гитлер был импотентом? »

«Нет, сэр».

«Он бы отделался, наняв проституток, чтобы они испражнялись ему на грудь».

«Какая неприличность, сэр».

«Сталин ложился спать в сапогах, потому что его смущала деформированная левая ступня. Если женщина смеялась над ним голым в сапогах, он пнул ее ногой в промежность.”

«Ой, сэр».

«Муссолини ради забавы зарезал своих любовников».

«Дважды ой, сэр».

«Саддам снялся в гей порно фильмах, для взывают громко. Его звали Омар Студдиф. Ты знал это, Далтон?

«Нет, сэр».

«Позже он женился на своей кузине и изменял ей с замужними женщинами, чтобы унизить их мужей».

«Не только неприлично, сэр. Жаркий.

«Вы можете себе представить? Это люди, рядом с которыми я буду изображен в анналах! »

«Но, сэр.Я запишу твои добродетели в анналы ».

«Ты не будешь злым, Далтон?»

«Нет, сэр. Я тоже добродетельный любовник ».

«Что ты знаешь о занятиях любовью, Далтон?»

Что я знал?

Так мало.

Однажды я подумал, что это было, но этого не было.

“Нет. Лучше оставь мои анналы одному, Далтон.

«Как хотите, сэр».


У меня только что был очень личный момент с моим деспотом, когда я пытался доставить его третий стакан теплого молока.Он оставил дверь открытой, и я осторожно вошел с подносом, чтобы не потерять еще одну рубашку.

Он завязал занавески, приглушил свет и потушил огонь. Он сидел на кровати, скрестив ноги, и его живот устроился на коленях, словно сеть рыб. Он так и остался, глядя в точку на стене.

«Могу я вас кое о чем спросить, Далтон?»

«Да, сэр».

«Вы подойдете к моему столу у камина, откроете второй ящик, достанете папку и прочтете листок бумаги внутри?»

Я направился к столу, прежде чем он закончил свои инструкции, и быстро принес листок, который был сложен квадратами, как записка в средней школе.

Я прочитал первые слова: «Я живу доказательством…»

«Себе!» — крикнул мой деспот.

«Конечно, сэр», — сказал я, и я до сих пор точно помню эти слова:

Я живое доказательство того, что вещи

делать тоже умирают

весной.

Это было стихотворение!

О, сердце мое!

«Скажи мне честно, Далтон. Это очень хорошо? »

Во рту пересохло. Я не мог говорить.

«Пожалуйста, Далтон».

«Возможно», — начал я, и острая боль распространилась по моей груди.

«Да?» — сказал мой деспот.

Я подумал о чем-то сладко пахнущем — кондитерских, мыльном скрабе из гороха и лепестков розы, корице.

«Может быть, — пробормотал я, — вы могли бы опустить и , или тоже

Он подумал об этом, затем надел очки, затем снял их и спрятал под подушкой. Некоторое время он изучал стихотворение и приказал мне передать ему один из недавно заточенных карандашей, лежащих в ящике стола.(Он доверяет мне острый карандаш.)

Он сделал отметку на стихотворении, сложил его в квадраты и сунул в нагрудный карман.

Я никогда не узнаю, что мой деспот решил только что тогда, или полностью ли он вычеркнул другое слово.

«Вы бы поверили мне, Далтон, если бы я сказал вам, что все это сон? Что, когда вы проснетесь, вы окажетесь на лодке, в спокойном озере, в окружении высоких сосен, а воздух будет настолько чистым, что ваши легкие будут гореть от благодарности? Вы бы променяли эту жизнь на ту? »

«Я никогда не был на лодке, сэр.”

«Забудьте о лодке».

«Забыли лодку?»

«Да. Просто представьте себе озеро ».

«Озера меня пугают, сэр. Я не люблю мягкое дно «.

«Забудь об озере».

«Хорошо, сэр. Озеро забыто.

«Где ты, Далтон?»

«Сейчас?»

«Да, сейчас!»

«В лодке на озере, сэр?»

«Хороший мальчик, Далтон. А ловишь рыбу?

«Нет, сэр».

«Тогда что ты будешь есть?»

«Что-нибудь в лодке, сэр.”

«Есть только один рукав солитина, Далтон».

«Я съем их».

«А когда они закончатся?»

«Не знаю, сэр».

«Что ты будешь пить?»

«Вода из озера?»

«Нет, Далтон, дурак! Вы заболеете! »

«Тогда я вскипюю воду, сэр».

«Вы принесли спички, Далтон? Горшки, растопка? Вы не ожидали худшего? Я тебя ничему не научил?

«Не знаю, сэр.”

«Значит, вы согласитесь, что я все-таки нужен этой стране?»

«Да, сэр. Нет сомнений.»

«Как мы можем двигаться вперед с нацией, полной неподготовленных мечтателей?»

«Не можем, сэр. Если, как вы сказали ранее, все это не сон ».

«Иногда мне снится, что я заживо хороню людей, Далтон. Сотни и тысячи ».

«Психология говорит нам, что это связано с тем, чтобы похоронить какую-то боль из вашего прошлого, сэр».

«Да, Далтон, и тела тоже.”

Мой деспот встал, подошел к огню, вынул стихотворение из нагрудного кармана и бросил в него.

«А теперь иди и расслабься, Далтон. Завтра важный день для нашей страны ».

«Сэр?» Я сказал. «Ваше молоко, сэр?»

«К настоящему времени он остыл, не так ли?»

«Да, сэр».

«Ну ладно».


Сейчас около двух часов ночи, и я должен проснуться через четыре часа, чтобы подготовить своего деспота к его речи. Однако, лежа здесь, я слишком боюсь заснуть и еще больше боюсь, что если засну, то проснусь.

Я не могу не думать о своем отце и о том, как он был верным и преданным работником, брал только три больничных дня за всю свою карьеру в Balthazar Inc., и все три из-за того, что я болел простудой, которую он часто напомнил мне, к сожалению, стало невыносимо вечером, а не утром, что вынудило его взять на один день больше, чем было, вероятно, необходимо, и тем самым обеспечив его поражение Невиллу Диркенруту, старшему вице-президенту, который взял всего два дня по болезни, и оба были близки к в конце, когда он забыл, где работает, вместо этого поехал в ближайший Dunkin ‘Donuts и заказал клецки с индейкой.

В конце концов, вся горечь моего отца по отношению ко мне, к давно умершему Невиллу Диркенруту, моей матери и кучке несчастных телемаркетеров, кассиров и официантов была напрасной. Незадолго до выхода на пенсию с полной пенсией его отпустили за то, что он дважды за одну неделю надевал несовпадающие носки (это было замечено из-за его огромных длинных ног и того, как он часто скрещивал их и болтал ногой, размышляя). Он понял это. За много лет до этого, во время одного из трех разговоров, которые у нас когда-либо были, он провозгласил идею согласия как лекарство от проклятия окончательной уникальности.Готовность подчиняться и получать частички удовольствия за ваше служение более крупной структуре, которая существовала задолго до того, как вы когда-либо были известны. Он знал, что что-то не так. И много ночей, когда он отказывался подходить к столу на ужин с моей мамой и мной, оставаясь в своей комнате, его голова была темным пятном на фоне свечения экрана компьютера, я слышал, как он говорил ей то же самое: снова и снова: «Что-то не так», пока она, наконец, не убедила его принять ванну.Я ел и убирался в одиночестве, а затем выглядывал через приоткрытую дверь и видел, как она моет его и бреет лицо.

Мой бедный отец.

Я вспоминаю его с большим сожалением.


Наконец-то рассвело, и наступил печальный день. Толпы собрались вокруг Великого Дома. Я вижу их обезумевшие лица. Я чувствую их ненависть и отвращение. Я чувствую вкус крови, прикусывая язык.

Но я не слышу шума сверху. Ни плача, ни крика, ни болезненных стонов.Боясь худшего, я в безумстве одеваюсь и бегу по лестнице, только чтобы найти — к моему экстатическому облегчению — своего деспота в ванне, бреющего собственное лицо и чистящего ногти.

«Нет ли мне конфиденциальных документов, которые я мог бы прочитать, Далтон?»

«Нет, сэр».

«Ну ладно».

Я иду в кладовку, чтобы собрать его одежду.

«Пожалуйста, Далтон», — говорит он. «Я должен научиться жить без тебя».

Он с трудом натягивает штаны и носки и стоит там в шкафу с расстегнутой пуговицей на талии и натянутыми носками до щиколоток.

«О, Далтон».

Я застегиваю пуговицу и закрепляю подвязки для носков, плотно облегающие его икры.

«Спасибо, Далтон», — говорит он.

Мы идем по многочисленным залам Великого Дома, окна в конце каждого ослепляющие нас светом, пока, наконец, мы не проходим через двери в умирающий сад.

Он останавливается на мгновение и смотрит на людей в их море ярости, а затем он выходит на подиум с высоко поднятой головой и опущенными глазами. Толпа останавливается и пятится, формирующие тренировочные модули так укоренились в нашей психике.

Такая тишина и несвоевременное вздутие живота.

«Боже мой. . .,» он говорит. «Какая жизнь!»

Ждем большего. У нас выделяется слюна, как у собак.

Но это все.

Он поворачивается и идет через нас, и мы покорно расстаемся и следуем за ним к вертолетной площадке, где он взлетает и бросается в свой лагерь на холмах.

Мне осталось смотреть, как его люди разрушают Великий Дом.

Мне осталось смотреть, как он горит.

О деспот! Мой деспот!

Сверху вы должны почувствовать, что избежали такого огненного ада!

Мнение: Франция сохраняет у власти чадского деспота Идрисса Деби | Мнение | DW

С помощью Франции 1 декабря 1990 года Идрисс Деби успешно сверг правительство президента Чада Хиссена Хабре, которому он долгое время оставался верным.Переворот положил конец одной из самых кровавых диктатур на африканском континенте.

В тот день Деби сказал жителям Чада, которые стремились к справедливости, свободе и процветанию, что он принесет им не золото или серебро, а свободу и демократию. 11 апреля Деби будет бороться за шестой срок на посту президента, при этом в поле зрения не будет ни золота, ни серебра, ни демократии.

Эрик Топона из DW

Когда Деби дал обещание еще в 1990 году, в мире происходили значительные политические сдвиги.Например, в Европе рушились коммунистические диктатуры. А народ Чада, свободы которого попирал предыдущий режим, жаждал демократических реформ.

Изменения в конституции Чада

Деби вырвал страницу из игры других бывших французских колоний, созвав в 1993 году национальную конференцию для разработки новой конституции. Эта конституция, принятая в 1996 году, позволяла президенту находиться у власти не более двух сроков. Но в 2005 году в него были внесены поправки, отменяющие ограничение на два срока, что по существу расчистило путь для захвата власти в будущем.

К тому времени, когда Чад стал нефтедобывающей страной, Деби стал самопровозглашенным сильным человеком. Вместо того чтобы диверсифицировать экономику, модернизировать ее инфраструктуру или равномерно расходовать нефтяные прибыли по всему Чаду, он избрал другой подход. Он рассматривал новые доходы своей страны не как принадлежащие народу, как можно было бы ожидать, а как свои собственные деньги, которые шли прямо в карманы его семьи.

Чад экспортирует нефть с 2003 года. В 2012 году министр инфраструктуры и транспорта Адум Юнуссми сказал, что нефть — это то, что принесло стране рост.По данным его министерства, Чад добывал более 120 000 баррелей нефти в день, получая выручку в размере около 4,5 миллиардов евро в период с 2004 по 2011 год. Неплохо для страны с населением всего 15 миллионов человек.

Отвод богатства Чада

Правительство обещало, что полученное богатство пойдет на сокращение бедности в одной из беднейших стран мира. Школы, улицы и больницы были построены, хотя и невысокого качества, на севере страны, откуда приехал президент.На юге дела обстоят намного хуже. На юге Чада, и особенно в нефтедобывающем регионе страны, население продолжает жить в крайней нищете.

Львиная доля средств либо попадает в карманы правящего меньшинства Чада, либо вкладывается в оружие для отражения многочисленных попыток государственного переворота. Нормальные люди в Чаде продолжают страдать. Уровень смертности от голода, малярии и дизентерии остается высоким, во многих регионах нет доступа к чистой питьевой воде, функционирующим больницам или обученным врачам — несмотря на то, что правительство обязалось выделить 70% доходов от продажи нефти в стране на борьбу с бедностью.

Чад стал собственностью одного человека и круга, которым он правит. На бумаге страна все еще остается демократией. Но на самом деле все иначе. Журналистов регулярно бросают в тюрьмы. Конечно, эти нарушения законности — дело рук не только президента. Его приспешники также злоупотребляют своей властью. Оппозиции страны запрещено собираться, а с 2015 года ей запрещено проводить демонстрации. Тем, кто это сделает, грозит тюремное заключение.

Но Деби нечего бояться.Чад по-прежнему поддерживает особые отношения с Францией и играет ключевую роль в борьбе с террором в Сахельском регионе. Пэрис фактически выписал ему что-то вроде бланка и много раз выручал его в военном отношении, когда другие пытались его свергнуть.

Франции было бы хорошо посоветовать улучшить свои связи с молодым поколением Чада и силами перемен. Это означало бы разрыв с Деби и его правящим кланом, которые подрывают любые надежды на демократию. Многие в Чаде скептически относятся к тому, что апрельские выборы будут свободными и справедливыми.Кажется маловероятным, что волю народа будут уважать.

деспот — Викисловарь

Английский [править]

Этимология [править]

со среднефранцузского despote , со старофранцузского despote , со средневековой латыни despota , с древнегреческого δεσπότης (despótēs, «господин, хозяин»), из протоиндоевропейской фразы * déms pótis («хозяин дома»). [1] Совместимость с санскритом दम्पति (dámpati).

Произношение [править]

Существительное [править]

деспот ( множественное число деспот )

  1. Правитель с абсолютной властью; тиран. Фортсон, Бенджамин В.(2004) Индоевропейский язык и культура: введение , первое издание, Oxford: Blackwell

Анаграммы [править]


Этимология [править]

Из древнегреческого δεσπότης (despótēs, «господин, господин»).

Существительное [править]

деспот c ( единственное определенное число деспот , множественное неопределенное число деспотер )

  1. деспот
Перегиб [править]
Синонимы [править]
Производные термины [править]

Дополнительная литература [править]


румынский [править]

Этимология [править]

С греческого δεσπότης (despótis)

Существительное [править]

деспот м ( множественное число деспот )

  1. деспот
Cклонение [править]

сербохорватский [править]

Произношение [править]

  • IPA (ключ) : / děspot /
  • Расстановка переносов: деспот

Существительное [править]

dèspot m ( кириллица дѐспот )

  1. деспот
Cклонение [править]

Шведский [править]

Существительное [править]

деспот с

  1. деспот

Ученик деспота: Атака Дональда Трампа на демократию

Раскрытие вызывающих тревогу авторитарных наклонностей президента.

Спустя почти год президентства Дональда Трампа политолог Брайан Клаас написал осуждающее обвинение в нападении Трампа на демократию, смягченное, однако, обнадеживающим выводом о том, что наша демократия «еще не достигла критической точки» в сторону авторитаризма.

Клаас, американский эксперт по сравнительной политике, ныне работающий в Лондонской школе экономики, представляет подробный перечень авторитарных практик, которые Трамп, «ученик деспота» из названия книги, подражает или принимает.

Рассмотрим, например, влиятельную роль, которую покойный узбекский диктатор Ислам Каримов дал своей старшей дочери Гульнаре, пытаясь смягчить его имидж, когда он установил «ужасающее самодержавие» в бывшей советской республике в Средней Азии. Гульнара, получившая образование в Лиге Плюща, способствовала ряду стоящих дел, но также стала «сказочно богатой», продав свое влияние вместе с отцом и в конечном итоге построив успешный бизнес в сфере моды и ювелирных украшений.

Не требуется ученой степени, чтобы увидеть то, что Клаас называет «поразительными параллелями» между удачей Гульнары и нынешним путем Первой дочери Иванки Трамп.

«Деспоты управляют своими странами как семейным бизнесом», — пишет Клаас в главе «Возьмите своих детей на работу». Он отмечает в других авторитарных странах вторую параллель с Белым домом Трампа: военные лидеры вынуждены маневрировать вокруг членов семьи, чтобы привлечь внимание лидера.

Клаас видит более зловещую параллель между приходом к власти Трампа и печально известного диктатора Уганды Иди Амина. Получив власть в результате военного переворота в 1971 году, Амин укрепил свое политическое положение, изгнав всех азиатов из восточноафриканской нации, используя недовольство коренных угандийцев относительным экономическим успехом азиатов.

В том же духе Клаас описывает Трампа как «систематически разжигающего религиозные и расовые разногласия в Соединенных Штатах, демонизируя группы меньшинств в глазах нетерпимой части белого населения».

Трамп также следует правилам тирана, политизируя демократические институты, чтобы укрепить свою привлекательность для своей политической базы. «Все деспоты пытаются политизировать институты», — пишет Клаас.

Он вспоминает расистское нападение Трампа во время кампании 2016 года на мексиканско-американского судью, наблюдающего за гражданским иском против явно поддельного Университета Трампа.Вступив в должность, Трамп продолжил нападать на федеральных судей после ряда постановлений, которые частично заблокировали его запрет на поездки для мусульман.

Благодаря создателям Конституции Трамп не может увольнять федеральных судей, как это могут сделать некоторые авторитарные лидеры. Но из-за облаков, нависших над пребыванием Роберта Мюллера в качестве специального советника в расследовании Russiagate, Клаас отмечает, что премьер-министр Турции, ставший авторитарным президентом, Реджеп Тайип Эрдоган уволил четырех прокуроров, которые расследовали обвинения в коррупции в его ближайшем окружении.

«Когда верховенство закона становится угрозой их собственному выживанию, — пишет Клаас, — деспоты пытаются подорвать его».

Даже принижая расследование Мюллера, Трамп и его сторонники продолжают призывать к расследованию использования Хиллари Клинтон частного почтового сервера в то время, когда она была госсекретарем. Клаас вспоминает антиклинтонские крики президентской кампании в главе, озаглавленной «Заприте ее», и отмечает свои собственные интервью с заключенными в тюрьму бывшими кандидатами в президенты в таких авторитарных странах, как Мадагаскар, Замбия, Беларусь и Тунис.Деспотам нравится то, что Клаас называет «властью преследовать невиновных и защищать виновных».

Внешне неконтролируемая привычка Трампа лгать также имитирует разрушающих демократию угнетателей, восходящих к Адольфу Гитлеру. Клаас сравнивает критику Трампа «ЛЖНЫХ НОВОСТЕЙ» (всегда заглавными буквами) с атаками Гитлера на Lugenpresse или лживой прессой. «Чтобы разрушить демократию, вы должны сначала разрушить истину, — пишет автор, — и именно это Дональд Трамп делает в Америке».

«Нормализованная нечестность» Трампа не соответствует двойному мышлению Большого брата Оруэлла из 1984 , но все же оказывает влияние: почти половина избирателей-республиканцев считают, что Трамп действительно выиграл всенародное голосование в 2016 году, пример того, что Советник Трампа Келлиэнн Конвей называет «альтернативными фактами».«

Трамп также не дотягивает до худшего из худших с точки зрения фактической жестокости, без каких-либо случаев внесудебных заключений и казней, которые наблюдались при многих авторитарных режимах. Но Клаас отмечает, что Трамп одобряет эту практику в таких «нелиберальных режимах», как Россия Владимира Путина и Филиппины Родриго Дутерте.

Клаас закрывает глаза, глядя как хрустальный шар. Среди четырех сценариев он предвидит возможность продолжения упадка демократии при второй администрации Трампа или более того же при более приемлемом кандидате: так называемом Трампе 2.0. В антиутопической манере Клаас предвидит возможное появление настоящего американского авторитарного политика после некоторой катастрофической террористической атаки, намного более смертоносной, чем 11 сентября.

, однако, с большей надеждой, он предполагает, что пребывание в должности Трампа могло послужить вакциной, сделав американцев прививкой от дальнейшего заражения авторитарной политикой и политикой. Для этого он видит необходимость в «огромной общественной мобилизации» и «новом духе гражданской активности».

Демократия может быть спасена, заключает Клаас, но будущее зависит от самих американцев.Он пишет, что Трамп напоминает нам о «самых важных обязанностях патриотов: выражать несогласие и выступать против».

Кеннет Йост является автором книги Trending Toward #Justice и ежегодной серии Ежегодник Верховного суда . Он выпускник Гарвардского колледжа и Джорджтаунской школы права и более 40 лет занимается вопросами права и правосудия в качестве репортера, редактора или обозревателя. Его блог — Jost on Justice .

Нравится то, что мы делаем? Щелкните здесь, чтобы сделать пожертвование некоммерческой организации Independent! Благодаря соответствующему гранту ваше пожертвование в этом месяце увеличится вдвое!

Семейное видео Каддафи показывает деспота как любящего дедушку

По мере того, как поиски свергнутого лидера Ливии продолжаются, семейное видео, полученное Рейтер в среду в Триполи, похоже, показывает, что в то время как полковник.Муаммар Каддафи, возможно, правил Ливией железной рукой, он был, среди прочего, преданным дедушкой.

По данным Reuters, видео, на котором полковник Каддафи играет со своими внуками, было записано на его территории в Баб аль-Азизии в 2005 году, возможно, сыном лидера Саади.

Британский канал Channel 4 News разместил в Интернете часть видео с переводом подшучивания между братом-лидером Ливии и одной из его внучок.

Вот часть диалога между полковником Каддафи и девушкой в ​​начале видео:

Полковник Каддафи: Разве ты меня не любишь? Ты меня не любишь?

Внучка: Нет!

Полковник Каддафи: Почему? Тогда ты меня ненавидишь? Я не в порядке? Разве я не милый?

Внучка: Нет!

Полковник Каддафи: Кто тогда милый? Кто тогда милый? Скажи мне, кто милый?

Внучка указывает на камеру [возможно, указывая на отца].

Внучка: Шшш, молчи, молчи!

Полковник Каддафи: Я не буду молчать.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *